Настоящий извращенец - Константин Владимирович Ежов

В соседнем окне Иван Шум в ужасе смотрит на зеркальную гладь. Оттуда на него глядит оборванный, зачуханный заморыш со впалыми щеками и потухшим взглядом. Иван орет на свое отражение: "Я не такой! Я не нищий!", а зазеркальный Шум лишь молча смотрит на него с глухой, беспросветной тоской. Комплекс неполноценности во всей красе.

А вот и Власову накрыло: перед ним стоит мужик из Континента Бессмертных — его бывший соратник, который когда-то сдал Сергея врагам за мешок кристаллов и едва не отправил на тот свет. Мужик кается, падает на колени, скулит: "Брат, прости, грешен!", а Власова заново переживает ту предательскую боль, рыдает и никак не может поднять руку для удара. Сопли, эмоции, прошлые обиды.

Лисицын перевел взгляд дальше.

На втором этапе народ уже вовсю махал кулаками. Какой-то парень на Кристалле отчаянно рубился с собственной копией. Дрались грязно, с хрипом, ломая пальцы и выбивая зубы. В итоге студент кое-как завалил фантома, выплюнул два клыка и упал рядом, глотая кровавую слюну. Второй этап — чистая физика. С одинаковым весом на халяву не проскочишь.

На третьем этапе сидела Лада Вех. Девица уселась, скрестив ноги прямо в пустоте, а перед ее носом висел разорванный свиток. Лада хмурила лоб, искусала все губы и судорожно чертила пальцем в воздухе силовые линии. Только вот дело шло туго: даже на ее этапе Духа дописать чужую практику было задачей адской.

На четвертый этап не прошел вообще никто. Да и с чего бы?

Лисицын откинулся назад и снова присмотрелся к тем, кто все еще ковырялся на первом этапе. И где среди этой оравы спряталась та инопланетная тварь? Как можно было так чисто замаскироваться, чтобы даже местная проверка характера не вытащила наружу чужеродное дерьмо?

Парень пожевал губу, а потом негромко произнес:

— Искусственный Интеллект, внеси-ка правку в регламент второго этапа.

— Слушаю.

— На втором этапе выкатывай против каждого не ровню, а мужика на этапе Духа.

Искусственный Интеллект замялся на долю секунды:

— Сократа? Но для участников на этапе Кристалла это гарантированное поражение. Шанс прохождения стремится к нулю.

— Меня не волнуют их шансы, — отрезал Лисицын. — Перенастраивай.

— Принято.

На экране сетка окошек тут же тревожно замигала. Инопланетная гнида умеет мимикрировать под человека, это факт. В обычной жизни ее от нормального пацана не отличишь. Но если перед ней встанет противник, способный сходу размозжить ей черепушку, инстинкт самосохранения обязан сработать. Чужак выставит истинную силу, чтобы не сдохнуть на халяву.

Лисицын уселся поудобнее и стал ждать.

Первым на обновленный второй этап выскочил парень с факультета — какой-то Ян на высшем Кристалле. В его квадранте из тьмы начал сгущаться силуэт. Аура противника нарастала прыжками: Кристалл… еще Кристалл… и вот воздух в загончике густо задрожал от давления этапа Духа. Ян побледнел, у него подкосились колени, и он со всего маху грохнулся на карачки.

— Сдаюсь! Сдаюсь, блин! — заверещал он так, что чудом не сорвал связки.

Фантом мигнул и растворился. Студента тут же выплюнуло наружу. Лисицын качнул головой. Обычный трусоватый человечек, ничего интересного.

Второй. Третий. Четвертый…

Народ валил на второй этап и тут же летел обратно с мокрыми штанами. Кто-то валился на колени и скулил, кто-то давал драпака по кругу, кто-то просто сползал по стене в полуобморочном состоянии. Обычные человеческие реакции, никакого инородного следа.

Лисицын уже нахмурился, когда на втором этапе материализовался Жека Минцев. Жека пару секунд тупо пучил глаза на вырастающего перед ним гиганта на этапе Духа, а потом вдруг расплылся в какой-то совсем уж непотребной, жуликоватой ухмылке.

— Шеф… — пробормотал он себе под нос. — Ты че, озверел там совсем? Какой мне Дух, я ж простой пацан!

Жека сунул ладонь в карман, погладил выданую Лисицыным бляху щита, потом вспомнил про два редчайших кристалла… Помялся, вздохнул и вытащил пустую руку.

— Не-е-е, — забубнил Минцев. — Тратить такой артефакт на проходную проверку? Я что, дурак? На эти кристаллы я до пенсии жить буду. Проще сразу на лыжи встать.

Он поднял руки ладонями вперед:

— Все, пацаны, слив засчитан!

Фантом растаял, Жеку выкинуло из базы.

Лисицын хмыкнул. Хитрый жук, своего не упустит.

Следом зашел Ванюша. Этот оказался еще проще: только увидел ауру Духа — сразу выкинул белый флаг и отправился восвояси.

Один за другим одногруппники отсеивались, не оставляя ни единой зацепки.

Лисицын молча разглядывал экран. Неужели он просчитался? Неужели эта тварь вообще не пошла внутрь? Или чутье подвело его, когда он отматывал время назад, и никакого инопланетного присутствия не было? Нет. Тот липкий, чужеродный след он запомнил четко. Такое с похмелья не причудится.

Внимание Лисицына привлек последний активный экран.

Лада Вех. Девка все еще сидела на третьем этапе. Перед ней все так же висел огрызок практики. По бледным щекам катился пот, пальцы подрагивали, но она сцепила зубы и упорно гнула свою линию, пытаясь додумать недостающие каналы.

Лисицын поглядел на нее пару секунд и качнул головой.

Не она. Была бы тварью — давно бы сдала эту детскую задачку за пару секунд. Так кто же?

Парень закрыл глаза, сделав глубокий вдох. В темноте под веками на миг вспыхнул злой, темный огонек. А может… просто пустить всех под нож? Мысль была простой и чистой. Покрошить всю эту ораву на мелкие винегретные кубики — и тварь сдохнет вместе с ними. Нет человека — нет проблемы.

Но Лисицын тут же коротко хохотнул и рассеял эту мысль. Резать своих? За что? Они же ничего не сделали. Просто сидели в одном классе, просто вместе жрали пирожки в столовке. Да, бесят иногда. Да, тупые как пробки. Власова с Ненашевой вон до сих пор свысока похлопывают по плечу. Но они же не враги. За свою жизнь — что человеком, что владыкой — он накрошил народу столько, что на три кладбища хватит. Но там все было по делу.

Парень вспомнил тот день у супермаркета, когда какие-то ублюдки пинали его мать, а толпа вокруг просто снимала это на телефоны и хихикала. Вспомнил мразей из кредитных контор, которые пустили по миру сотни семей. Вот тех он выжигал без капли жалости, до тла. А эти-то что? Обычные недотепы.

— Ладно, — тихо вздохнул Лисицын, потягиваясь в воздухе. — Поиграем в прятки дальше. Времени у меня навалом. Рано или поздно эта гнида где-нибудь да споткнется.

Когда Лисицын вывалился из парадных дверей Тыловой базы, снаружи уже стон