Древо Миров братьев Камковых. Том 1. Пробуждение. - Денис Игоревич Камков

Трискелион, Триангуляция – смысл осознания этих важнейших для него сейчас понятий пробудила его, и он понял, что наконец-то вспомнил их. Да, триангуляция должна помочь понять, где он. А для создания Трискелиона – необходимо получить три отклика от его заклинания, это необходимо обязательно, и тогда он получит свободу, сможет, наконец-то все вспомнить, объединить себя. Получив свободу, он сразу начнет действовать самостоятельно. Сила… ему нужна сила! А в первую очередь – необходимы три нити, соединенные с нужными ему сознаниями, его заклинания. Он ждал эти три отклика, они помогут ему получить силу и свободу, а сейчас самое главное, чтобы они все нашли искомое. Воспоминания, как обычно, приходили к нему урывками, толчками, путались, перескакивая с одного на другое и каждое новое – сопровождалось приступами той боли, которая мучает не бренное тело, от подобных неудобств он легко смог бы отречься, одним лишь усилием воли. Эта Боль была иная, она испытывала, терзала и вгрызалась в самую его сущность. Словно кто-то запустил пальцы в его мозг и там сжал их в кулак. Стоп! Он поймал мысль, едва не ускользнувшую от него перед последней вспышкой боли и вернулся к ней: «А ведь для того, чтобы испытывать материальную боль – нужно иметь тело»! Новое понятие всплыло в сознании, заставляя память выдать новый кусочек пазла, и оно захлестнула его: «Как он будет двигаться? Чем нужно двигать, чтобы двигаться и главное как? Все это было пока не столь важно. А важно было то, что, по сути, ему пока нечем двигать, он точно знал, что у него сейчас нет тела, его родного тела. Странно было и то, что его отсутствие, для него не оказалось непривычным, он вспомнил, что так уже бывало, и бывало не единожды». Ждать…Тьма…

Сигналов от нитей, запущенных его заклинанием было по-прежнему только два. Почему только два? Где остальные? Мысли ворочались тяжело, он понял, что отдал в прошлое всплытие сил больше, чем мог себе позволить, чудом было уже то, что он снова не погрузился в катастрофически длительное для его замыслов беспамятство. Его сейчас поддерживала лишь слабая, очень слабая надежда на то, что из всех запущенных и потерявшихся сейчас где-то в мирах Великого Древа импульсов, хотя бы один, да, пусть еще хотя бы только один, наконец-то найдёт в каком-нибудь мире нужное сознание. Сознание, которое сможет вместить третий осколок его былого цельного Я.

На данный момент, идущие в ответ по нитям его заклинания, два сигнала были совсем слабыми. Но это было не страшно, главным являлось то, что плетенье великого заклинания, уже связывало его с этими уже не совсем чужими сознаниями, в которые успешно внедрились и прижились в них его осколки. Он знал, что с их возвышением и его силы будут прибавляться, но почему же до сих пор их только два? Надо ждать. Сейчас вся его могучая воля была устремлена только на то, что бы снова не потерять самого себя, удержать в своем сознании нити заклятья. Но как же безумно сложно удерживать себя от небытия, не помня ни того – кто ты, не зная – где ты, и почти ничего не чувствуя. Ему помогало сейчас только одно: две нити от чужих и отчасти своих сознаний, своей силой, уже понемногу, по капле, но начинают поддерживали его на краю беспамятства… Ждать…

Глава 19. Штормхольд, Винтори. Мир Пента. 398-399 года. Распределение.

Едва мы все успели отдать своим кураторам заполненные экзаменационные листы, как у нас забрали и кольца. Я сразу почувствовал себя немного не в своей тарелке. Кольцо было не просто красивой побрякушкой и символом статуса мага. Оно так же представляло собой и хранилище резерва манны, существенно добавляя ее хозяину, в случае нужды. Сейчас у меня ее насчитывалось: триста двадцать единиц своей и двести пятьдесят в кольце. Так что, лишившись кольца, я почти ополовинил свой запас.

– Хорошо, что на церемонии выпуска из Школы нам их отдадут! – Сэму тоже явно было не по себе.

– Как у тебя прошли экзамены? – Спросил я.

Сэм немного поежился, но всё-таки, скорее радостно, чем удрученно произнес:

– Главное, что я их сдал! Специализация немного подкачала, но в итоге прорвались!

– Куратор принимал? Он вроде у вас не такой зверь, как наш Оргус!

– Конечно, Велор, а кто же еще? – Сэм как то странно посмотрел на меня, – а у тебя разве не куратор принимал специализацию?

Я счел за лучшее промолчать, чем рассказывать другу о том, как именно проходил мой экзамен по специализации, в башне Огня. От ответа меня спас прозвучавший очень вовремя гонг, зовущий всех на ужин.

На следующий день, по традиции, сразу после праздничного обеда, где в честь окончания года кормили всякими вкусностями, состоялась церемония награждения выпускников. Нас снова, как и в прошлый раз, выстроили в общей зале, где после кратких поздравлений, под звуки труб и барабанов, наградили нашими же кольцами, только уже с выполненными в них инкрустациями камней, в соответствии со стихией каждого факультета.

Когда я в свою очередь подошел к Оргусу, чтобы получить свою награду, он, перегнувшись через пюпитр, шепнул мне негромко:

– Зайди ко мне после церемонии!

Быстро выпрямившись и вручив мне положенное кольцо, он слегка подмигнул мне и, сразу отвернувшись к группе учеников своего факультета, ожидавших вручения наград, вызвал следующего счастливчика.

– Что он тебе сказал? – спросил меня Сэм с любопытством, когда я вернулся на свое место в общей зале.

– Попросил меня зайти к нему сразу после церемонии. – Ответил я другу.

– Зачем?

– Сам не понимаю! – Я пожал плечами.

– Неужели тебя возьмут на индивидуальное обучение? – Сэм даже прикрыл рот ладонью в изумлении.

– Я не пойду! – Твердо, как отрезал, сказал я.

– Я бы, наверное, тоже отказался, – проговорил в задумчивости Сэм, без особой, впрочем, уверенности в голосе, – ну, если только за компанию с тобой.

Я взглянул на друга и успел увидеть смущение на его лице, но он быстро опустил лицо, делая вид, что рассматривает, как сверкает своими гранями сапфир на его кольце. Выглядело это конечно красиво, хотя мне намного милее был мой рубин.

После того как все новоиспеченные магистры были в торжественной обстановке окольцованы, нас еще раз тепло поздравили и наконец отпустили. Можно было идти собираться по домам. Я условился с Сэмом, встретится во дворе через пару часов, после чего поднялся