Консультант - Александра Торн

в хорошем костюме, который, однако, пребывал в полном беспорядке; на другой сидел юноша с темными вьющимися волосами и черными глазами, с любопытством разглядывающий соседа по камере.

– Добрый день, дядя, – сказала мисс Шеридан и потрепала по ушам Кусача, который радостно устремился ей навстречу, размахивая хвостом-бубликом. – Ты звал?

– Да. Присаживайся, посмотришь на театр.

– Театр?

Бреннон замялся.

– Так мы во время оно, когда я еще служил в полиции, называли подсаживание одного уголовника в камеру к другому, чтобы разговорить обоих, – быстро пробормотал он.

Маргарет улыбнулась. Дядюшка по привычке волновался насчет того, что можно, а что нельзя слышать юной леди.

– Кто это?

– Беленький – мальчишка из Виллера, – пояснила Джен. – Некий Флоран Моррель. Черненький – Паоло Челлини, пойман в Иларе после попытки пролезть к Фаренце.

«Отважная душа», – заметил Энджел.

«Малолетний идиот, – добавил Джеймс и тут же обеспокоенно спросил: – Надеюсь, никто из них нам не родственник?»

«Не похоже. О втором мальчике упоминал дядя, а вот первый… впрочем, сейчас узнаем».

– Кто вы? – спросил Паоло Челлини по-иларски.

Моррель приподнял голову от подушки и сделал знак, что не понимает. Паоло, подумав, повторил вопрос на латыни. Бывший комиссар возмущенно засопел и зашарил в кармане в поисках булавки-переводчика.

– Я Флоран Моррель, – сказал белокурый молодой человек и тоже сел. – А вы?

– Паоло Челлини. Как вы здесь оказались?

– Меня притащило сюда какое-то ужасное существо, – пожаловался Моррель. – Кажется, оно женского пола… я не уверен. Я ни в чем не уверен! – в отчаянии крикнул он и сжал голову руками. – Я хочу отсюда выйти! Боже мой, я здесь умру! Я не хочу умирать!

– Ну-ну. – Паоло осторожно похлопал его по плечу. – Не убьют же нас прямо завтра.

От этих слов Моррель задрожал всем телом и забился в угол койки.

– То есть я хотел сказать, что мне никто не угрожал убийством. А вам угрожали?

– Я не помню, – пролепетал Моррель. – Столько ужасных событий…

– Ага, конечно, – фыркнула ведьма. – Несчастная жертва обстоятельств!

– Откуда вы?

– Из Виллера. Это в Мейстрии. Меня похитили прямо с улицы!

– Правда? – удивленно спросил Челлини. – Странно… я-то тут оказался по довольно весомому поводу.

– Вы преступник? – с опаской осведомился Моррель.

– Вероятно, я стал им, сам того не зная.

– Как это?

– Сложно объяснить. Вы учились в университете?

– Я учусь, на факультете экономических наук. А вы?

– В Аквинейском, кажется, на юриста. Я не уверен, решение принимал отец. Неважно. – Глаза Паоло мрачно вспыхнули. – Кого вообще волнуют эти юридические бредни? Там я познакомился с настоящими, стоящими людьми… по крайней мере, мне так казалось, – с горечью заметил юноша. Моррель смотрел на него с некоторым беспокойством. – Мы устроили кружок, где изучали труды ученых и философов, обсуждали справедливое переустройство общества… Тьфу!

Моррель встревоженно заерзал на койке.

– А потом однажды в кружок пришел один человек, – продолжал Паоло. – В университете Аквинеи принимают вольнослушателей за небольшую плату, и этот мужчина пришел на лекцию профессора Морелли, посвященную идеям утопистов. Мы еще удивились, что этот человек делает на лекции – ему было лет тридцать пять на вид… а потом он оказался и на собрании кружка, которое вел профессор Морелли.

– О боже… – прошептал сын торговца. – Не может быть! А когда это было?

– Полгода назад, может, больше. Не помню. Он сначала только слушал, потом стал задавать вопросы, и мы тогда подумали, до чего же они верные, черт возьми! Легко болтать о всеобщем благе, а как его получить, если большинство людей бессильны перед продажной армией, полицией и богачами?!

– Отлично звучит из уст сынка иларского генерала из семейства, которое уже сто лет безуспешно пытается разориться, – проворчал бывший комиссар.

Редферны зафыркали.

– И вот однажды он сказал…

– Простите! – вырвалось у Морреля. – Простите, но этот человек – это был высокий худощавый, но сильный мужчина, с черными длинными волосами, черноглазый, смуглый, как цыган, со шрамом слева на щеке? – Юноша провел пальцем по лицу, показывая шрам.

