"Фантастика 2026-193". Компиляция. Книги 1-31 - Андрей Анатольевич Федин

Более того, разные куски сохранили разную степень антимагии, поэтому мастеровые выбрали самые крепкие сохранившиеся куски и из них сделали три пары наручей для защиты магов. Почему одна из пар наручей не досталась мне? Я и сам могу себя защитить.

Рома сидел в телеге и поглядывал в серое небо. Глеб держал в руках карту — вопреки беспокойству всего день назад, сейчас он выглядел сосредоточенно. Кивал, шевелил губами, явно что-то прикидывая и запоминая.

Хаоситы проверяли каждое колесо, каждую застёжку и петлю на повозках и закрепляли зачарованные контейнеры.

Я подошёл к Сольвейг. Она, к моему удивлению, держала в руках книжицу в кожаном переплёте и что-то чертила в ней.

— Что там у тебя? — поинтересовался я.

Сольвейг вскочила на месте и резко захлопнула записную книжку.

— Дорогой дневник… — хитро протянул я, улыбнувшись.

Сольвейг хмыкнула и беззлобно толкнула меня в грудь — совсем легонько.

— Брось ты… Просто… Раз уж иду в неизвестность, хочу оставить какие-то записи.

— Рано ты помирать собралась.

Она слабо улыбнулась.

— Я за свою жизнь толком нигде, кроме Выкречи, и не была. Топи, леса, горы, кишащие монстрами — вот всё, что я видела. Ну и ещё… До всего этого… Я рассказывала…

Сольвейг замялась и опустила глаза в землю.

— Я помню, — успокоил её я.

Я мягко провёл тыльной стороной ладони по её щеке. Сольвейг взглянула на меня повеселевшими голубыми глазами.

— Путешествие будет долгим и интересным, так что успеешь заполнить все страницы своего журнала.

— Верю, — кивнула мне Сольвейг.

Я отстранился и вернулся к делу, осмотрев бойцов. Дальний бой, ближний бой, физические атаки и магия — воздух, хаос, смешанные стихии. Каждый в отряде знал свою роль. Мы успели сработаться в Выкречи и в Зоне. Теперь же нам предстояло проверить себя в походе.

Караван медленно двинулся по улицам города. Здесь было пусто, а я не чувствовал никаких подозрительных аур. Кое-где стражники, кое-где маги — ничего необычного. Мы вышли через ворота в сторону Зоны. Нас пропустили без всяких проблем, статус ходоков позволял. Мы отправились в сторону Топей… Но как только удалились и вошли под сень первых скрюченных деревьев, тут же свернули в другую сторону, делая крюк.

— Вот и всё, — вздохнул Иван.

Я же не испытывал никаких сантиментов. Даже не стал толком ни с кем прощаться. С тем же Ратибором, например. Зачем? Его дети вон сидят в телеге, в новенькой броне. Найдут, как связаться, если потребуется. Да и Империя не такая большая, как кажется на первый взгляд. Особенно по достижении определенного ранга.

Выкречь вскоре осталась позади — стены, башни, дым и звон колоколов. Я не оборачивался. Мы просто отправились в путь.

Тракт тянулся широкой полосой между холмами. Он был покрыт грязью и изрезан колеями. Нескончаемое количество проехавших здесь в разное время караванов оставило свои следы. Колеса в телеге прыгали по ухабам и ритмично постукивали. Кони фыркали, тяжело ступая по липкой земле, и роняли пар из ноздрей, ощущая утреннюю прохладу.

Кто-то из нас ехал на лошадях, кто-то сидел в телегах. Разговоров почти не было. В молчании своих людей я чувствовал предвкушение и интригу.

Аскольд смотрел вперёд, стараясь разглядеть что-то за горизонтом. Бойцы в повозках в сотый раз перебирали снаряжение, проверяя застёжки, магические руны и ремни на доспехах.

Иван сидел на одной из последних телег и смотрел назад, на растворяющиеся в утренней дымке последние очертания Выкречи. Отсюда, пожалуй, можно было разве что увидеть светящиеся бирюзовые защитные купола, да и те уже почти полностью скрылись из виду.

Мне было не впервые двигаться с караваном, как и многим из моряков. Я ехал на лошади, периодически ускоряясь, а иногда замедляясь, чтобы оценивать обстановку вокруг. Первым ехал Аскольд, а в телеге за ним Глеб. Они были нашими проводниками, так как лучше всех изучили карты. Аскольд ещё имел немалый опыт путешествий. Тракт, неминуемо забирая на юг, вёл нас от болот и холмов к полосе редкого леса.

Через несколько часов пути среди скрипа повозок, редких криков птиц и фырканья лошадей я почувствовал что-то неладное.

— Стой! Тихо! — сказал я, вскидывая руку.

Отряд тут же остановился. Рома соскочил с повозки, подготавливая посох к бою. Ира наложила стрелу на тетиву.

— Вон там что-то есть, — проговорил Аскольд, ткнув пальцем в сторону одинокой ели.

Да, я тоже уже почувствовал противника и начал подготавливать заклинание. На нас выскочил огромный волк-одиночка третьего уровня. Он словно отделился от тени дерева. Выглядел он неважно: облезлая шерсть, свежие и загрубевшие раны, худой настолько, что видны были рёбра. Одного глаза не хватало — явно недобиток.

Он грозно зарычал, даже несмотря на наше явное превосходство в силе. Не иначе изголодался по свежему мясу, гонимый повсюду стражей и дружиной. Глаза волка горели неугасающей злобой, а из пасти на землю падали капли вязкой слюны.

— Не подпускать! — скомандовал я.

Я первым отправил заклинание в полёт — Цепь хаоса. Даже неожиданно ловкий прыжок вбок не смог спасти монстра от заклинания. Звенья цепи сжали его тело, медленно, но верно выжигая шкуру и плоть. Волк взвыл.

Раздался звук спущенной тетивы, и у морды волка разорвалась стрела, обжигая его волной пламени. Аскольд, успевший спешиться, воспользовался замешательством волка и метнулся к нему сбоку. Он полоснул одиночку лезвием сабли, разрубая мясо и кости. Клинок оставил глубокую рану.

Волк вновь взвизгнул, но не отступил. Он ударил лапой наотмашь по Аскольду — если не пробить, то исковеркать юшман. Я на всякий случай поставил Водный щит, и лапа монстра с бульканьем ударилась в воду. А в следующий миг Сольвейг вбила двуручный меч в