Слабость духа - Мастер_Угвей

— Ну, раз вы спросили, откуда бы начать… — смакуя каждое слово, произнёс Фулгрим, вопросительно подняв указательный палец к подбородку. — Быть может всё связано с идиотизмом нашего отца, неспособного понять, кто именно достоин его внимания, а кто…

— Зависть и жалкие детские обиды. Как предсказуемо, — с усмешкой перебил его Феррус, начав двигаться к Фениксийцу. — Ты так и не отошёл от той мысли, что упал в планету, полную грязи, пока другие наши братья строили космические империи? Что же, поверь тогда моим словам — если бы ты был достойнейшим из нас, как утверждал, тебя бы не волновали эти мелочи, и после присоединения к Империуму ты бы доказал право называться лучшим. однако ты даже не самый успешный из наших длинноволосых братьев. До уровня Сангвиния ты так никогда и не дорос ни в плане сил, ни в харизме и стойкости духа.

— Я оторву тебе голову, и сожру глаза, — уже даже не пытаясь сохранить прошлый образ, гневно ответил нахмурившийся Фениксиец. Его глаза вспыхнули пламенем, а пол покрылся сотней трещин. Однако Феррус всё равно продолжил идти к нему, всем видом показывая, что не замечает ярость Фулгрима.

— Желаю посмотреть, как ты будешь пытаться, — взмахнув своим чёрно-красным клинком, ответил Десятый. — Однако сомневаюсь, что это когда-нибудь произойдёт, ибо нет такого будущего, где ты увидишь завтрашний день.

— И почему же? — с каждым словом тело Фулгрима всё сильнее покрывалось трещинами, из которых исходило пурпурное сияние, даже смотреть на которое было больно. Однако жрецы Джагатая и псайкеры из Несущих Шторм уже сотворяли лучшие свои защиты. Всё согласно плану Ферруса по отвлечению внимания предателя и разыгрыванию идеального представления. Десятый уже был в нескольких шагах от Феникса, однако его клинок всё ещё был опущен, чтобы не спугнуть предателя. — Думаешь, у тебя хватит сил, чтобы даже поцарапать меня? Того, кто обрёл божье могущество?

Взмахнув руками, весь дворец вокруг него задрожал, и через мгновение стены разошлись в стороны, и картины умирающей планеты, пылающей в пламени войны, стали видны им. Но никого, ведущего диалог это не смутило и не остановило.

— Нет, — ответил Феррус. — Всё, что мне нужно сделать, так это убрать тебя с поля боя. Ибо что на что способна твоя империя без своего короля? И насколько крепка верность, основанная на страхе и крови, стоит угрозе последних исчезнуть?

Ни Феррус, ни Фулгрим не поднимали свои клинки, однако это и не имело значение. Потому как когда зелёная вспышка окружила их двоих, на место Примархов упала лишь небольшая пирамидка, потрескивающая от хранящейся внутри энергии. До этого спокойно висевшая на поясе Десятого, она валялась на земле менее мгновения, прежде чем один из Несущих Шторм не подошёл и не поднял её, после чего положил в особый контейнер из поглощающего эмоции камня.

Ловушка захлопнулась, и теперь настала их очередь выполнить часть плана прежде чем мощь Феникса не разорвала эту тюрьму. И Омегон, по щелчку пальцев сменивший внешность на одного беловолосого предателя, знал свои реплики в совершенстве.

Глава 102. Предатель не заслуживает чести

Стоило мне самому пропасть во вспышке изумрудного сияния моей ловушки, как уже через мгновение мы с Фулгримом выбрались наружу. Такова была особенность устройства, замораживающего само время в одном мгновении.

Однако пусть некроновские тюрьмы теоретически и смогли бы сдержать всю пылающую психическую мощь Феникса, но я честно не верил в свои творения и их возможность сдержать гневного полубога. Даже клетка с Вашторром с каждым днём показывает себя всё хуже из-за постоянно сдерживаемого огня его души. Пусть время и замораживалось в одной точке, но моя тюрьма всё равно не разрывала связь души с Имматериумом, отчего последний мог постепенно растворить стены тюрьмы и дать беглецу путь на свободу. Не понимаю, как некронтир решали эту проблему, а потому оставалось лишь импровизировать и решать проблемы по своему.

Вашторр, если бы я не предпринял никаких мер, сбежал бы в худшем случае через пару месяцев, но Фулгрим, даже согласно самым скромным оценкам наших ауспексов и слухов от очевидцев его могущества, разломал бы клетку максимум за пару дней. Божественная мощь одного из четвёрки океаном исходила из него, и даже всего нашего Чёрного камня могло не хватить, чтобы разорвать связь между богом Хаоса и его главной марионеткой в материальном мире. Не говоря уже про место, в котором варп и наша вселенная смешивалась воедино и где колдун вроде Фениксийца обладал практически неограниченными возможностями менять реальность своей воли.

Однако это не повод сдаваться, и лишь мотивация изменить правила игры. Если Фулгрим невероятно силён в Океане душ и даже материальном мире, следовало отделить его от своей бесчисленной армии и отправить туда, куда не могли дотянуться руки даже самых могучих демонов и прочих порождений варпа. В место, где боги не помогут, и где его псайкерские способности не будут значить ничего.

Стоило нам покинуть тюрьмы и появиться на стальном полу «Буревестника», как Фениксиец сразу же растерял свою уверенность и стал с искренним шоком и непониманием оглядываться по сторонам. Фулгрим, необходимо признать, никогда не был полным идиотом, а потому быстро понял, что всё пошло как-то не по его плану. Нахождение в ангаре моего флагмана, в пустой металлической коробке, где его божественные силы резко погасли, скорее всего вообще вводило его в панику, судя по тому, как метались его глаза. И не просто так, нужно признать.

— …Что? Где мы? Куда ты телепортировал меня?! Что… вы делаете здесь?

— Собрались на твой суд и одновременно казнь, где мы исполним роль судьи, присяжных и исполнителей. Познакомься с Призрачным ветром — уверен тебе понравится это место, — с усмешкой ответил я, поднимая свой клинок и направляя его на брата. — Мы все очень сильно постараемся, чтобы эта вселенная стала твоей персональной могилой.

Звуки сотен поднятых орудий и десятков клинков, вынутых из ножен, были лучшим аккомпанементом моим словам. Позади Фулгрима находилась адамантиновая стена в десяток метров толщиной, но впереди него расположились сотни наших лучших космических десантников, уже готовых к бою, а также сам Джагатай, подошедший ко мне и с усмешкой взглянувший на нашего падшего брата.

Разумеется, классическая дуэль один на один была бы более красивым и одухотворённым