Кротовые норы - Сергей Сергеевич Мусаниф

не случилось, видимо, большая часть контейнеров оказалась все-таки не военного предназначения. Пассажиры в зале ожидания, насколько я мог слышать, даже не обсуждали этот инцидент. Наверное, уже привыкли к тому, что на планете периодически что-то взрывается.

— Судя по тому, что мы убрались из космопорта, ты таки решил спасать принцессу, босс.

— Может быть, я просто решил убраться подальше от приоритетной цели, — сказал я. — Если имперцы начнут бомбардировку, космопорт они вынесут первым.

— Я бы на их месте еще и по столице жахнул, — заметил Младший.

Да, при некоторых раскладах это может радикально улучшить переговорные позиции. Куда легче договариваться о мире, когда самые крикливые и воинственные радикалы, а они, вне всякого сомнения, сконцентрированы в столице, уже мертвы, а прочим несогласным можно указать на дымящуюся воронку, возникшую на месте когда-то большого и процветающего города.

Главный минус подобного решения — это несколько миллионов попутного ущерба. Все эти смерти могут здорово озлобить оставшееся население, и пусть на прямое столкновение Хорезм сейчас не способен (и вряд ли когда-нибудь будет), но ребята продолжат гадить исподтишка.

Поэтому, я думаю, стирать столицу с лица планеты имперцы все-таки не станут. Если, конечно, с младшей сестрой императора не случится что-нибудь ужасное, из-за чего монарху может полностью сорвать крышу.

Туалет в вагоне был крохотный, мы с чемоданом там едва поместились. Сорвав двумя пальцами небольшой механический замок, я откинул крышку и принялся рыться в присвоенных вещах. Я таки угадал с выбором жертвы, и среди вещей мне попался просторный бурнус, сшитый из какой-то серой, почти невесомой ткани. Я накинул его поверх комбинезона, надел на голову капюшон… Ну, если особо не присматриваться, то в таком виде я вполне мог сойти за местного. Судя по кадрам хроники, половина агрессивных радикалов в таких ходит.

А борода… допустим, просто не выросла. С генетикой не повезло.

Я вышел из туалета и вернулся на свое место. Пара остальных пассажиров не обратила на мое преображение никакого внимания.

Вот оно, чудо маскировки. Мне еще повезло, что революция произошла не на нудистском пляже.

* * *

Поезд оказался экспрессом, так что у меня не было возможности сойти до конечной станции, которая находилась довольно близко к центру города и происходящим там событиям.

Когда мы остановились напротив пустого перрона и поезд распахнул свои двери, я ногой задвинул чемодан поглубже под сиденье, чтобы он не сразу бросился в глаза, если вдруг кто-то что-то начнет проверять на предмет оставленных вещей, пропустил вперед парочку местных и вышел из вагона. Смешаться с толпой не получилось ввиду полного отсутствия толпы, но патрули революционно настроенных бородачей по городу еще не ходили, и я беспрепятственно покинул станцию, оказавшись на улице.

Здесь уже было заметно, что с городом что-то не так. Людей мало, уличные кафе закрыты, витрины наспех заколочены кусками пластика, некоторые вывески сняты и спрятаны до лучших времен, которые могут так и не наступить. Из сети я знал, что у тигров революции есть какой-то пунктик по поводу изображения человека, так что вся голографическая реклама и настенные щиты были отключены, а парочка маляров спешно закрашивала серой краской цветное граффити на одной из стен.

На соседней улице обнаружилось несколько сожженных городских глайдеров, дома рядом с ними зияли провалами выбитых окон. На обочине лежал труп молодого человека в когда-то белых, а теперь замызганных грязью и кровью одеждах, и никто ничего с этим не делал. Немногочисленные прохожие старательно делали вид, что его тут нет, а городские службы почему-то его игнорировали.

Судя по всему, человек умер от того, что кто-то проломил ему голову тяжелым тупым предметом. Возможно, кирпичом. Жертва революции или каких-то местных разборок?

Я решил, что это не мое дело.

Осталось еще понять, есть ли на этой планете у меня вообще хоть какие-нибудь дела.

Я добрался до ближайшей гостиницы, но она оказалась закрыта. На двери висела дежурная табличка «свободных мест нет», но здание не выглядело так, словно в нем вообще никого нет. Туризм плохо совместим с городскими боями.

На соседней улице нашлось работающее кафе, единственным посетителем которого оказался старик в похожем на мой бурнусе, разве что чуть более запыленном, из капюшона которого торчала длинная седая борода. Я взял в автомате чашу кофе и уселся за соседний столик. Кофе был недостаточно горячим и довольно дрянным, как обычное пойло, которое ты можешь получить бесплатно на любом космическом корабле.

Старик вежливо мне кивнул, его борода двинулась в такт.

Я ответил аналогичным жестом вежливости. Старик отвернулся в другую сторону и вернулся к созерцанию улицы.

— Ты бы еще проститутку себе снял, босс, — прокомментировал Младший. — Мы сюда с таким трудом приперлись только для того, чтобы ты сидел и на прохожих пялился?

— Гриша поспешил, и чем все кончилось?

— Отец говорил, что ты профессионал в такого рода делах.

— Поэтому я и не спешу.

Посольство имперцев находилось на осадном положении, так что просто подойти туда, постучать в дверь, дождаться, пока меня впустят, и продемонстрировать гришин перстень попросту не получится. И поскольку имперцы забаррикадировались со всех сторон, на тайном проникновении тоже можно поставить крест. Способ, вне всякого сомнения, есть, он всегда есть, но поиск нужного подхода может занять некоторое время, которого у меня, возможно, нет.

Если тигры революции пойдут на штурм, а рано или поздно они дозреют до этого решения, можно ворваться в здание вместе с атакующими, отыскать великую княгиню и…

Умереть вместе с ней? Точнее, умереть рядом с ней, потому что если они не полные идиоты, то убивать ее сразу, не попытавшись сначала поторговаться с висящим в их системе имперским флотом, они не станут. А меня просто грохнут, чтобы под ногами не путался.

Это, конечно, при условии, что великая княгиня переживет сам штурм, ведь для того, чтобы снять силовое поле, местным придется отработать по зданию из тяжелого оружия, а оно не разбирает, кто тут представляет ценность для грядущих переговоров, а кто нет.

Самое сложное здесь — подгадать момент, чтобы оказаться в посольстве не слишком поздно, и при этом не быть убитым в первой волне атакующих, которую имперские штурмовики разнесут в розовую пыль.

Предъявленный имперцам ультиматум истекает минут через сорок, но не факт, что тигры сразу начнут действовать. Им ведь понадобится какое-то время на подготовку.

Щелк.

Волшебник без труда нашел муниципальный сервер и получил к нему доступ. У меня перед глазами повисла сеть подземных коммуникаций города. Несколько туннелей проходили совсем рядом с подвалами посольства, так что их можно было использовать в качестве путей отхода. Почему мне вечно приходится лезть под землю?

Щелк.

— Вижу, что ты уже все решил, босс.

— Торчать здесь опасно