Роанна. Имперский лев - Виктор Постоенко

— Если она дочь королевы — ей грозит смертельная опасность. Они скрывались в королевстве, потом перебрались в Северную Империю.

— Ваше Величество, они могли сразу уйти горными тропами в могойский Шилонг. Он почти напротив Синина. А оттуда через даккийский султанат — в Барпинланд. Там тоже год мог пройти.

— Пусть наш человек в Чондо продолжает поиски. Аккуратно, чтобы не насторожить ваших местных коллег. Мою просьбу выполнили? Где Кассоль?

— В гостевом доме у ратуши, отмечает сделку. Со дня на день должен вернуться адмирал Суарес из Нового Света.

Второй визит я нанесла Кассолю прямо в заведение. Он снял большой кабинет: вино лилось рекой, шумели мужчины, раздавался женский смех.

Когда четыре дамы вошли в зал, они сразу обратили на себя внимание. Внизу играли — игры в Империи не запрещены.

На вопрос, где господин Кассоль, слуга гордо ответил: «Их милость велели не беспокоить — и даже заплатили за это».

Золотой жетон Императорской стражи, сунутый Аймой ему под нос, и её злые глаза заставили парня побледнеть и прижаться спиной к стене.

— Веди. И без шуток, — тихо сказала я из-под вуали.

Мы поднялись на второй этаж, протискиваясь сквозь какую-то свадьбу… Суббота, всё может быть.

Слуга указал на дверь, откуда доносились мужской гогот и веселые визги женщин. Айма толкнула дверь.

Стол, заставленный яствами и бутылками. Девки на коленях у молодых и не очень мужчин. Во главе стола - раскрасневшийся Кассоль, в расстёгнутой до пупа рубахе, смотрит недовольно на внезапных посетительниц.

— Я же сказал никого не пускать! Да что такое, быстро выведите их! — он замахал руками.

Кто-то попытался вскочить, но рухнул обратно, получив от Холы удар ребром ладони под подбородок. Народ притих. Мужчины стали снимать девиц с колен, приподниматься.

Я достала из-под накидки револьвер. С металлическим щелчком взвела курок, приставила ствол ко лбу Кассоля. Он как заворожённый смотрел, как провернулся барабан. Тишина.

— Но откуда? Откуда он здесь? — Кассоль растерянно смотрел на ствол у своего лба. Я видела, как он трезвеет прямо на глазах.

Я отвела пальцем курок назад, тихо нажала на спуск, сняв револьвер с боевого взвода. Он сглотнул. Теперь смотрел на моё лицо под вуалью.

— Значит, ты знаешь, что это такое, Кассоль? — Я передала револьвер Айме, подняла вуаль, сняла шляпу.

Он боком упал со стула, быстро встал на колени, склонился к полу.

— Ваше Величество… смиренный сын барона Кассоля приветствует вас. Я заслуживаю смерти, что не узнал вас сразу.

Гости опомнились, тоже грохнулись на колени, завыли разноголосо. Девицы притихли, уткнувшись лбами в пол.

— Касается всех. Полчаса погуляйте вне этого кабинета, потом вернётесь. У меня дело к хозяину вашего застолья. Айма, ждите снаружи.

Я взяла стул, села напротив Кассоля.

— Поднимись. Возьми стул. Отвечай на мои вопросы. — Я говорила спокойно, уже жалея, что так его напугала. Но зато он проговорился.

— Сразу предупреждаю: у меня дар, передаваемый по женской линии в роду графов Бригантских, к которым принадлежит моя бабушка, герцогиня Вилина. Мы физически чувствуем ложь. Поэтому прежде чем ответить — думай. Не ответить не получится.

— Первый вопрос. Откуда ты знаешь, что за оружие я держала? А ты знаешь. Я узнала о нём недавно, и оно существует пока только в нескольких экземплярах.

— Кто?.. — он встрепенулся, но, встретив мой взгляд, опустил голову.

— Как называется эта штука? Не зли меня.

— Это… шестизарядный револьвер. Примерно второй половины XIX века.

— О. А какой сейчас у нас век? Ты спешишь жить — или наоборот?

Он поник плечами, уставился в пол.

Надо же — так сразу и попасться. Но я знала, куда шла и в какой час. Вино сделало своё дело.

— Второй вопрос. Твоё настоящее имя? Сколько тебе лет? Откуда ты прибыл в наш мир?

Он вскинул испуганные глаза. Они расширились — к ним подошло бы слово «остолбеневшие». Он смотрел изумлённо. Я ждала.

— Мне долго ждать? Отвечай по пунктам. И помни, что я сказала о лжи.

Он сидел несколько минут, сгорбившись, бессильно опустив руки. Потом вздохнул — и удивил меня.

— Моё имя — Игорь Станиславович Родин. Мне было тридцать семь лет, когда я попал в тело этого мальчика. В моём мире было лето 2011 года. Я жил в городе Краснодар, в стране, которую здесь называют Империей Россов.

— Дальше. Чем занимался? Семья? Что с тобой случилось?

— Ваше Величество… но… я вижу, в ваших глазах нет ни капли удивления. Почему? — он встрепенулся, пытаясь понять.

— Потому что ты не первый. И мне нужно знать, кем ты был, чтобы понимать, как тебя лучше использовать. Кто ещё такие же странники — узнаешь позже.

— Я после армии закончил экономический факультет. Начало девяностых. Занимался продажами, потом производством мелкой техники. Создал коллектив, приобрёл первое здание. Переоборудовали его под большой центр торговли, пошла прибыль. Открыли ещё несколько, выкупили молочный завод, потом фермы. Наладили своё производство продуктов.

— Позже я купил судоремонтный завод на побережье, выкупил старые рыболовные корабли, отремонтировал. Стали продавать рыбу, свежую и копчёную. Люди даже выдвинули меня в городской совет. Всё шло хорошо. Как мне казалось.

— Меня предал мой лучший друг… двоюродный брат. Подставили с запрещенными дурманящими веществами — я сразу понял: полицейские, которые меня знали, не могли бы так грубо вести себя со мной. Я попытался убежать, но мне выстрелили в спину.

— Последнее, что помню: склонившееся надо мной улыбающееся лицо брата. А потом пришла девочка… Я возил её в Москву к лучшим докторам, она из приюта. Гулял по набережной, увидел: девочка в инвалидном кресле пытается перебраться через перила. Сердце упало — но я успел её схватить.

— Её вылечили. Она потом вышла замуж и всё меня благодарила. И вдруг — она явилась мне. Такая же, как десять лет назад… воздушная. Мне предложили выбрать: смерть или жизнь в другом теле. И, Ваше Величество… мне кажется, что только я её видел.

— Я выбрал жизнь. И оказался в теле тринадцатилетнего парня, который боролся со смертью. Мы вместе её победили. Ну а дальше Вы, думаю, знаете. Раз пришли.

— Можно мне тоже задать вопрос?

— Спрашивай.

— Как вы догадались?

— Твой пароход, на котором мы плыли из Донгара. Он настолько совершенен, что нечего добавить. Кроме разве что света — о нём мне тоже рассказали. Я стала складывать всё, что о тебе знала. Первая продажа в Новом Свете. Кареты, двуколки, рессоры. Навела справки.

— К тебе придёт человек, которого ты хорошо знаешь. Будешь помогать ему, а он — тебе. И я — вам обоим. Ты понимаешь: обратной дороги нет? Там только твоя могила.

—