Челлини подпрыгнул:

– Да! Да! Именно этот! Откуда вы знаете?!

– Он посещал наши кружки в университете Святого Иеронима, в Виллере, где я учусь… учился… меня наверняка теперь отчислят, а отец… о господи, что же будет, когда он узнает!

– Его звали Чезаре Флорентино? – прервал стенания Морреля Паоло.

– Что? Нет, конечно, что за странное имя! Он назвался Жаком Ренье. Хотя говорил с каким-то акцентом, – припомнил Моррель.

– Все то же самое, – прошептал Челлини. – Они были правы, черт! А я… да мы все – какие же мы идиоты!

Он закрыл лицо руками, запустив пальцы в волосы.

– Сэр, помните доклад Уикхемов? – спросила Джен. – В деревне около замка ошивается тип, крайне похожий на этого по описанию. И тот парень, которого подослали к нам, когда кардинал подбирал рекрутов, тоже описывал этого человека и даже пытался припомнить имя, но не смог. Хотя я старалась!

«Имя нам могут дать те, кто напал на нас в Ла Мадрине», – сказал Джеймс, и Маргарет тут же донесла эту мысль до дяди и ведьмы.

– Будем надеяться, – кивнул Бреннон. – Это весьма деятельная личность, как я погляжу, и, должно быть, не последнее лицо в Ордене.

– Послушайте… – Моррель осторожно коснулся плеча Паоло и тут же пугливо отпрянул, когда тот вскинул голову. – А этот человек просил вас, ну… что-то сделать? – Бледное лицо юноши при этом залила краска.

– Да, и я даже не удивлен, что вы догадались. Слышали о Фаренце?

– Да кто же не слышал, боже мой!

– Ну так вот.

– Что – вот?

– Как? Он с вами о ней не разговаривал? – недоуменно спросил Паоло.

– Нет, только упомянул пару раз.

– Повезло, – мрачно буркнул Челлини. – Потому что он уговорил нас отправиться в эти проклятые руины, чтобы добыть там волшебные книги и инструменты. На подходе к городу нас и повязали эти, кто бы они ни были.

– И с тех пор вы здесь? – сочувственно вздохнул Моррель.

– Нет. Меня отпустили. Только чтобы я сыграл роль наживки!

– Дядя, – со смехом сказала Маргарет. – Как ты мог?

– Ну а что делать? Не могу я же один все время этим заниматься. К тому же за мальчишкой следили.

– В Аквинее мне никто не поверил, – с горечью продолжал Паоло. – А потом те же люди, к числу которых принадлежал этот Флорентино, попытались меня убить.

Моррель охнул.

– Те, кто охранял подступы к Фаренце, спасли меня, и вот я здесь. Высокий рыжий мужчина с топором и огромной собакой, какой-то толстяк в рясе и странный парень. Вы их знаете?

– Нет, никогда не видел. Меня схватили трое – огромный здоровяк, девушка, очень красивая блондинка, и еще одна… одно… жуткая тварь!

«Невероятно точное описание объекта», – сухо заметил Энджел. Он так и не смог свыкнуться с присутствием в Бюро ведьмы.

– Но почему они вас схватили?

– О… э… ну… трудно объяснить.

– Да ладно. Не бойтесь, уж я-то вам точно поверю.

– Ну, видите ли, у нас были несколько, м-м-м, более приземленные цели. Жак Ренье назвал нам имя одного человека, довольно богатого, из числа угнетателей…

– Конкурент папаши Морреля, по странному совпадению, – хмыкнул Бреннон.

– И, в общем, ну, нам как бы предложили, то есть он сам, наверное, привел нас к мнению… он, в общем, научил нас одной в-в-вещи… заклин-н-н-нанию, такому, которое делает огонь, и мы… в общем, кое-что подожгли, и вот за попыткой это сделать меня поймали, – торопливо закончил Флоран.

– И что же вы подожгли? – помолчав, спросил Паоло.

– Я пытался поджечь склад. Уверен, там никого не было, – быстро добавил Моррель.

Глаза Челлини сузились.

– Уверены? А ваши товарищи?

– Кажется, они отправились к фабрике и еще куда-то.

– Ночью?

– Нет, днем.

Челлини отшвырнул от себя Морреля, вскочил и заколотил кулаком в дверь с криком:

– Эй вы! Откройте! Дайте мне другую камеру! Я не хочу с ним сидеть!

– Спущусь-ка