Напряжение 1-7 - Владимир Алексеевич Ильин

— Может, и так, — пожал я плечами, но не рискнул посмотреть на брата. — Наверное, оттого она и не сработала.

— Максим, Нику похитили! — чуть подняв голос, вновь произнес Артем. — Очнись уже! К демонам все твои планы!

Как будто они уже не там.

— Таким образом, — бодро, словно подытоживая, сказал я, — мы не можем просить помощи ни у кого из тех, кто эту помощь может действительно оказать.

— Объяснись.

— Потому что, если они надавят через свои каналы, — поднял я на друга взгляд, полный боли, — Нику просто убьют, а тело сотрут в порошок и развеют над водой.

— Некоторые угрозы невозможно игнорировать. Я знаю случаи, когда пленников возвращали целыми и здоровыми.

— В тех случаях не было блокиратора.

— И что ты предлагаешь? Не вести расследование? Ждать условий выкупа?!

— Я и без того знаю виновника.

— Тогда почему ты сидишь на месте? — с угрозой в голосе произнес Артем.

— Потому что для начала есть одно очень важное дело, которое непременно надо совершить, — пожал я плечами и потянулся за записной книжкой.

Которая все же дождалась своего времени, чтобы быть открытой.

— Мы будем звонить тем людям, которые не могут или не захотят нам помочь.

— Я перестаю тебя понимать… — с толикой отчаяния произнес друг.

С еле слышным треском кожи распахнулась книжка, шелестом под пальцами отозвались чуть желтоватые страницы.

— Мой отец учил меня, что до того, как лезть в драку, все должны знать, почему она происходит, — слегка улыбнувшись, грустным голосом пояснил я ему.

После чего выбрал первый же телефон в списке из многих десятков, написанных убористым почерком, и набрал указанные там цифры.

— Резиденция Абашевых? Мне бы Владимира Васильевича к телефону, это Самойлов Максим… Нет на месте? Тогда прошу передать его сиятельству, что я звонил. У меня горе, похитили мою невесту — Еремееву Нику, и я буду благодарен за любые сведения… Спасибо.

— …Михаил Иванович? Это некто Самойлов Максим, мы виделись с вами на оружейном форуме… У меня беда, Михаил Иванович…

— …передайте секретарю, что я буду весьма признателен.

— …среди бела дня, мою невесту…

— …Федор Константинович, на вас одна надежда…

— …Еремеева Ника, все верно. Передадите?

— …Уехали в отпуск? Быть может, есть возможность как-то связаться с его сиятельством? Мою девушку похитили, и я просто в отчаянии…

Звонок за звонком, страница за страницей — телефоны, имена, секретари, референты, князья и их порученцы. Все, до кого удавалось дозвониться и донести свою просьбу, прекрасно зная, что ничего, кроме сочувствия в той или иной степени искренности, от них не дождаться.

— Зачем ты лезешь в долги? — вклинился между звонками Артем. — Ты понимаешь, что сам факт просьбы — это долг?

— Я не предлагаю тебе платить их за меня. — Я размял чуть затекшие пальцы и оглядел освоенный список.

Шестьдесят номеров и три страницы уже есть. Осталась еще одна.

— Тут есть кухня? — поинтересовалась заскучавшая было Инка.

— По коридору до конца и налево. Федор, покажи, пожалуйста.

Брат молча встал с кресла. Потянулась было за ними Дейю, но Инка с силой придержала ее за плечо.

— Ты ведь знал, что так выйдет, — медленно произнес Артем, на которого накатило какое-то странное спокойствие, — и с Инкой, и с Никой. Все было спланировано.

— Теперь я могу ждать от тебя веры в благополучный исход? — поинтересовался я, приподняв взгляд от записной книжки.

— Скажи, эти десять свадебных миллиардов, случайно, не компенсация за жизнь родича? Если ты все-таки просчитался и ее убьют.

— Значит, веры не дождусь, — оставалось только констатировать и вновь поднять трубку. — Приемная Щетинина Михаила Игнатьевича? А как бы с князем переговорить? Это Самойлов Максим, и у меня большая беда…

Беда, которая никому из абонентов не нужна.

Тихонько приоткрылась дверь, впуская задумчивого Федора и Инку вслед за ним, держащую руку за спиной. Два шага, и скрытая до того тарелка с рисом в ее руке оказывается надетой на голову Дейю.

— Я обещала, — гордо ответила Аймара и вновь заняла свое место.

Го же, к удивлению моему, всего лишь робко улыбнулась и поправила тарелку на голове, как шляпку, игнорируя застрявшие в волосах зерна.

Видимо, между ними тоже что-то произошло…

Между тем телефонные номера закончились. Записная книжка вернулась на свое прежнее место, а я поднялся из-за стола.

— Ты куда? — окликнул в спину Артем, когда я прошел мимо.

— Располагайтесь. В этой башне полно свободных комнат. — Я положил ладонь на дверную ручку и окинул взглядом комнату, тщательно запоминая облик каждого из присутствующих.

— Я с тобой, — подкинулся с места Шуйский и упрямо двинулся вслед за мной.

— Тебе категорически не понравится, — честно признался я.

— Возможно. Тогда я уйду, — добавилось в его голос угрозы.

— А вы куда? — всполошилась Инка, глядя на нас, разговаривающих на непонятном ей языке у дверей.

— Прогуляемся по вечерней Москве.

— Тебя там могут убить? — деловым тоном уточнила девушка, глядя на меня.

— Нет.

Возможно, ответил слишком быстро, да еще мельком зацепив взглядом хмурого Федора.

— Тогда я с вами, — обрадовалась Аймара. — Хочу быть рядом, когда клятвы спадут.

— Тоже пойду прогуляюсь, — встал с кресла брат.

— Федор, я тебя с собой не беру.

— Так я не с вами, я мимо, — пожал он плечами и вышел из комнаты даже раньше нас.

Осталось только вздохнуть и опустить плечи. Все равно этого не избежать.

— А я высплюсь! — радостно произнесла Дейю.

— Рекомендую взять ее с собой, — деловитым тоном произнесла Инка. — В отряде обязательно должен быть предатель, и лучше, когда сразу знаешь его имя.

Китаянка пригорюнилась и сняла-таки с головы миску с остатками риса.

Так получилось, что из здания мы все равно выходили полным составом, и не было никакой возможности кого-то оставить. А я так надеялся, что некоторые вопросы моего бездействия будут задеты, и мы все-таки разругаемся… Некоторые дела проще делать без свидетелей — хотя бы для того, чтобы эти свидетели не пострадали.

Кортеж из машин вышел приличный — одна для меня, еще одна для Федора и охраны, Артем же вместе с девушками поехал на своем автомобиле. Вопрос о конечном адресе так и не был задан.

Финишной точкой стала речная пристань Софийской набережной напротив громады подсвеченного по ночному времени Кремля.

— Куда дальше? — оставив свою машину мигать аварийкой рядом с моей, подошел друг и покосился на княжеские высотки по ту сторону Москвы-реки.

Его вроде как даже успокоило это расстояние. Вся власть и все проблемы мира были отделены от нас непреодолимым для пешего водным пространством, и это Артема абсолютно устраивало.

— Ждем. — покосился я на часы, а затем с