Тёмный Восход - Азат Туктаров

Его пальцы принялись барабанить по столу, глаза блуждали по ближайшему пространству. Олег Петрович обдумывал и решал про себя мучительно непростую задачу.

— Я не люблю, когда дела затягиваются. Дело — это не место для сантиментов, нужен контроль за людьми, за деталями. А контроля нет.

Передайте вашему хозяину, что если он хочет в дальнейшем иметь дело со мной, то должен быть здесь сегодня до 17–30. И ни минутой позже!

— У меня всё, идите! — Олег Петрович пододвинул к себе блокнот и принялся демонстративно листать его, склонив седеющую голову над полированной дубовой поверхностью.

Женщина и мужчина, как по команде, повернулись к выходу из кабинета и гуськом, стараясь шагать как можно тише, выбрались из него. Дверь за ним захлопнулась с тихим стуком, без сотрясения витавшего в воздухе раздражения.

«Тот дурак, кто дышит не в такт!» — вывел круглыми буквами на небольшом, расчерченном тонкими синими линиями листе блокнота Олег Петрович и в сердцах бросил ручку на стол.

— Без фокусов не можем! Цирк устраиваем! — буркнул он, обращаясь к отсутствующему здесь Дюну, на которого, кажется, возлагал некоторые надежды.

Завибрировал и неприятно завизжал мобильный телефон. Олег Петрович схватил его, посмотрел на экран и тут же сделался серьёзно-послушным человеком.

— Нет, не приехал! — сказал он после минутного выслушивания.

— Да, я понял. Через час. В «Атриуме». Буду! — выдавил из себя хозяин кабинета чуть погодя.

Положив трубку, особый человек, Олег Петрович, вздохнул, посидел минут пять в глубокой задумчивости. «Такие люди ничего не боятся», — рассуждал он про себя о телефонном звонке.

Потухшими глазами обвёл свой пустой кабинет: «Они сталкиваются с необъяснимым, и это их раздражает!». Мужчина поднялся и вышел из-за стола.

— Но нам нельзя попадать под их раздражение, ни в коем случае! — произнёс вслух Олег Петрович нарочито бодрым тоном и начал собираться. Он поместил телефон в футляр, футляр прикрепил к ремню брюк.

Поправил пиджак, побросал кое-какие бумаги в тонкий чёрный кожаный портфель. Окинул на прощание взглядом стол и вышел из кабинета быстрым шагом со сосредоточенным и тревожным лицом.

Огромный город пребывал в своей будничной жизни. Гудел и шумел разными звуками, переваривая в бетонном желудке беготню людей, машин и прочую требуху, ему свойственную.

Дорога до ресторана была медленной и тягучей. Чёрный Mercedes Олега Петровича плыл в потоке других авто, неторопливо перемещаясь в пробках сквозь серый, моросящий всякой дрянью зимний день.

Водитель молчал, соблюдая неписаное правило: когда шеф задумчив, лучше стать частью обивки салона машины.

А Олег Петрович думал! Он не понимал, что могло выбить из колеи человека, одним звонком меняющего состав советов директоров госкорпораций.

Крайне авторитетного в узком мире государственных и прочих управленцев. Приглашение на встречу сегодня никак не ожидалось, и поэтому надо готовиться ко всякой чрезвычайщине.

Ресторан «Атриум» был оплотом тишины и молчаливого эстетства. Высокий зал с белыми колоннами, идущими от тёмного мозаичного пола к великолепному, разбитому на античные квадраты потолку.

Из него посередине зала свисала огромная и тяжёлая люстра венецианского хрусталя. Из первого огромного помещения путь лежал через три монументальные арки во второе, более тёмное. С почти такой же люстрой.

Дворецкий, узнав, что Олега Петровича ждут, состроил вежливую улыбку и проводил новоявленного посетителя к дальнему столику. Столик расположился сбоку от камина, выполненного в виде смешной человеческой головы с огромным разинутым ртом.

Отсюда просматривался весь зал. Но, приглядевшись, Олег Петрович никого сначала не обнаружил.

Ресторан был пуст и свободен от клиентов в этот час. Было тихо, никакой музыки, только приглушённый звон приборов и шёпот официантов.

Человек, пригласивший его сюда, сидел скрытый колонной, за круглым тяжёлым столиком и изучал в небольшое меню. Для этого приподняв правой рукой изящные позолоченные очки над бровями.

Крупный, седовласый, с исчерченным морщинами лицом он медленно водил глазами по листам. Перед ним стоял хрустальный бокал с минеральной водой.

— Олег, присаживайся, — сказал человек скрипучим голосом, не отрывая глаз от желтоватых листов меню. — Закажи что-нибудь. Разговор будет небыстрый!

Первые полчаса они неторопливо обедали, перемежая приём пищи обсуждением текущих дел. Слиянием активов двух крупнейших компаний, проблемы с Иваном Ивановичем — упрямым чиновником из министерства, никак не выпускающим отчего-то важный документ.

Их волновали колебания на азиатских рынках, приведших к укреплению одних валют и ослаблению других.

Это была привычная стихия подобных встреч. Так эти двое согласно неписаному правилу, принятому в их кругах, разминались перед главным.

Наконец, официант унёс посуду из-под основных блюд, принёс закуски и бесшумно избавил обедающих от своего присутствия. Человек в позолоченных очках пододвинул к себе поближе чашечку с кофе.

— Тебе кто-нибудь из наших рассказывал о…о чём-то странном? — начал увесистый мужчина, и его взгляд из-под очков стал тяжёлым. Он внимательно смотрел на собеседника.

— Ты слышал что-нибудь от наших… коллег? От Михаила Порфирьича или от парней из энергетического сектора? О чём-то необычном?

Олег Петрович напрягся. В голову ничего такого не приходило, о чём стоило упомянуть в этом разговоре. На всякий случай он сказал:

— В каком смысле «необычное»? Панок внезапно занялся благотворительностью. Перевёл крупную сумму какому-то детскому фонду в Костроме. Не похоже на него.

Человек кивнул, затем поднял двумя пальцами чашечку и отпил из неё.

— Вот. Именно. А теперь слушай меня внимательно! Сижу я позавчера в первом часу ночи, считаю!

Тут правой рукой говорящий изобразил в воздухе движение. Нечто среднее между взмахом и выписыванием округлого вензеля, для подтверждения важности упомянутого процесса.

— Закончил в час и вдруг слышу, что вокруг мёртвая тишина. Такого не должно быть, потому что тёщины антикварные часы всегда бухают, как будто камни вываливают из чрева.

Я люблю их звук, он постоянно со мной, когда я в кабинете.

Я поднимаюсь из-за стола, чтобы подойти к ним, поворачиваюсь и вижу… этого. Этого типа.

В углу стоит человек! Высокий, худой, одетый несуразно, как-то старомодно, что ли. Его лицо, бледное как мрамор, неподвижно и он смотрит на меня очень странным взглядом.

Глядит, как на пустышку, сквозь меня. Я, конечно, пугаюсь, но вида не подаю.

Думаю про себя, где безопасность, камеры, датчики движения и всё такое, что там у охраны есть? И главное, совершенно не вспомнил о тревожной кнопке под столом!

Седовласый человек прервался и сделал глоток кофе. Пальцы его рук стали слегка подрагивать, на что с удивлением обратил внимание Олег Петрович.

"Уж не призрак ли," — сказал я себе, хотя я в эту чертовщину не верю!

А он вдруг говорит: «Близко!» и делает шаг ко мне,