Леди Горничная - Илона Волынская

Единственный свободный стул был рядом с Тутсами – понятно, дочку Эрику ждут. И все.

– Да уж я вижу… как рады, – многозначительно протянул старый де Орво.

Тристан наградил своих дам взглядом, тяжелым, как чугунная плита, и теперь уже они потупились в стол – даже неукротимая Агата.

Стоим. Ждем. Я у дверей, склонив голову и благонравно скрестив руки поверх юбки – воплощенное смирение. Тристан во главе стола… воплощенная неловкость. Часы тикают. Гости смотрят. Становится все… смешнее. А держать трагизм – все сложнее. Но я стараюсь. Юный Сигурд извелся от сопереживания, в глазах Аниты Влакис пляшут чертики – если она сейчас скорчит мне рожу, я захохочу.

Наконец, бледный и шокированный до дрожи в пальцах Костас подхватил просунутый лакеем в дверь стул и торопливо приткнул его к столу. С оскорбленной миной я уселась рядом с нервно ерзающей Маритой и жестом трагической примы Императорского театра приняла у лакея блинчики. Да что там, я была лучше примы – чтобы страдать над блинчиками Фло нужен исключительный актерский талант!

– Измельчали южные мужчины! – с пренебрежительной жалостью глядя на Тристана, фыркнул старый лорд, взмахом руки подозвал лакея, и выгреб с блюда всё, что там осталось. То ли любил готовку Фло, то ли просто чтоб мне не досталось. – Ничего до конца не доводят! Если уж ты запер эту… – он пожевал губами так выразительно, что ни у кого не осталось сомнения, какое слово он проглотил, – …в поместье, чтоб род не позорила… Так не мог уж и в подвал отправить, обязательно за стол усаживать? – и воздев вилку как маршальский жезл, торжествующе воззрился на меня – дескать, ну? Чего скажешь?

Ничего не сказала – только проводила взглядом шоколад, капнувший с вилки на скатерть, и едва заметно – да-да, едва, но заметно! – брезгливо поморщилась. Гюрза откровенно усмехнулась в ответ, де Орво побагровел и полоснул ее взглядом совершенно бешенным… и таким же безрезультатным. Армейская целительница гнев южного лорда, кажется, даже не заметила, она ела взбитый с фруктами творог и по-кошачьи жмурилась от удовольствия.

– Это незаконно, – выдавил Тристан.

Правильно я не стала обольщаться его любезностью. Ненадолго братца хватило.

– Имперские законы! – старик ткнул вилкой, будто рассчитывал насадить на зубцы весь Имперский Кодекс – гражданский, уголовный и административный. Слетевшие с вилки капли шоколада мелкими точками усыпали лицо ближайшей невестки – та не дрогнула, не шелохнулась, и даже не потянулась к салфетке, чтобы вытереться. – Юг силен своими традициями, а у нас сперва отнимают последнее…

Баррака согласно кивнул, и тут же опасливо покосился на Улафа.

– Император отнял? – Ка Хонгу удалось распахнуть узкие глазки до почти нормальных размеров, с преувеличенной восторженностью разглядывая человека, у которого что-то отнял аж сам император! – И чего ж ему у вас так занадобилось?

– Наша гордоссссть… – прошипел старик, окинул сидящих за столом полным отвращения взглядом и скривился. – И наши дети! – отвращение сменилось ненавистью.

Над столом повисло короткое молчание.

– Оба старших сына лорда де Орво погибли в последний год войны, – словно извиняясь, пробормотал Тристан.

– Слава храбрецам!

От дружного рева армейских глоток дрогнули стаканы и подвески люстры. Пискнув испуганной мышкой, Агата шарахнулась от вскочившего Сигурда.

– Вечная память защитникам, – как старший по званию закончил Улаф, армейцы также дружно грохнули каблуками в пол.

Остальные обменивались растерянными взглядами. Они что… впервые слышат традиционное приветствие павшим? – теперь уже растерялась я. И только сейчас – не в вагоне среди демонов, не в полиции наедине с Барракой и Зарембой, а сейчас, за накрытым столом под этими недоумевающими взглядами – я поняла, насколько в южных герцогствах… непорядок.

– Сударыни! – Улаф почтительно повернулся к серым дамам. – Я здесь всего год и заботы о вверенном мне гарнизоне Приморска не позволили пока познакомиться со всеми вдовами наших отважных воинов. Но я и мои солдаты готовы оказать любую помощь. Довольны ли вы имперской пенсией? При обоснованной необходимости можно ходатайствовать об увеличении.

– Пенсией? – одна из «серых» вдруг вскинула на Улафа глаза и оказалось, что цвет у них, как у грозового неба, совсем северные глаза. И круги под глазами тоже… как после затянувшейся зимы. – Мне что… положены какие-то деньги за Франциска?

Это значит, жена среднего де Орво, а та, надо полагать, старшего…

– Безусловно, – удивился Улаф. – Пенсия вдове, если остался ребенок – пенсия до его совершеннолетия, и льготы для военных сирот на поступление в высшие учебные заведения империи.

– Ничего им не положено! – старый де Орво одарил невестку взглядом, обещающим всяческие кары, и та немедленно потупилась в стол. – Дурам никчёмным, не сумевшим удержать моих сыновей дома, чтоб не лезли на эту поганую, никому не нужную войну, не то что денег – гнилых очистков с кухни жаль! Даже сыновей им народить не сподобились – девки, что у одной, что у второй, им учеба без надобности!

– К счастью, законы империи этого не позволяют, – хмыкнула я. – У ваших дочерей ведь есть магия? – напрямую обратилась я к серым леди.

Те дружно вскинули на меня глаза, снова потупились в тарелки и когда повисшее молчание начало становиться уже неприличным, старшая наконец ответила почти шепотом:

– Да, воздушницы…

– Ну конечно! – наконец сообразила я. – Экскурсия младших классов Южной Академии на маго-техническую выставку! Кажется, я видела ваших девочек!

Обе невестки посмотрели на меня и впервые несмело улыбнулись.

– Да уж, особый стиль семьи де Орво невозможно не узнать! – колокольчиком прозвенела Агата, и серые леди словно потухли. Лишь одна с явным отвращением одернула серый плотный рукав.

– Вы, наверное, беспокоитесь, – у Мариты хватило ума вмешаться. Она одарила дочку быстрым злым взглядом и любезно улыбнулась серым леди. – С этой аварией в тоннеле дети застряли в столице неизвестно на сколько, это так неприятно.

– Я говорил, что девки должны дома сидеть, а не по столицам шляться! Нет, заладили: «Императорский приказ! Будущие маги обязаны посетить!» – явно передразнивая кого-то, скривился старик.

– Смею думать, что дети совершенно довольны, – негромко обронил Улаф. – Младшие классы Южной Академии взяла под опеку Ее Величество. Поживут пока в общежитиях Столичной Академии, на занятия походят, новыми друзьями обзаведутся… дополнительное посещения выставки обещали.

– Ее Величество очень… – опустив глаза начала старшая из серых леди…

– Видно, чему в Столичной Академии научить могут! – старший де Орво ткнул вилкой в мою сторону. – Как семью позорить!

– Я бы не стала обобщать – все же оба имперских принца учатся в Столичной… – словно беседуя с блином на тарелке, сказала я. – Да и наследники