Чернокнижник с Сухаревой Башни - Сергей Благонравов

В комнате повисла тишина, нарушаемая лишь тихим гулом оборудования.

— Тебе нужен аналитик, — констатировал Голованов. — Экономист. Кто-то, кто сможет отследить теневое движение капиталов, найти офшоры, счета.

— И мне нужен доступ к одному из этих КПП, — добавил я. — Чтобы увидеть грузы своими глазами. Получить доказательства.

Прохор осторожно поставил лейку.

— А как насчет Волкова? Из службы безопасности? Он уже помогает.

— Волков даст силовое прикрытие и информацию по Империи. Но для международной финансовой паутины… — я покачал головой. — Мне нужен специалист другого профиля. Кто-то, кто знает мир за пределами Империи. Кто работает с векселями, офшорами, теневой экономикой.

Генерал Карамышев был не просто жадным взяточником. Он был архитектором теневой империи, использующим государственные секреты как транспортные артерии для своей контрабанды. Он играл на понижение отношений с Китаем, чтобы ослабить официальные каналы и повысить ценность своих подпольных. И все это время он притворялся патриотом.

Я отправил сообщение Волкову.

«Артём. Срочно нужен контакт. Требуется аналитик высочайшего уровня. Специализация: международные финансы, теневая экономика, векселя на предъявителя. Абсолютная надежность обязательна. Готов платить».

Затем открыл отдельный, зашифрованный файл и начал набрасывать план. Нам нужна была западня. Нужно было поймать один из караванов с поличным. И для этого сначала нужно было найти человека, который знал, как следить за деньгами, которые никто не должен был видеть.

Золотой зал Мариинки гудел бархатным гулом голосов и шелестом программок. Я стоял у колонны, держа в руках два билета на премьеру «Лебединого озера» в постановке магического балета. Люстры сверкали, отражаясь в паркете и позолоте лож.

Я заметил Волкова первым. Он шел ко мне, легко лавируя в толпе в своем строгом, но не форменном костюме. Рядом с ним шагала девушка. Стройная, в простом темно-синем платье, волосы собраны в аккуратный пучок. Она выглядела молодо, почти по-студенчески, но ее взгляд, внимательный и острый, сразу выдавал нечто большее.

— Княжич, — кивнул Артём, остановившись. Его глаза быстро оценили окружение. — Позвольте представить. Моя двоюродная сестра, Елена Волкова.

Девушка слегка наклонила голову, улыбка тронула ее губы — вежливая, сдержанная.

— Очень приятно, князь Загорский. Артём много рассказывал о ваших… исследованиях.

Ее голос был тихим, четким, без тени робости.

— Для меня честь, — ответил я, вручая ей билет. — Надеюсь, балет вас не разочарует.

— О, я обожаю Чайковского, — сказала она, принимая билет. Ее пальцы, тонкие и цепкие, быстро пробежали по бумаге. — Особенно в магической интерпретации. Трансформация лебедей здесь достигается не гримом, а иллюзией седьмого уровня. Это сложнейшая работа.

Мы прошли в зал, заняли места в ложе. Свет погас, занавес поплыл вверх. Оркестр заиграл вступление. Но мое внимание делилось между сценой и девушкой рядом. Она смотрела на танец с сосредоточенным интересом, иногда кивая в такт сложным па.

В антракте, когда мы вышли в фойе, Елена неожиданно сказала:

— Артём упоминал, что вы исследуете нестандартные финансовые потоки. Например, через магические векселя?

— Векселя?

— Да. В Империи с 1892 года действует система кристаллических депозитарных расписок. Вместо бумаги — закодированный на самоцвете договор. Их почти невозможно подделать, но можно… переписать энергоподпись, если знать алгоритм старого алхимического шифра семьи Рюриковичей. Я как раз пишу статью об уязвимостях этой системы для Journal of Economic Thaumaturgy. — Ее глаза азартно блеснули.

— Если ваш генерал использует такие схемы — я найду аномалии в реестре за сутки.

Она взяла бокал с подноса проходящего официанта, но не пила, лишь вращала хрусталь в пальцах.

— Артём объяснил общую ситуацию. Конфиденциально. Он попросил мне помочь, потому что… — она сделала небольшую паузу, — потому что специалисты нужного вам уровня либо работают на государство и находятся под колпаком, либо на криминальные синдикаты. Общение с ними сразу вызовет волну подозрений у ИСБ и других служб.

Я смотрел на нее, на ее скромное платье, на умные глаза, и кусочки пазла складывались.

— А вы… подающая надежды аспирантка Экономического университета. Занимаетесь теоретическими моделями, пишете диссертацию. Ваши запросы в библиотеки, ваша переписка с зарубежными вузами — все выглядит абсолютно легитимно. Идеальное прикрытие.

Тонкая улыбка снова тронула ее губы.

— Именно. Я анализирую миграцию капитала через призму исторических прецедентов. От Ганзейского союза до современных цифровых активов. Мои исследования открыты, их публикуют в академических журналах. Никто не заподозрит в них оперативную разработку.

Она сделала небольшой глоток, задумчиво вертя бокал.

— Артём рисковал, сводя нас. Но у него… ограниченный выбор доверенных людей. А ситуация, как он намекнул, требует срочного и тонкого вмешательства.

Звонок, оповещающий о конце антракта, прозвучал мелодично. Люди потянулись обратно в зал.

— Я готова начать работу, — тихо, но четко сказала Елена, глядя прямо на меня. — Присылайте данные. Через защищенный канал, который даст Артём. Найду тропинки, по которым ползут деньги вашего генерала. Если они, конечно, существуют.

Она повернулась и пошла к залу, ее синее платье слилось с толпой. Я остался стоять у окна, глядя на огни, отражающиеся в темной воде канала.

Артём Волков. Он не нашел «специалиста уровня международной разведки». Он привел свою двоюродную сестру. Аспирантку. И этот ход был гениальнее любой явной силы. Потому что лучшая маскировка — это правда. Она и правда была талантливым экономистом. И ее легальные изыскания могли стать идеальным ключом к теневым схемам Карамышева.

— Артём даст вам шифратор седьмого поколения», — сказала Елена, поправляя перчатку. — Он использует хаотические колебания мана-фона как ключ шифрования. Даже если перехватят сообщение, без живого носителя с точно такой же магической сигнатурой — это будет просто белый шум. Время жизни ключа — ровно шесть часов. Затем нужна повторная синхронизация через портальный узел.

Я кивнул, осознавая: даже в шпионаже здесь своя высокая технология, смешанная с древней магией.

Мы вернулись в ложу. На сцене принцесса-лебедь танцевала свою печальную партию. А у меня в голове уже строились планы, как отправить Елене Волковой первый пакет данных. Охота на финансы генерала только что перешла в новую, куда более изощренную фазу.

Глава 19

Дождь стучал в стекло моего кабинета на острове. За окном бушевала серая мгла, сливая океан с небом в одну хлябь. Здесь, в сердце искусственного подземелья, царила мертвая тишина, нарушаемая лишь гудением резонаторов Голованова.

На столе передо мной лежали три стопки. Слева — распечатанные реестры «Северного Феникса», купленные Волковым через доверенного клерка в Имперском Торговом Банке. Справа — схемы отгрузок с «Загоръ-Стали» за последний год, где графа «получатель» пестрела туманными формулировками вроде «Склад № 7 для спецкомплектующих».

Я собрал все это