Клан Волка - Анна Кондакова

Я перевёл дыхание, справляясь с эмоциями, и только сейчас заметил, что клубы испарений над озером начали рассеиваться. Мои глаза смотрели уже не на фагнум, а на воду. Совершенно чистую прозрачную воду. Да, она всё так же кипела, но это была вода!

— Получилось... — нервно выдохнул я.

Ну вот и всё. Можно начинать.

Занемевшие руки опустились вдоль тела. Ладони сильно кровоточили, и резерва в теле почти не ощущалось, но это были мелочи. Я поднял руку вверх и через боль пустил поток Сферы Холода в потолок. Это и был сигнал для отца.

Он сразу же увидел его.

— Мой сын готов! Несите тело!

Теперь мне предстояло убрать стену огня или хотя бы ослабить её так, чтобы отец смог пронести тело Ратибора к озеру.

Я снова обратился к Сфере Холода и обеими руками нарисовал знаки Цуо, а потом отправил два мощных потока холода в воду. Сначала она перестала кипеть и успокоилась, а потом покрылась коркой льда.

— Отец, подними лёд!

Он услышал меня и сразу же выполнил мою просьбу. Ударом телекинеза он начал поднимать замёрзшую воду. Озеро затрещало, каменные берега задрожали, и уже через несколько секунд вода в озере раскололась на льдины.

Они поднялись вверх, а внизу осталась огромная яма, на две трети наполненная водой.

Внизу, на самом дне, блестел и переливался маленький круглый символ — Знак Сферы Защиты Хого. Он был похож на серебряное кольцо, будто кто-то случайно уронил его на дно.

Тем временем льдины, что отец поднял над озером, собрались в громаду, а потом рухнули прямо на огонь одного из берегов. Часть стены из пламени погасла, и я смог наконец-то увидеть всё, что происходит в зале.

Моего отца там уже не было. Он должен был уйти за телом Ратибора.

Зато кроме нескольких человек из охраны, здесь стоял и Саргон. Жрец с печалью смотрел на меня: он понимал, что я собираюсь воскресить Ратибора ценой собственной жизни.

— Мне жаль, Кирилл, что это будешь именно ты.

Он поднял руку, словно заранее прощаясь. Рядом с ним у стены я заметил мёртвое тело Оракула Хакана с кинжалом в шее.

В зал вернулся отец. Он нёс на руках тело Ратибора, завернутое в простыню. Не останавливаясь, он взошёл на груду льдин, добрался по ним к озеру и положил тело у воды.

— Горшки с внутренностями, — напомнил я ему. — Ты забыл их принести.

— Ах ты чёрт... схожу сам, а то мало ли.

Отец быстро отправился за ними и через полминуты уже вернулся, на его плече висела сумка с сосудами, где лежали внутренности мумии. Он аккуратно положил сумку у тела.

— А теперь уходи. — Он выпрямился и посмотрел мне в глаза. — Уходи отсюда! Быстро!

— Что?.. — Я уставился на него.

И тут до меня дошло.

— Ты сам хочешь воскресить его? Своей жизнью?

— Да! Я ведь тоже Колид! Ратибору нет разницы, жизнь какого потомка забирать. Зато ты останешься жить!

Голос отца стал жёстким и чужим, будто вообще ему не принадлежал.

— Ты не имеешь права жертвовать собой. А мне всё равно не жить. Я слишком давно выпил фагнум, чтобы от него избавиться. Во мне яд, Кирилл. Мы оба знаем, что мне уже ничего не поможет. Не жалей меня! Мне всё равно умирать, так пусть моя смерть станет жизнью для моего сына! Уходи!

Это была такая речь, будто он её давно разучил и приготовил для сегодняшнего дня.

Отец с силой толкнул меня на льдины.

— Уходи, Кирилл! Уходи!

Его помощники скрутили мне руки и потащили к выходу из зала. На что они рассчитывали, когда это делали — непонятно. Я за мгновение превратился в Следопыта и раскидал их в стороны.

Отец уже начал ритуал: достал из сумки все три сосуда с внутренностями и распахнул простынь, открывая лицо Ратибора.

— Папа, нет!

Я рванул к отцу, но на пути у меня встал Саргон. Его жреческий взгляд замедлил мои движения, а потом и вовсе остановил.

— Твой отец прав! Ты должен жить! Ты молод и полон сил! Позволь ему завершить ритуал вместо тебя! Ты нужен своему народу, ты нужен Стокняжью!..

Я его уже не слушал и не смотрел на него, потому что мой взгляд поймал одну странную деталь, которой тут точно не должно быть.

В сумке отца мелькнул янтарный кубок с синими кристаллами. Какого хрена он делает у него в сумке?.. Этот кубок до сих пор оставался у Николая Ланне и не мог попасть к моему отцу!

И тут меня прошиб пот.

Отец ни за что на свете не назвал бы меня «Кирилл», если бы прощался навсегда! Он бы сказал «Прощай, Кири!» или «Прощай, сынок!», но никак не «Уходи, Кирилл»!

Мой взгляд опять упал на кубок. Янтарная чаша с синими кристаллами. С синими...

Да это же «кубок, меняющий облик»!!

— ЭТО НЕ МОЙ ОТЕЦ! — заорал я. — ЭТО НЕ ОН!

Саргон в ужасе обернулся, перестав меня держать. Я оттолкнул его в сторону и кинулся к озеру.

В эту секунду огонь вокруг него вспыхнул с новой силой, растопив льдины. Но я успел увидеть, как тот, кто изображал моего отца, повернул голову и улыбнулся мне, а потом в одно движение поджёг тело Ратибора.

Лицо незнакомца изменилось.

Это был Николай Ланне.

Кубок Колидов подчинился ему совсем ненадолго, но этого ублюдку хватило, чтобы сделать дело. Ему даже одежду не нужно было переодевать — он носил такую же красную форму, в какой сегодня был и мой отец.

На бегу я успел крикнуть Саргону:

— Найдите моего отца!

А сам бросился прямо через огонь...

* * *

Тело Следопыта вспыхнуло в пламени.

Его обожгло настолько сильно, что регенерация не сработала, и мой внутренний зверь просто исчез. На берег я повалился уже без защиты и мощи Охотника. Это ослабило моё тело так резко, что подкосились ноги.

Я упал на колени, без брони и почти без резерва.

— Всё кончено, — оскалился Николай Ланне. — Ты убил моих сыновей, а я убил твоего отца, когда он побежал за горшками. Смирись. Ты проиграл, Колид. Вы все проиграли сегодня.

Он перевёл взгляд на горящее тело Ратибора перед собой. Часть его уже обуглилась.

— И его я тоже убил, хотя он и так мёртв. Забавно, правда? Ты и сам можешь меня убить, но...

Стоя на коленях, я выхватил револьвер, взвёл курок и выстрелил Ланне точно в лоб.

От мощного заряда заклинания его голова разлетелась на куски,