Кротовые норы - Сергей Сергеевич Мусаниф

украшение на бронированную ладонь. Посол взял перстень двумя пальцами другой руки и вложил его в установленное на столе считывающее устройство, внимательно глядя на невидимый для меня экран. Эта хреновина не была подключена к сети, поэтому я понятия не имел, что он там изучает.

Кстати, по довольно ловким манипуляциям князя стало очевидно, что он не в первый раз надевает броню. Новички обычно плохо справляются с мелкой моторикой костюма, предназначенного для крушения стен.

— Как тебя зовут, сынок? — его голос слегка потеплел.

— Данил, — сказал я.

— А фамилия?

— Иванов.

— Твой личный код?

Я назвал ему последовательность цифр, которую еще на корабле присвоил мне Гриша Бояринов. Оставалось только надеяться, что у посла нет доступа к файлам внешней разведки и он не станет открывать мое дело прямо сейчас. Потому что тогда он увидит, что я правду о моем происхождении и о том, что это мое первое задание в рамках работы на разведку.

Если не считать бардака на Эпсилоне, который я учинил, еще будучи свободным агентом.

— Где сам граф Бояринов?

— Вероятно, погиб, — сказал я.

Я не был в этом уверен, поскольку не видел его труп и момент взрыва, который должен был этот труп уничтожить, а для того, чтобы утверждать подобное в таких случаях, надо знать наверняка.

Может быть, Гриша действительно идиот, влезший в самоубийственную миссию из-за теплых чувств, которые испытывал к княгине, и тогда он погиб по собственной глупости. А может быть, он вовсе и не погиб, и мое задание, как и в прошлый раз, это миссия прикрытия для какой-то другой операции. Конечно, Гриша обещал мне, что будет играть честно, но верить обещаниям разведчика в такой ситуации было бы крайне наивно. Я вполне допускал, что он отпустил меня в свободное плавание, надеясь, что я опять наломаю кучу дров, а сам в это время инсценировал для меня свою смерть и сейчас занимается… да чем угодно.

Может, контрреволюцию пытается организовать или что-то вроде того.

Князь Архангельский никак не стал комментировать море заявление.

— Граф Бояринов никогда не занимался этой планетой, — сказал он. — Зачем ты здесь, Данил?

Говорят, что честность — это лучшая политика. Сейчас посмотрим.

— Я был частью эвакуационной команды для спасения великой княгини Екатерины, — сказал я. — В мою задачу входило отключение орбитальной обороны для отхода спасательного транспорта. Но так вышло, что я — это все, что от той эвакуационной команды осталось.

— И ты все равно решил продолжить? — спросил он, ничем не выдав своего удивления.

— Другого приказа у меня не было.

— Ты либо очень храбрый, либо очень глупый, сынок, — сказал он.

Наверное, второе.

Как бы там ни было, это здание было последним местом на планете, в которое стоило бы стремиться мало-мальски разумному человеку. Разумные люди старались бы держаться от него подальше.

— Как ты вообще сюда попал?

— Воспользовался неразберихой и подобрался к посольству незамеченным, — сказал я.

— Да, похоже, что у них там началась еще одна гражданская война, — сказал посол. — Но я не сомневаюсь, что как только определиться победитель, он навалится на нас с новой силой. Однако, я спрашивал не об этом. Как ты попал на Хорезм?

— На борту среднетоннажного грузовика «Марго», который пыталась протащить сюда корпорация «Ватанабэ», — сказал я. — Он взорвался в космопорту через пару минут после того, как я покинул борт.

— Какой там был груз?

— Я не знаю. Полковник Бояринов был ранен и остался прикрывать мой отход. Он спровоцировал взрыв, так что, полагаю, груз уже не будет доставлен по назначению.

Но это совершенно не означает, что информация о его природе не имеет никакой ценности. Напротив, имперцам крайне важно было бы узнать, что именно корпы пытались протащить на планету.

— Что ж, я отдам тебе другой приказ, сынок, — сказал посол. — Возьми в арсенале броню и оружие, явись к сержанту Григорьеву и делай все, что он скажет.

— Со всем моим уважением, но нет, ваша светлость, — сказал я, вспомнив, как правильно обращаться к князьям. — Вы не являетесь моим непосредственным командиром и не можете отдавать мне приказы.

— Мы на поле боя, сынок, — нахмурился он.

И если бы я был имперцем, он оказался бы прав. Но это была не моя война.

Тем не менее, наверное, не стоило дерзить человеку, который может размозжить мне голову одним движением руки.

Если попадет, конечно.

— Так точно, — сказал я и протянул руку. — Могу я прежде забрать то, что отдал мне полковник?

К этому моменту я уже прошерстил локальную сеть посольства и знал, что великой княгини в здании нет. Судя по записям с камер наблюдения и журналу охраныу, она покинула посольство за сутки до планетарного переворота, и сейчас Волшебник пытался отыскать ее следы в большом мире.

А сам я продолжал стоять с протянутой рукой, соображая, что делать дальше. Уходить из посольства без гришиного перстня было нельзя, в конце концов, что я предъявлю этой самой Екатерине, если таки до нее доберусь? И если князь откажет в этой просьбе, мне придется либо забирать перстень силой (а для этого князя придется прикончить, потому что нелетального способа остановить человека в тяжёлой штурмовой броне у меня под рукой не было), либо возвращаться за ним потом, когда князь уйдет из кабинета.

Если, конечно, он не прихватит его с собой.

Князь был без шлема, поэтому я запросто мог его застрелить, но что делать со всеми остальными штурмовиками? Даже если я успею влезть в княжескую броню, мне придется прорываться наружу с боем, и при таких раскладах не факт, что я его выиграю.

Если в ограниченном пространстве по тебе ведут огонь из тяжелого оружия, твои личные качества уже не имеют никакого значения.

По счастью, князь не стал претендовать на чужое имущество.

— Забирай, — сказал он. — И марш в арсенал.

— Так точно, — сказал я, схватил перстень и выскочил за дверь.

Получается, я сам сунул голову в петлю, заботливо повешенную для меня Гришей Бояриновым. На что он вообще рассчитывал, отправляя меня сюда?

Версия о том, что он жив и что-то замыслил, а меня использует в качестве очередного отвлекающего маневра, стала основной.

Как он мог выжить?

Десятком разных способов. Самое простое объяснение — он прыгнул в ту же канализацию через минуту после меня, свернул в другую сторону, а корабль подорвал дистанционно. Или, может быть, у него было какое-то личное средство защиты, позволившее ему пережить взрыв на поверхности.

Может быть, ему вообще плевать на эту Екатерину, и он собирается использовать местную агентурную сеть для противодействия тиграм революции.