Князь Медведев. Дело рода - Вячеслав Николаевич Уточкин

Мучить её дальше было не в моих правилах.

Убрал трубу с вцепившейся в неё рукой и Вамп в инвентарь. Вспомнил своего аспиранта из прошлой жизни — парень бредил экзотическими тварями. Как-то полчаса грузил меня анатомией скорпионов, рассказывая, насколько они живучи и как мало у них уязвимых мест.

Одним из таких был нижний сегмент живота. А ведь действительно. Чёрный сдох очень быстро после моего удара.

Я перехватил Ухнеб поудобнее и нанёс удар в намеченную точку.

Жёлтенькая дёрнулась и исчезла.

Мне добавили ещё два балла. Пять — это, конечно, лучше, чем три. Но на фоне ста смотрится жалко.

Моё внимание привлекло проявившееся одно из двух колец, аккумулирующих энергию. Чуть изменив цвет, оно снова пропало.

Мир дёрнулся.

Я оказался в камере, где на меня сразу же посыпался град ударов.

Если бы не укреплённый скелет и улучшенная мышечная масса, прощался бы я с честно заработанным баллом прямо сейчас. Правда, враг бил по болевым точкам, желая вырубить, а не убить.

Я получил хлёсткий удар по глазам. Вслепую взмахнул Ухнебом. Похоже, попал удачно. Раздался короткий писк, и противник улетел в сторону.

Проморгавшись, различил фигуру в углу камеры. Вложив всю свою нелюбовь к сокамерникам, словно копьё, метнул Ухнеб.

Попал.

Врага приложило о стену.

В руке появилась Вамп.

Два шага, и я оказался рядом с противником. Схватил нападавшего за длинные бело-серебристые волосы.

Зрение к этому времени почти восстановилось. Нанопаучки работали в авральном режиме. Вамп устремилась к горлу врага.

И замерла в миллиметре от кожи.

В моей руке безвольно повисла эльфийка в ночном комбинезоне из знакомого материала. У меня был точно такой же, «Теневой хамелеон», купленный на межмировом рынке. Костюм, позволяющий притаиться в тенях.

Она открыла глаза со светло-голубым отливом. И в них было сознание.

Её губы тихо, почти беззвучно, прошептали:

— Шатун… я знала, что ты меня найдёшь.

В глазах эльфийки плескалась любовь. Она улыбнулась мне и потеряла сознание.

Время остановилось. Встретить свою любовь под второй личиной я не рассчитывал.

Сев рядом, наблюдал, как бешеная регенерация эльфийки излечивает тело, и пытался понять, что это сейчас было.

То, что Кэт хранит душу Надежды, у меня сомнений не вызывало. Но Надежда проявляла себя только пару раз, когда сознание Кэт отсутствовало.

Здесь и сейчас история, похоже, повторилась.

Я бросил взгляд на эльфийку. Кажется, она уже скоро придёт в себя.

— Так какие выводы могу сделать? — сам себя спросил я.

И сам себе ответил:

— Мало данных. Люций, ты нехорошая… очень нехорошая сущность, — тихо прошептал я. — И ты мне сильно задолжал, исчезнув на две недели, не дав объяснений. За это издевательство ты ответишь по полной.

Я прикрыл глаза и откинулся к стене. Дорога Силы усложнялась в два раза. Теперь, кроме себя, мне придётся провести по ней и эту эльфийку.

Сквозь усталую дрёму прорвался певучий голос. «Синхронист», поселившийся во мне во время боя со скорпионами, прилежно перевёл:

— Почему не добил?

Я открыл глаза и встретился с холодным, презрительным взглядом эльфийки.

Как и предполагал, душа Надежды спряталась и никак себя не проявляла.

А не вырубить ли её ещё раз? Очень хотелось вернуть сознание Надежды.

Мысль, конечно, неправильная. Но до боли соблазнительная. Кулак невольно сжался, и я окинул эльфийку оценивающим взглядом.

