Леди Горничная - Илона Волынская

– А еще блинчики подать можно? С шоколадом?

Фло просияла улыбкой – ей тоже не хотелось ссориться. Но ответить не успела.

– Уже указания прислуге раздаете? – раздался дрожащий от обиды голосок. – Не слишком ли вы торопитесь?

Что это Агата я поняла сразу – она настолько походила на Мариту пятнадцать лет назад, что не ошибешься. Клятые демоны, она улучшенная версия тогдашней Мариты: моложе, изящней и красивее! Ей бы на весеннем лугу порхать, а не на летней кухне кукситься – склочное выражение лица к ее округлым щечкам и пухлым губкам откровенно не шло, и даже гневно вздымающаяся пышная грудь положения не спасала.

– Вы папе Тристану еще не жена! – отчеканило юное создание.

– Не жена, – не стала отпираться я в ответ на это странное обвинение.

– И вы… на самом деле, ненамного моложе моей мамы!

– Все-таки моложе, – я почти обиделась.

– Вы не особо красивая!

Вот теперь я обиделась совсем.

– А что у вас состоятельная семья…

– Судя по всему, не такая уж и состоятельная… – задумчиво протянула я. Кто-то на кухне нервно хихикнул.

– Вот! – тут же возрадовалась Агата. – Еще неизвестно, может, Тристан на вас вообще не женится!

– Известно, – подтвердила я. – Не женится.

– Как же не женится, когда вы… – яростно сверкая темными, как у матери, очами, выпалила Агата… и замерла с приоткрытым ртом. – Не женится?

– Агата! – в окрике Мариты была гремучая смесь гнева и долготерпения. – Это не она!

– Как же не она, когда на ней костюм! – Агата простонародно ткнула пальцем в мои юбку с блузкой.

Марита, встрепанная и взмыленная, будто не леди, а изруганная суровой экономкой горничная, поглядела сперва просто в мою сторону… то есть, глядела-то она на меня, но видела, похоже, стопки простыней в бельевой и запасы окорока в кладовой, мысленно подсчитывая, хватит ли на всех прибывших… Потом взгляд ее прояснился – она меня увидела! Испачканные босые ноги. Не закрывающий даже щиколоток подол, отделанный слишком яркой и броской вышивкой. Стягивающий талию высокий корсаж. И наконец блузу с пышными рукавами. В глазах ее мелькнуло узнавание… А потом лицо скомкала жутковатая гримаса, зубы оскалились… Сердце у меня на миг замерло, потом глухо стукнуло – и лишь тогда я поняла, что Марита не злится, а давит хохот! Сквозь попытку удержаться от смеха проступает яростное злорадство.

– О-о-о… – шумно выдохнула я. Кто бы мог подумать, что пытающаяся не расхохотаться Марита – это так страшно! – Так вот зачем здесь Тутсы! Тристан все-таки решился…

Злая радость мгновенно исчезла с лица Мариты, сменившись злостью обыкновенной.

– Дочь совладельца «Лунного банка» – отличный выбор! – я мило улыбнулась невестке. – Тристан сможет вернуть твое приданое, если ты решишь уйти, – я кивнула ей и пошла дальше.

– Мама, о чем она говорит? – ахнула у меня за спиной Агата. – Кто она такая?

– О законе, деточка, – ответила на первый вопрос я.

– Младшая сестра Тристана, – ответила на второй вопрос Марита. И заглушая новое аханье Агаты, крикнула мне вслед. – Ты меня не выгонишь из моего собственного дома!

– Я – нет, – бросила через плечо я.

«А вот она…» – не прозвучало. Но это молчание – оно было хуже крика. Не прозвучавшие слова эхом прокатились по коридору, просочились на кухню, расползлись по комнатам, погружая весь дом в тишину. Не ответила Марита, смолчала Агата, исчезли в глубине кухни любопытные горничные…

Только и слышно было шлепанье моих босых ног. Но стоило мне свернуть за угол, скрывшись от пронзительного ненавидящего взора Мариты, как весь дом словно едва слышно вздохнул… а я остановилась, успокаивая неистово мечущиеся мысли.

«Мой брат… собирается взять вторую жену? Да еще и дочь совладельца „Лунного банка“»?

Потому что я наконец вспомнила, откуда знаю фамилию Тутс. Среди владельцев «Лунного», второго по величине и влиянию банка в Империи, умудряющегося соперничать даже с принадлежащим императорской семье «Солнечным», не титулованных и не обремененных высокими правительственными должностями особ всего двое. И если я хоть немного понимаю, как в Империи дела делаются, это означало, что именно на этих двоих все и держится.

Мимо, торопливо поклонившись, пробежал дворецкий Костас – и остановился у дверей, переводя дыхание, чтобы взяться за дверную ручку уже с подобающей важностью.

– Еще гости? – поинтересовалась над ухом я – и сбила Костасу весь настрой.

Глава 18

Гости к завтраку

Я очень надеялась, что это гости! Мои гости. А еще лучше – мои вещи. Не дожидаясь, пока Костас все сделает по правилам, я проскочила мимо растерянного дворецкого – прямиком на парадное крыльцо… и единственной моей уступкой приличиям было, что я завопила:

– Анита, дорогая!

Вместо счастливого верещания «Мой саквояж!»

– Тпррр! – лично восседающая на козлах Анита Влакис натянула поводья, осаживая четверку роскошных лошадей. Изящный, точно рассчитанный разворот – и к парадному крыльцу дома по неширокой дуге вынесло самую комфортабельную и элегантную… телегу, какую мне только случалось видеть. На скамейках-диванчиках вдоль бортов сидели все Влакисы – и сам господин Влакис, и госпожа Влакис № 2, считающая, что она № 1, и юный мастер Влакис, и четыре девицы Влакис от старшей до младшей. На самом краю, тесно прижавшись друг к другу плечами и с двух сторон держась за мой саквояж, обнаружились инспекторы Баррака и Заремба, и некий неизвестный мне молодой господин.

По подъездной аллее вслед за «телегой» галопом мчались всадники!

– Господа и лорды, вы приехали! Я так рада! – завопила я, вихрем слетая навстречу и приветствуя разом и Аниту с ее пассажирами, и всадников. – У вас что, гонка?

– Да! – осаживая своего низкорослого, зато гибкого, как змея, конька в шаге от меня, проорал ротмистр Ка Хонг. – Эта баба правит лошадьми, будто она сама У Куенг Гы Комсын Коханг Дон Гу![3] Она меня обогнала!

– Она всех нас обогнала, Ка Хонг! – подскакавший следом Улаф помахал мне с седла.

– Из вас такие наездники, что вас даже птица га кукур ри сун[4] обгонит! – фыркнул степняк. – А она обогнала меня! Демонова баба, такая же как эта! – он ткнул коротким волосатым пальцем в меня, и заухмылялся во все зубы, явно уверенный, что я оценю комплимент. – Вокруг меня сплошные демоновы бабы, на одной из них я даже женат! – он захохотал. Не переставая хохотать, протянул руки, чтобы снять с седла Гюрзу.

– Заткнись, косоглазый! – отвешивая мужу подзатыльник, целительница подалась ему навстречу.

– Это ужасно… ужасно! Милый, вели ей, чтоб она больше так не гоняла! – повисая на плече у мужа простонала вторая, то есть, первая… в общем, более