Монстр женского пола. Часть 2 - Владимир Юрьевич Курзанцев

— А лечила его зачем? А теперь ждешь, что он нападет!

— Ну, с поломанной рукой много не навоюешь! Кроме того, может, мы зря опасаемся, и никто нас грабить и убивать не собирается. И мне всегда приятнее думать, что человек лучше, чем кажется. Со мной такое уже было. Вроде вредная была девчонка, прям до ужаса, а потом она вдруг совершила такой поступок, что мне аж стыдно стало: как я могла о ней так плохо думать!

— Наоборот тоже бывает. Кажется, что он тебе друг, а он какую-нибудь пакость учинит, или наябедничает.

Ольга вздохнула.

— Бывает и такое, но я не люблю об этом вспоминать.

— Послушай! Ведь если они к нам полезут, то их все равно убивать придется!

— Так это уже другое дело! Это они будут ломиться в наш номер, вооруженные, а мы только защищаемся! Со стороны совсем по-другому смотрится.

Ночь, вопреки опасениям, прошла без происшествий, в комнату девушки и мальчика никто не пытался пробраться, да и утром в таверне было спокойно и тихо. Это вызывало недоумение и даже, какое-то опасение, потому что Ольга была уверена, что так просто контрабандисты с изумрудами не расстанутся. Пусть сильная, но одна, да еще худенькая, девчонка, которая, может, и оружием-то не владеет! Не могли они так просто отказаться от возможности вернуть драгоценности! В чем ошибка? И где подвох? Наконец нашла две возможные причины такого миролюбия. Во-первых, ведь сама же сказала главарю, что она маг! А колдуны, в глазах простых людей, гораздо опаснее, чем просто сильный боец! Того, что они могут сотворить с человеческим телом, каким пыткам подвергнуть своего врага, не достичь и самым опытным, но лишенным дара палачам. Это не говоря уже о том, что сражаться с магами — очень трудно. Разве что неожиданно нанести удар, или подстрелить издалека, что в данном случае, было невозможно. Вот и не стали они нападать.

А второй причиной могла быть проснувшаяся совесть контрабандистов. Ведь, чтобы замести следы, пришлось бы убить не только ее, но и Ринка, а так же трактирщика, служанку, и купца с его сопровождающими и извозчиков. В общем, в крови замарались бы по самую макушку. А это страшно, мерзко, да и опасно. Охранники купца, если их не удалось бы застать врасплох, могли и отпор дать, так же, как и сама Ольга.

Пожалуй, затея с нападением, привлекательной не выглядит в любом случае.

В харчевне оказалось тихо и пусто.

— Что-то наши гуляки подозрительно долго спят, — заметила Ольга, когда трактирщик самолично подал на стол блинчики с творогом.

— Так они уехали, еще темно было! Да тихо так! Разговаривали почти шепотом. Боялись вас разбудить. Еще говорили, что вы можете опять взяться за их воспитание, и тогда они совсем без ничего останутся.

— Ну, это они зря на меня наговаривали. Не такая уж я и суровая. По крайней мере, одежду точно у них не забрала бы! А что, ураган ослаб немного?

Окна в таверне все покрылись ледяными узорами. Красиво, но что творится на улице — не видно.

— Да стих ветер-то! И снег перестал идти.

— Так это отлично! Тогда и нам пора в дорогу.

Дожидаться купца не стали, слишком медленно движется его обоз, и сразу после завтрака покинули таверну. От ворот постоялого двора в сторону Атии шла цепочка следов, оставленных контрабандистами. В направлении Иланы, куда и держала свой путь Ольга, дорога, покрытая толстым слоем девственно чистого снега, вообще не просматривалась. Придется самой прокладывать первую тропу.

Глава 10

Лошадей не гнали, но, хоть и неспешным ходом, к полудню миновали перевал, а ближе к вечеру, как и планировали, подъехали к первому трактиру на территории Иланы.

Дальнейший путь к морю прошел без приключений. На южной стороне гор оказалось значительно теплее. Чем ниже спускались путники, тем тоньше становился снежный покров, а вскоре и вовсе исчез, уступив место каменистой дороге с зеленой травой по обочинам.

На девятый день, путники въехали в портовый город Трист. Остановиться решили в фешенебельной гостинице, расположенной в центральном квартале. Лучше заплатить за проживание больше, зато уменьшить риск быть ограбленными. Да и неприятностей с соседями ут легче избежать.

Шарча качество обслуживания на постоялом дворе не волновало, потому что, как всегда, он сразу по прибытии, отправился на изучение интересных для него мест.

А Ольга и Ринк, с утра следующего дня, направились к причалам. Найти судно, отправляющееся в Лаэцию, оказалось нетрудно. Конечным пунктом маршрута, правда, всегда являлась столица, Визан, но нужное графство находилось на севере королевства, можно сказать по пути, и некоторые корабли порой заходили по различным надобностям в городок Ронда — экономический центр одноименного графства. Как раз оттуда и начинался сухопутный путь к баронству, где сейчас проживала Рестина.

К обеду договорились с капитаном двухмачтового парусника, о доставке двух путешественников и трех лошадей в нужный порт за тридцать серебряных монет. Кота тоже в договоре упомянули, но за него платить не потребовалось. Сейчас судно загружали каким-то товаром, поскольку основное его назначение — грузоперевозка, но и пара кают для пассажиров на нем имелась. Окончание погрузки ожидалось ночью, поэтому отчалить парусник должен был с рассветом.

Чтобы не опоздать к отплытию, Ольга решила переселиться в каюту еще вечером. Маленькая комнатка с двумя койками, конечно, уступала по уровню комфортабельности номеру покинутой гостиницы, но с жильем придорожных трактиров вполне могла поспорить, благодаря закрытому балкончику, нависающему над водой, в котором был устроен туалет.

Лошадей привязали на палубе, в центральной части, там, где они не мешали матросам управлять парусами.

Шарч все еще не вернулся из загула, в котором он наводил шорох среди местных котов, поэтому пришлось его предупредить о том, чтобы с восходом солнца он был уже на борту.

Проснулись рано, когда небо на горизонте только начало светлеть. На корабле, тем не менее, уже вовсю шла подготовка к отплытию. Пока оделись и умылись, уже и солнце показало свой краешек над горизонтом. Тут и Шарч прибежал, с деловым видом, уселся на палубу рядом с Ольгой и принялся, всматриваться на суету, царившую на причале.

Чуть позже, из-за угла складского помещения выехала карета и остановилась рядом с пирсом. Из нее вышел высокий, крепкий мужчина, и направился к трапу. Извозчик