Психолог с дробовиком - Андрей Олегович Белянин

рубашки полетели пуговицы. И это при том, что сам я выстоял. Пылесос словно бы удивился, конкретно развернулся в мою сторону и подошел уже по-серьезному. Вот прямо-таки по полной…

— Ты на кого прешь, морда фашистская? Мало мы вам в сорок пятом наваляли!

Похоже, Bosch меня понял и обиделся. Пылесос взревел, словно дракон в саге о Нибелунгах, я показал ему средний палец, а он увеличил мощность до совершенного неприличия. Не знаю, как ему это удалось, но склонен подозревать висящую на люстре рыжую ведьму. И всасыватель пыли косвенно указал на это, вдруг потянувшись к потолку.

— Вот только тронь ее, — честно предупредил я.

— Дранг нах Остен, — вполне себе по-человечески ответил он, и началось…

Рубашка сдалась почти сразу, хотя я с четверть минуты удерживал ее за рукава. Тапочки улетели следом, словно два летчика-камикадзе. При попытке стянуть джинсы пылесосу удалось опрокинуть меня на спину, но ремень из бычьей кожи держался, как курский партизан на допросе. И это меня спасло: пока я ехал на пятой точке в сторону окончательно разбушевавшегося пылесоса, то хотя бы успел схватить стоящую у двери шпагу.

Правда, за клинок, а серебряное лезвие у нее заточено будь здоров! Но неважно, главное, что так или иначе, порезав обе ладони, я сумел каким-то чудом рубануть по шнуру, соединяющему эту шайтан-машину с розеткой. В себя я пришел приблизительно через… через… вечность?

Когда нежные руки положили мне на лоб влажную тряпку, та неслабо заискрила. Открыв глаза, я не сразу осознал, что не валяюсь на полу в прихожей, а вольготно возлежу на той же красной кушетке, в своем рабочем кабинете, заботливо укрытый клетчатым пледом.

Интересно, каким чудом я сам сюда дополз и так удобно устроился? Надо будет спросить при случае. «Случай» присел рядом на корточки и спросил, не угодно ли мне водички.

— Лучше скажи: как ты меня сюда доперла?

— А я вас катила, — честно призналась рыжая катастрофа, демонстрируя желтые резиновые перчатки до локтей: такие валялись у меня в ванной под раковиной. — Вы мой герой и рыцарь, храбро сразивший дракона! Я, кстати, сверху все на сотовый снимала. У Старших сестер такой экшен точняк проканает за урок! Нам как раз хватит на покупку нового пылесоса, а то этот слишком агрессивный. Я умничка? Вы больше не хотите меня убить?

Было лютое искушение ухватить ее за шею и придушить на месте, но, когда я поднял руки, оказалось, что обе мои ладони забинтованы. Да так неаккуратно, что теперь у меня были две белоснежные культяпки, которыми даже чайную ложку не удержишь. Я, конечно, порезался о шпагу, но не настолько же⁈

— Сними с меня эти варежки.

— Зачем? Вы же порезались, кровища-а, я столько времени все заматывала.

— Стопэ. Я порезался, а не отрубил себе обе руки сразу.

— Шеф, вам нельзя волноваться….

— Сними по-хорошему!

Вика сделала такое лицо, словно я просил ее делать бесплатные клизмы бомжам в Париже. Потом аккуратно развязала узлы-бантики и размотала бинты. Порезов на ладонях не было.

Абсолютно. Впечатление такое, словно кто-то просто склеил кожу, не оставив даже крохотного шрамика, но на такие операции современная пластическая хирургия пока не способна. Уж не за тридцать-сорок минут, это точно…

…Зверских тварей, выпущенных на свет благодаря не самому умному поступку колдуна, ловили по коридорам замка всю ночь. Часть из них сумела улететь, самым мелким пришлось попрятаться по щелям и закоулкам, так что найти их в абсолютной темноте даже с факелами и собаками было делом совершенно невозможным. Наутро одна гадина даже умудрилась укусить короля, за что была сожжена на месте…

Чернокнижник прекрасно понимал, что это досадное происшествие не улучшит его шансы занять теплое местечко у трона. Однако пепел колдуньи был единственной возможностью напасть на след королевской дочери. Не стоило забывать, что до этого всю страну объездили гвардейцы и, невзирая на допросы с пристрастием, не нашли ничего, что хоть на шаг продвинуло бы их в поиске пропавшего ребенка.

— Но, быть может, они все начали поиски не с той стороны? — задумался Ягр, нервно покусывая длинные ногти на указательных пальцах. За годы тюрьмы они так затвердели, что он мог резать ими мясо. — Ну ничего, меня будет не так легко провести.

Никто и ничто в этом мире не исчезает бесследно. Пусть эта мелкая девчонка пропала несколько месяцев назад, но, если бы ее укрывали соседние королевства, они бы давно выкатили счет молодому Шехид-шаху. Любое дитя королевской крови всегда стоит дорого, и платят за такое даже не золотом, а землями. Спорные территории, лакомые для обеих сторон, существовали во все времена.

Старик подошел к дверям, резко распахнул их и ударом кулака по шлему разбудил задремавшего стражника. Тот неуклюже вскочил на ноги, едва не уронив копье.

— Я хочу говорить с советником. Приведи мне его!

Слова чернокнижника были переданы старшему стражнику в левом крыле замка. Тот выругался, но дал команду. Разумеется, Нахиман, в свою очередь, мог потребовать доставить вздорного старика к себе в покои, но, поразмыслив, предпочел прогуляться сам. И да, в этом деле у него были свои интересы. Как и у всех.

— Я слишком мало знаю, — прошипел некромант, хмуро уставившись на вошедшего советника. — Вы с королем не сказали мне ничего, а без этого любое мое искусство бессильно.

— Тебе было позволено знать ровно столько, сколько его величество счел нужным.

— Это ничтожно мало!

— Выходит, слухи о твоих способностях сильно преувеличены?

— Черная магия слишком сложна для ума обычного человека, — поморщился Ягр, ему не нравился советник, но шагнуть через его голову пока не представлялось возможным. — Мое колдовство может послужить желаниям короля, но вся его мощь проявляется лишь в сцепке с реальными знаниями.

— Чего ты хочешь?

— Дай мне поговорить с ней.

— Это невозможно.

— Невозможно для кого?

Чернокнижник и некромант знал людей, он умел задавать правильные вопросы. Нахиман, сдвинув брови, задумался, и это было его первой ошибкой…

…Я решил никому не задавать неудобных вопросов, в первую очередь — себе. Просто встал, вытряхнул с десяток зеленых искорок из бороды, пригладил вздыбленные волосы и, чуть придерживаясь за стены, прошел на кухню. Есть ситуации, когда мозг категорически нуждается в полной кружке кофе, крепчайшей заварки с красным перцем, — эдакий