Тёмный Восход - Азат Туктаров

Вернулся Андрюша, и они втроём — Ольга Сергеевна, начальник охраны и референт начали о чём-то перешёптываться, время от времени бросая загадочные взгляды на Толика. Анатолию надоело стоять посередине стола. Техник сел, приметив бутылку с тёмно-коричневой жидкостью, стоявшую поодаль, по правую руку от него.

Но расслабиться и осуществить мечту усталого и невыспавшегося организма ему не дали. Начальник охраны оторвался от совещавшихся и громко проговорил:

— Эй ты, голубоглазый, одевайся, пойдём, покажешь, где вы дышали воздухом!

Толян принялся искать своё худи, нашёл его под столом, на не слишком чистом полу. Поднял, надел и согбенный, с трясущимися руками и телом, пошёл вперёд, на выход, как заключённый из камеры, прислушиваясь к шумному дыханию людей, следующих за ним.

Они вышли из комнаты в маленький коридор с зелёными стенами. Потом через следующую дверь попали в огромный и пустой, полный пыли и каких-то разбросанных бумаг зал аэропорта и направились к заднему выходу из него.

Погода была морозная и тихая. Ветра не было, шёл лёгкий снег, который постепенно засыпал местные окрестности белыми пушистыми хлопьями. Вокруг стояла тишина, лишь изредка громко и гулко каркала неизвестно где сидящая ворона.

Делегация, поочерёдно вывалившаяся из дверей, встала в оторопелости от такого тихого и прекрасного южноуральского зимнего утра. Все молчали и крутили головами по сторонам, осматривая замерший в неподвижности пейзаж.

— М-да! — проговорил референт. — Красота, однако!

— Так! — начальник охраны вдохнул, выдохнул чистый холодный воздух полной грудью и всё-таки вернулся к основному делу, — и что здесь случилось?!

Он дёрнул за рукав толстовки замеревшего от свежей сладости утра Толяна. Техник с удивлением вернулся к земным делам. От неудовольствия пожал плечами и заговорил:

— Братцы! Да ничего здесь не было! Мы с Ромой постояли, покурили, поболтали, …и всё!

— Что всё?! — голос Мазка стал звонким и высоким. Чувствовалось, что референт находится в преддверии истерики и взрыва негодования.

Неразговорчивость осведомлённого человека, последним видевшего шефа, и дальнейшая полная неясность расследования бесила его.

— Это всё, что я помню! — виновато добавил Анатолий, чувствуя свою глубокую неправоту перед обеспокоенными спутниками его студенческого приятеля за скрытость ночных обстоятельств.

Расследование зашло в тупик. Как вернуть память здесь и сейчас этому чудаковатому технику, никто не знал, и что вообще предпринять, оставалось неясным.

— Из министерства звонили, ждут решения! — обречённо высказался референт. Он принялся ходить туда-сюда, вычерчивая на свежем снегу чёткие следы своих лакированных ботинок.

— В самолёте его нет! И ночью никто не приходил, лётчики просили передать! — успокаивающим голосом передала важную информацию Ольга Сергеевна. На ней было светло-коричневое пальто с синим кашне на шее.

У референта опять звякнул вызов, и он снова ушёл в сторону общаться с неизвестным абонентом. Вернулся Андрей Александрович обеспокоенным, с задумчивым лицом.

— Автобусы, высланные за нами вчера из Магнитки, куда-то пропали! — раздражённо произнёс Андрюша и поджал губы. Ему всё это окончательно перестало нравиться!

И зимнее утро, и полная тишина. Особенно его раздражал периодический крик одинокой вороны, которая сидела на крыше здания и оттуда уныло вопила во весь свой резкий голос.

В душе Толяна что-то шевельнулось и отозвалось на речь референта про автобусы. Какое-то неясное воспоминание попыталось прорваться через его затуманенный ум, но застряло и не вылилось в чёткое очертание.

Он поднял свои васильковые глаза. Посмотрел внимательно на Андрюшу, но ничего не сказал, только тяжело вздохнул и начал думать о сигарете, у кого бы её выпросить.

— Закурить есть? — обратился Толян сразу ко всем, но никем услышан не был. Каждый из собравшихся здесь, перед плохо окрашенной дверью размышлял о своём и считал, что вопрос адресован не ему.

Из тишины возник и развился в глухой шум звук гудящих моторов и шорох шин с шипами. Все обернулись налево и увидели сквозь ограду решётки стремительно приближающийся к зданию аэропорта по узкой заасфальтированной дороге чёрный микроавтобус, за ним другой.

Люди, стоящие на улице, как по команде, повернулись налево и с интересом стали ожидать прибытия машин. Ольга Сергеевна инстинктивно надела на руки перчатки и опустила подбородок в кашне.

Автобусы подлетели к зданию аэропорта. Разъехались параллельно и встали друг около друга на ближайших к входу за решётку парковочных местах.

Минут пять из них никто не выходил. Затем водительская дверь левого автобуса открылась, и из неё выпрыгнул огромный мужик с белым лицом и немигающими глазами.

Он подошёл к решётке, встал около неё и произнёс в сторону людей за оградой глухо и странно:

— Господин Дюн просит вас пройти к нему!

Было неясно, к кому он обратился, и поэтому вся группа людей подобралась от неожиданности, как-то поджалась. Они все с удивлённым выражением лица приготовилась двинуться в указанном направлении, то есть к автобусу, но Айрат остановил их.

— Только вас! — и он рукой указал на Ольгу Сергеевну.

Все головы повернулись к растерянной женщине, кутавшейся в светло-коричневое пальто. Глаза на лице у неё сделались огромными, и она в полном замешательстве спросила вслух:

— Я? Меня? Почему меня?

Водитель не удосужился ответить, он стоял, как изваяние из камня, с указующей на Ольгу Сергеевну рукой. Казалось даже не дышал.

Люди в группе покорно расступились, освобождая проход для женщины. Каждый ничего не понимал. Почему именно её вызывает шеф и как он вообще оказался в этих микроавтобусах.

Ольга Сергеевна пожала плечами и, мелко перебирая ногами, обутыми в тёмно-коричневые полусапожки, пошла к автобусу через калитку в ограде. Водитель повернулся спиной к компании сотоварищей по расследованию дела об исчезновении господина Дюна.

Подошёл и отодвинул с грохотом дверь в салон автобуса. Ольга Сергеевна, бросив ещё раз удивлённый взгляд в сторону застывших за оградой людей, нагнула голову и нырнула в недра чёрной и мрачной машины.

Айрат также залез на своё водительское место и с силой захлопнул дверь. Минут пятнадцать как будто бы ничего нигде не происходило.

Мазок уже и не знал, что думать обо всём этом, но тут неожиданно, с прежним грохотом отъехала пассажирская дверь автомобиля. Оттуда выпрыгнула разгорячённая Ольга Сергеевна в распахнутом пальто и без платка на шее.

— Мальчики, мы с Романом Акакьевичем отправляемся в Магнитку на автобусах. Вы — на самолёте. Погода там лётная, аэропорт открыли, и там вас ждут.

Реплика была до того неожиданна, что референт с начальником охраны и подчинёнными пооткрывали рты и стояли, ничего не понимая и ни о чём не спрашивая. Андрей Александрович первым пришёл в себя и попытался устранить самую большую необъяснимость: отчего любимый шеф