Неправильный попаданец - Катэр Вэй

— А рожу мне можешь починить? И тело в целом? — посмотрел я на Добромира, как на любимую маму.

— А что не так? Проблем не вижу! — пожал он плечами. — Ну, толстый ты, хилый, дохлый, да, рожей не красавец. Но это не лечится. Кстати, твоя сила — твой дар! Он ничтожен! — возмутился он. — Ты как смог воскресить моих волков?

— Допинг! — решил я меньше врать.

— Это что? — в голосе Добромира звучала настороженность, а его черты уже начинали расплываться, приобретая волчьи очертания.

— В многих существах — в области солнечного сплетения или на шеях — находятся жемчужинки, камешки особые. Если их сожрать — идёт прилив сил! Так и живём, — развёл я руками, стараясь выглядеть максимально непринуждённо. Хоть бы не сорвалось…

— Так ты шарлатан? — лицо Добромира стремительно менялось, обнажая клыки и звериный оскал.

— Да нет! С каждым разом мои силы увеличиваются. Так что всё дело в практике. Других вариантов, как развиваться и прокачивать свои способности, я не знаю! — поспешил я остудить пыл своего вспыльчивого друга, невольно отступая на шаг.

— Купаться в крови своих врагов пробовал? — приподнял бровь Добромир, и в его взгляде мелькнуло нечто хищное.

— Сказал тот, чьё призвание — спасать всё живое. Ты себя вообще слышишь? — парировал я, стараясь сохранить лёгкость в голосе.

— Тогда я тоже ничего не знаю! — по-детски насупился Добромир и сложил руки на груди, словно обиженный ребёнок.

— Хватит дуться! Тебе двести лет или два? Пойдём уже наружу и двигаем в следующий разлом, — вздохнул я, разворачиваясь к узкому лазу.

— Нет дверей из этого мира, — чуть подумав, добавил Добромир. — Кроме тех, что известны тебе.

— А смысл идти обратно? — задал я вопрос, продираясь через тесный проход. — Разошли своих волков по планете! Пусть найдут другие «двери», мать их.

— Я стягиваю всех волков в этот лес, — покачал головой знахарь, когда мы выбрались в грот-холл. — Они останутся тут — охранять мою жену.

— Слушай! — мои мысли закрутились в лихорадочном темпе, план рушился на глазах. — Давай хоть половину возьмём? Ну кто сюда придёт? Твой мир давно мёртв и более никому не интересен.

— Десять максимум! И двоих ты уже себе воскресил! — отрезал упёртый маг, не оставляя пространства для манёвра.

— Блин! Да хоть десять тысяч! Их тут вагон и тележка! Плюс-минус несколько тысяч погоды не сделают! — продолжал я давить, продвигаясь по лесу. Нам навстречу уже бежали волки, их силуэты мелькали между деревьями.

— Двадцать! — торги шли какими-то абсурдными ставками…

— Тысяча! — сделал я свой отчаянный ход, понимая, что проигрываю. — Лучших! Ты понимаешь, что чем быстрее мы прокачаемся, тем раньше ты увидишь живой свою ненаглядную!

— Пятьдесят! — резко скостил Добромир, будто играя со мной.

— Пятьсот! — не сдавался я. Куда нам эти пятьдесят?

— Сто! Если прижмёт, — он даже не дал мне вставить слово. — Я смогу призвать своё безумие. А для восстановления потерь хватит и тебя!

— Жемчужин нет… — наконец сдался я, ощущая, как тает последняя надежда.

— Я видел, как твои люди вскрывали волков. Значит, добыча есть! — не унимался Добромир.

— Две жемчужины, и моя шиза сказала, что они ядовиты для меня, пока что, — пробормотал я, чувствуя, как нарастает раздражение.

— Твоя кто? — сбился с шага Добромир, явно не понимая, о чём речь.

— Хомяк! Тот, у которого красные цветочки из башки растут, — уточнил я на всякий случай, оглядываясь по сторонам.

— А-а-а-а. Его Шиза зовут? — улыбнулся знахарь, а меня в этот момент снова укусили за мягкое место.

— Нет! Ай! Его Пушистиком кличут. Ай! — опять укус. — Я его так зову. Имени у него нет. Ай! — ещё один укус, и я не выдержал.

— Ты чего кричишь? — мы уже подходили к мёртвому городу, и Добромир с недоумением посмотрел на меня.

— С шизой у меня сложные отношения, — пробурчал я, потирая пострадавшее место. — Где твои волки?

— Уже возле двери. Ждут нас, — коротко ответил Добромир, и его взгляд устремился вперёд.

Я не стал ничего говорить, погружаясь в свои мысли. Рядом со мной шло крайне мощное создание. Да, человек — но может ли называться человеком существо, которое прожило двести лет? И которое не собирается умирать? Существо, которое делало шпили-вили с богиней — этот момент вообще в голове не укладывается. Существо, у которого своя огромная армия и которому нужен… я.

Я — убогий. Я — жирный. С другой стороны, ему нужен мой талант, а никак не всё остальное. Другое дело, что воскресить богиню я вряд ли смогу. Скорее всего, должно быть какое-то ограничение мироздания. Иначе новые боги будут появляться как грибы. Значит, надо успеть стать сильнее, чем знахарь, к моменту, когда он поймёт, что его жёстко накололи.

Ещё меня удивляла молчаливость моих спутников. В пещеру они не спускались — кроме Пушистика. Но весь остальной путь туда и обратно проделали. Даже Света старалась не смотреть в мою сторону. Я не строил иллюзий на эту тему: дело было не во мне. А вот огромный мужик-волк мог напугать кого угодно.

Но вот и разлом. Рядом стоят ровными рядами сто человеко-волков — чёрных, как сама тьма. Я без задней мысли начал раздавать приказы. А когда всё уже свершилось, у самой кромки портала появился хомяк. Он без видимого повода упал на спину и завизжал:

— Пик-пук! Пик-пук! — при этом хохотал, как конь.

— Это нормально? — спросил меня знахарь.

— Ты его не понимаешь? — уточнил я, осознав, что уже можно даже не идти в разлом.

— Пищит что-то, а ты его понимаешь? — с подозрением спросил Добромир.

— К сожалению, — махнул я рукой. — Пойдём, что ли? Думаю, нас там заждались.

Надо же было додуматься отправить волков в разлом к лягухам — да ещё и впереди себя! Это хорошо, что самыми первыми я туда отправил Клима с Андреем. Клим, кстати, вообще мне ни слова не сказал и отправился со старым товарищем в первом эшелоне. Но отправить сразу за ними роту чёрных волков… Боги, чем я думал?

Когда я вышел из разлома, увиденная картина вызвала у меня какофонию звуков. «Хохот и пердёж — ничего не разберёшь», — вот как это можно было назвать. Причём получилось всё случайно.

А картина была проста: лягухи лежали, чуть помятые, но живые. Волки их скрутили, немного помяли, но не убили. Я, закончив звукоизлияния, шумно выдохнул.

— Отпустите их! — сказал я и перешёл на лягушачий. — Квакеры! У меня разрешение Квага, Владыки! Нам нужен другой разлом! Извините за неудобство! Вас сейчас починят.

— Ты квакаешь⁈ — восхитился Добромир.

— Ага, — кивнул я. — И ещё: это союзники.