Видимо, она что-то почувствовала. Её и так не маленькие глаза увеличились вдвое. Эльфийка попыталась отползти, но упёрлась в стену. Бледное лицо приобрело синюшный оттенок. Задыхаясь от страха, она прошипела:

— Не смей. Я насилия не потерплю. Буду биться насмерть.

Я уже настолько свыкся с синхронным переводом, что перестал его замечать. Мы будто беседовали на одном языке. Присутствовал даже эмоциональный фон. Сейчас он кричал, что ещё чуть-чуть, и эльфийка сорвётся в истерику.

Я потёр лицо руками. Отогнал мысль попробовать ещё раз пообщаться с Надеждой. Да и не факт, что, если я её вырублю, Надежда вновь проявится.

— Ты мне объясни, — я устало вздохнул, — чего в драку полезла? Жить надоело?

— А что, по-твоему, я должна была делать? — зло воскликнула она. — Ждать, пока ты начнёшь меня домогаться?

— С какой стати? — Моему возмущению не было предела. — Я что, похож на насильника?

Повисла секундная тишина. Эльфийка посмотрела куда-то в сторону и тихо пробормотала:

— Ну… как бы да.

— Совсем головой стукнутая, — скривился я.

Эльфийка вскинулась и вскочила на ноги.

— А ты себя со стороны видел? — Она упёрла руки в бока. — Я сразу узнала твою расу. Нам на занятии по ксенобиологии хорошо вас описывали. Похотливые самцы с мозгом размером с грецкий орех.

Вот тут я понял. Передо мной стояла не профессиональная убийца, а какая-то студентка.

— Тебе сколько лет? — осторожно спросил я.

Вопрос попал в цель. Её щёки порозовели. Плечи развернулись, выпячивая грудь. Появился царственный наклон головы. Весь этот набор телодвижений беззвучно кричал: «Я взрослая. Я совершенно точно взрослая. Только попробуй усомниться».

— Мне тридцать три года, — холодно отчеканила она. И тут же по-детски набычилась:

— Я уже совершеннолетняя!

Похоже, тридцать три года у эльфов совсем не то же самое, что у людей.

— Ну раз взрослая, — с предельной серьёзностью кивнул я, — давай знакомиться. Князь Михаил Медведев.

В первый момент эльфийка растерялась. Похоже, не часто ей приходилось самостоятельно представляться и налаживать отношения. Наконец, что-то для себя решив, она встала в позу памятника самой себе.

— Я старшая дочь хранительницы лесов, — голосом профессионального церемониймейстера заблажила эльфийка, — Маньмаэль Тальмарэт.

Я честно попробовал повторить.

Не пошло. Судя по её лицу, не пошло совсем.

— Буду звать тебя Маша, — просто сказал я.

Разразившаяся за этим словесная буря Маши прошла фоном, пока я обдумывал дальнейшие действия. Эльфийка, видя, что я не реагирую, замолчала и стала прожигать меня злым взглядом.

Решив сгладить напряжение, я после некоторой паузы спросил:

— А ты как сюда попала?

— Куда «сюда»? — Она недоумённо моргнула. Потом осмотрелась. — А мы вообще где?

Вот тут меня проняло по-настоящему.

Мне на голову свалилась непонятно откуда юная эльфийка, носящая душу моей Надежды. И для полного счастья выяснилось, что она не знает, где находится.

А это, между прочим, не пансионат для знатных особ. Это тюрьма, где сидят особо опасные преступники. И если нет баллов за убийство местных сидельцев, наступает смерть без права возрождения.

Я открыл было рот, собираясь поведать миру всё, что я о нём думаю. Но не успел.

К решётке нашей камеры подбежали два пуделя с красными бантами. Игриво затявкали, запрыгали. Ну просто воплощение мечты друга животных.

— Ой! — Маша всплеснула