Блогеры - Павел Вячеславович Давыденко

раз. Эта загадочная дева-русалка на вывеске казалась чем-то из «нормальности». Из той жизни, где ты можешь просто завалиться в кафе, вытащить ноут и уткнуться в монитор. Спокойно оставаться беззащитным и отключенным от мира, если уж на то пошло. Быть погруженным в себя.

Вот только у «Старбакса» не было панорамных окон – рама обуглена, стекла выбиты, и крошка поблескивала на асфальте толчеными льдинками…

Дверца «Чероки» резко распахнулась и ударила его в плечо. От неожиданности Макс потерял равновесие и сел на задницу. Из салона на него выдвинулось нечто огромное, урчащее, заслонило собой сероватое небо. В распухшем лице с кровоподтеками едва угадывались знакомые черты. Сейчас Джабба походил на свою мать, и ее образ встал перед Максом: голова, валяющаяся в раковине. Зубы скалились, слюнявый язык вывалился чуть ли не на подбородок, похожий на улитку (Ахатина гигантская – неожиданно вспомнил Макс). Пальцы-сардельки обхватили его горло, а колено жирдяя придавило грудную клетку так, что ребра хрустнули.

– Вот и встгетились снова, соседушка!

Макс ничего не мог ответить. Ни вдохнуть, ни выдохнуть. Накатило дежавю. Только теперь казалось, что предыдущая схватка с Джаббой была когда-то давно и с кем-то другим… возможно, во сне. А еще вдруг пришла легкость. Если не сопротивляться, то все закончится быстро. И не нужно будет уже думать, как удочерить Улю, как ее вообще найти и как выжить в сбрендившем мире.

Прогремел гром. Капли дождя хлынули в лицо Максу. Дышать по-прежнему было тяжело.

Туша зашевелилась. Макс вдохнул полной грудью. Поступивший кислород прибавил сил, Макс спихнул тело в сторону.

Череп жирдяя раскололся, как орех. Оставшийся глаз, висевший на сплетении буроватых шнурков, глядел сквозь Макса без всякого выражения.

Макс отполз в сторону от Джаббы и издал всхлип, когда на плечо ему опустилась рука. Он рывком глянул вверх, рассмотрел Дину. После до него дошло, что на лице вовсе не капли дождя подсыхают.

Он судорожно размазал кровь по щекам.

– Теперь-то мертв, – пробормотала Дина, пряча ствол в кобуру.

Макс промолчал. Ему почему-то не верилось, что Джабба не восстанет опять. А еще он вспомнил про голову старухи в мойке, и его стошнило едкой желчью.

Он какое-то время сидел на заднице, глядя перед собой. Потом на автомате вытащил мобильник – удивительно, как дисплей был до сих пор без единой царапины. Его уже ждало в пуше новое сообщение от куратора: «Расшарь свою локацию». Еще этого сейчас не хватало! Хрен там знает, что тот хотел, но Макс был уверен, что ничего хорошего это не сулит. Лучше не светиться. Сделать вид, что не прочитал, не увидел.

– Ладно… Ты водить умеешь?

– Д-да.

– А то я пока так… – Она дернула плечом. – Больше по мотокроссу. Короч, поехали, а?

Макс поднялся, с недоверием глядя на Дину. После покосился на труп – и желудок подтянулся к самой глотке, а едкая кислятина обожгла гланды. Он закашлялся и утер рот.

– Ты серьезно? Куда поехали-то?

– В больницу. Военвед. Там ребята наши, не могу их бросить.

– Ты… понимаешь, что это может быть опасно? Ты же диспетчер. И вообще…

– И вообще «мое место у плиты», да?.. Ты прямо моего отца напомнил сейчас.

Макс смущенно отвел взгляд.

– Поэтому и поеду, что опасно. Я, по-твоему, зачем в полицию пошла? Чтоб в кабинетах штаны протирать? – Она сморщила нос. – А что диспетчер – так это просто сегодня так вышло. Люблю суету. Такие дела…

Линия Паши 7

От проема вентилятора вниз вела лестница, которая заканчивалась слишком высоко над землей. Паша прыгнул первым, особо не медлив. Не потому даже, что хотел перед Леной покрасоваться, нет. Скорее потому что знал: начни он колебаться, так и вовсе не спрыгнет вниз.

Ушиб пятку и теперь присел от боли. Из глаз посыпались искры. Один пацан у них на районе спрыгнул на спор с крыши пятиэтажки в песок… в итоге раздробил пятку.

Он поймал себя на мысли, что ему жутко везет во всей этой истории. И может быть, сейчас чаша удачи как раз исчерпалась – и у него треснула кость, дальше не сможет идти. И не выберется никогда из подземелья…

– Эй, ты чего? – спросила Лена. Он вздрогнул, когда она тронула его за плечо.

– Ничего, – ответил Паша, но сам себя едва услышал сквозь шум серверов. На лбу выступил пот, заструился по вискам. Футболка прилипла к телу. Он поднял разводной ключ – бросил его вниз первым, а потом уже сам сиганул. Единственное оружие против могучей нейросетки.

– Что?! – крикнула Лена.

– ВСЕ НОРМАЛЬНО!

Он выпрямился и сделал пару шагов, расходился с опаской. Лена меж тем протянула пальцы к кабелю и тут же ойкнула, отдернув. Паша успел заметить искру.

Лена виновато улыбнулась и пожала плечами. Он покачал головой и шутливо замахнулся на нее.

Он начал догадываться, почему это место никто не охраняет. Не только потому, что оно надежно скрыто от посторонних глаз…

Они пошли вдоль ряда серверов. Ему все это казалось живым, и даже возникло ощущение, что устройство за ними наблюдает.

Лена приложила ладонь к его уху и прокричала, касаясь губами ушной раковины:

– Очень жарко тут!

Он кивнул в ответ.

Они медленно шли вперед, к центру, к тому самому «ядру» – если это было оно, конечно. От колебаний земли и воздуха и сам Паша дрожал, как желе какое-нибудь. Он сперва этого не замечал, но мышцы постепенно размякали, а вместе с ними и мысли тоже. Гудение будто бы исходило из недр черепа, словно кто-то дрелью сверлил дырку в мозгу.

Слезились глаза от пыли. Огоньки, которые постоянно мигали, сперва навевали ассоциации о гирляндах, но теперь Пашу подташнивало от их свечения.

Они повернули налево, потом направо, двинулись прямо. Лена вцепилась в его кисть и остановилась. Паша глянул вперед и сжал зубы.

Впереди он увидел мужика в камуфляжной форме, который сидел, привалившись к моноблоку сервера. В разжатой ладони лежал пистолет.

Паша шагнул вперед, Лена попыталась его удержать. Грудь мужчины не двигалась, и рука безвольно обмякла. И все равно Паша почему-то ждал, что сейчас мужик оживет.

Однако тот так и продолжал сидеть, свесив голову на грудь.

Паша оставил Лену в паре метров позади и подступил к человеку.

Его тут же замутило, когда он увидел восковую кожу и аккуратную дырочку во лбу.

Поколебавшись, Паша присел, цапнул пистолет и нервно замахнулся ключом, когда окоченевшие пальцы мертвеца не захотели отпускать рукоять.

Он оглянулся на Лену. Та стояла, зажимая рот руками. Потом отвернулась – и ее