Последняя Ветрожея - Дженнифер Адам

– Покамест да.

– Бывают, – тихо сказала Брида.

– Что? – Оба мальчика удивлённо посмотрели на неё, но Тише кивнула.

– Кони-бури. Они реальны. Я видела их. Королева…

– Тихо! – цыкнули Кости и Медведь. – Не привлекай её внимание!

Брида невольно взглянула на небо. Ворон она не видела… пока.

Опустив подбородок, она прошептала:

– Ловчий забрал только троих, но он охотится за двумя оставшимися. Я пыталась помочь им, когда он поймал меня.

– Правда? – спросил Кости, широко раскрыв глаза. – Как думаешь, что она хочет с ними сделать?

Медведь нахмурился:

– Ничего хорошего.

В этот момент у Бриды заурчало в желудке, и она прижала кулаки к животу.

Медведь потёр подбородок:

– Нам нужно найти еду, пока рынок не закрылся.

Но Брида колебалась.

– Может, вам пойти одним, а я подожду здесь? Я не хочу привлекать внимание. У меня есть немного монет…

Тише скривила губы и изогнула бровь, сделав зловещее лицо. Замельтешив быстрыми жестами, она подождала, пока Медведь переведёт.

– Тише говорит, что мы идём вместе. Вместе безопаснее.

Брида позволила себя уговорить. По правде говоря, Медведь, Кости и Тише расположили её к себе, несмотря на свои тайны, и ей было не по душе оставаться одной.

Когда они проскользнули в один из рыночных проходов, Брида поймала себя на том, что больше разглядывает проходящих мимо людей, чем выставленные на продажу вещи. Она подмечала следы голода во впалых щеках и тусклых глазах, а к седьмой или восьмой палатке поняла, что они обошли половину рынка, не найдя ни одного лотка с едой.

Из окружающего гама постепенно выплывали отдельные голоса, обрывки разговоров, случайные замечания.

– Снег в середине лета, – бухтела одна женщина своей спутнице. – Я уже два года не ела свежих ягод, а мои яблони почитай что погибли. Королева убивает Топколесье!

– Тихо! – зашипела подруга, схватив её за рукав. – Она может тебя услышать.

Обе женщины подняли глаза к небу, и кровь в жилах Бриды сделалась холодной и вязкой.

Забывшись, она даже не заметила, что остальные остановились, пока не налетела на широкую спину Медведя.

– Это разве что в свиные помои годится, – говорил он скрюченному старику. На столе перед ними лежала скудная цепочка из сморщенных яблок, заплесневелой репы и сушёного винограда. – Я дам вам пять монет за всё.

Лицо мужчины сморщилось.

– Сынок, я бы и рад отдать их тебе. Тебе и твоим друзьям не мешает подкрепиться. Но это последнее, что у меня осталось, и как я куплю семена или припасы весной, если у меня нет монет? Пять за яблоко, три за горсть изюма и две за репу. Это моё лучшее предложение.

Медведь зарычал и сгорбил плечи, подавшись вперёд, но Кости потянул его за рукав. Они препирались шёпотом, и она услышала, как Медведь сказал:

– Я не могу. Я потратил почти все свои монеты у лекарки.

Не успела Брида предложить заплатить, как женщина в полосатой шали протиснулась мимо них и бросила на стол звонкий кошель.

– Я возьму всё, – сказала она.

У соседнего лотка мужчина с синяками под глазами продавал горячую картошку, завёрнутую в обрывки старой бумаги, и круглые ржаные хлеба.

Брида положила ладонь на руку Медведя:

– Позволь мне. – Она порылась в кармане и достала с полдюжины медных и оловянных монет.

Когда она уже собиралась попросить хлеба и картошки, к лотку подскочил мужчина и с размаху грохнул кулаком по столу.

– Что за игру ты затеял, зараза? – крикнул он. Он швырнул картофелину в лицо продавцу. Внутри та была чёрной от гнили.

– Я… Я не знал. Они выглядели нормально, клянусь!

– Я хочу получить свои деньги обратно, иначе я кликну стражников и тебя арестуют за мошенничество.

– Вот! Пожалуйста, прости. Я не знал! – Продавец протянул три железные монетки, и разгневанный покупатель хмуро выхватил их и унесся прочь.

Брида переглянулась с Медведем. Картошка, исходившая паром в бумажных обёртках, выглядела аппетитно. На кожуре блестели кристаллики соли. Но если сердцевина была порченая…

– Нам, пожалуйста, четыре круглых хлеба, – сказала она, протягивая свои монеты.

– Хотите попробовать картошку? Она ещё тёплая, только с огня.

Когда Брида покачала головой, продавец вздохнул:

– Это прошлогодняя, что правда, то правда, но больше-то нет ничего.

Медведь забрал хлеб, и дети отошли, чтобы отыскать тихий уголок, где можно поесть.

У Бриды заурчало в животе, стоило ей откусить первый кусочек. Хлеб был грубого помола, и жевать его было трудно, но это было лучше, чем ничего.

Медведь посмотрел, как она глотает, а потом хмуро уставился на свой кусок:

– Пшеницы нет. Дождь и град посёк посевы, и теперь нам приходится довольствоваться кормом для скотины.

– Ячмень и просо не только для животных. – Кости оторвал зубами кусок от своей коврижки.

Тише зажала хлеб в сгибе локтя и зажестикулировала.

– По вкусу не скажешь, – озвучил Медведь и усмехнулся.

Брида подавилась смешком. А в следующее мгновение она уже вытирала слёзы с глаз.

Она и не подозревала, как повезло её деревне. Они страдали от сбившихся времён года, это правда, – зимние морозы держались слишком долго, а летом земля трескалась от жара, – но никто не голодал. В отличие от изголодавшихся беженцев, забредавших в долину, люди в Дубовой лощине сводили концы с концами.

Она подумала о яблоках в саду Магди, о ягодах и орехах. Она вспомнила долгие и частые отлучки Магди и морщины усталости на её лице.

Мало того что матушка Магди лечила и помогала людям снадобьями и амулетами, она годами оберегала Бриду, защищала Дубовую лощину и всю окрестную долину.

Брида не задумывалась о том, сколько сил это отнимало, чего это ей стоило.

И насколько могущественной была матушка Магди.

– А как обстоят дела там, где ты живёшь? – спросил Кости, словно проследив за направлением её мыслей.

Брида, не сводя глаз с хлеба в своих руках, отламывала по крошечному кусочку и клала в рот, выигрывая время, чтобы подобрать слова. Наконец она ответила:

– Это маленькое и тихое место.

– А с кем ты живёшь?

– Меня оставили у ведуньи, когда я была совсем крохой, – призналась Брида. Не желая продолжать, она спросила: – А ты? У тебя какая история?

Немного помолчав, Кости сказал:

– Мой па втайне давал уроки музыки. Ма держала печатный станок в кухонной кладовке. Она пыталась спасти все те книги, что королева…

– Тихо! – рыкнул Медведь.

Кости понизил голос:

– Ма пыталась спасти все книги, которые она хотела сжечь, только она попалась. Мои сёстры были в доме, когда пришли стражники, а я ушёл на рынок. Я видел дым… – Голос его сорвался. – Я и опомниться