Последняя Ветрожея - Дженнифер Адам

Она чувствовала запах мяты, да и тёртый корень имбиря сложно с чем-то спутать, но… эти бледно-голубые лепестки. Что это – цикорий, или прострел, или что-то, что она вовсе забыла? А эти полоски коры… ива? А это скользкий вяз? Она вроде бы опознала тысячелистник, но как она могла быть уверена?

Нужно бы спросить Медведя, но тот склонил голову над Тише, и Брида не могла заставить себя потревожить его.

Может, ей просто прислушаться к магии? «Пожалуйста, не подведи меня теперь», – взмолилась она.

Сосредоточившись на шёпоте воздуха и слабом покалывании в пальцах, Брида выбрала несколько трав, растолкла их в щербатой чашке, а затем залила кипятком.

– Они должны настаиваться, пока вода не изменит цвет, – объяснила она Кости, – а потом я попрошу тебя процедить настой, убрав лепестки и листья. Пока ты готовишь чай, я сделаю припарку, чтобы отвести жар от кожи Тише.

Тот нахмурился, но кивнул и, наклонившись, уставился в чашку.

Брида взяла оставшиеся ингредиенты и замотала их в одну из полосок льна, а затем опустила узелок в горячую воду. Вытянув магическую прядь, она быстро охладила припарку и, заторопившись к Тише, положила ткань ей на лоб.

Вскоре за ней последовал Кости с чашкой травяного чая.

– Ей нужно ненадолго проснуться, чтобы выпить это, – сказала Брида мальчикам. – Вы можете помочь мне приподнять ей голову?

Используя ещё одну прядь магии, Брида напитала травяной чай целительной энергией, силой и жизнелюбием.

Когда Медведь и Кости осторожно растормошили Тише и посадили, Брида поднесла чашку к губам девушки:

– Тише, милая, мне нужно, чтобы ты сделала несколько медленных глотков. Это поможет тебе. – «Надеюсь. Великая Мать, пожалуйста, пусть так и будет».

Девушка смотрела на Бриду затуманенными, стеклянными глазами, но губы её слегка приоткрылись. Брида наклонила чашку, чтобы струйка целебного чая скользнула в рот.

Тише сделала глоток, и её тонкие черты исказила гримаска боли.

– Очень хорошо. Теперь попробуй ещё глоточек, – подбодрила её Брида.

Тише отпила небольшой глоток, затем ещё один.

Сердце Бриды озарилось надеждой. Может, всё не так безысходно, как она опасалась. Вот и матушка Магди любила говорить, что дети притягивают простуду, как мёд притягивает мух. И большинство вскакивает на ноги, стоит только выпить лекарство.

Но тут тело Тише напряглось, глаза расширились, и она рухнула на кровать, выбив чашку у Бриды из рук.

– Тише! – закричал Медведь, обхватывая её руками и пытаясь снова разбудить.

Кости покачал головой:

– Это не болезнь. Я же говорил, что её прокляли.

Его слова были стрелами, пробивающими всякую надежду.

19

Дикая магия

Девушка на кровати мучительно пыталась сделать вдох, и на мгновение Бриду парализовала паника. Неужели она ошиблась с травяным чаем и случайно дала Тише что-то ядовитое?

– Помоги ей! – крикнул Медведь, убирая припарку со лба Тише и гладя её по щеке.

– Я не знаю как! – едва не завопила Брида, но проглотила крик, стараясь им не подавиться.

Кости подобрал осколки разбитой чашки и нашёл клочок тряпки, чтобы вытереть пролитый чай. Он кивнул Бриде, и этот быстрый жест как будто говорил: «Я тебе доверяю. Ты справишься».

Девочка склонилась над постелью, навострив все чувства и жарко надеясь, что не сделала хуже своим неумелым ведовством.

Растрёпанными прядями силы нащупав слабый пульс Тише, Брида посчитала неровные удары её сердца. Направив чувства вглубь, Брида силилась проследить пути болезни в теле Тише, пока у неё на верхней губе не выступили бисеринки пота, а мышцы не задрожали от напряжения. Девушка не была отравлена – ни с умыслом, ни случайно, – и лихорадка её не походила на те, с которыми Бриде приходилось сталкиваться.

Затем, когда руки и ноги Бриды уже дрожали от изнеможения, а перед глазами плыло, она мимолётно увидела слабую тень, сокрытую глубоко в тканях Тише.

В тот же миг, как она уловила её, тень ускользнула, но недостаточно быстро. Брида увидела.

Кости был прав. На Тише в самом деле навели порчу, и тот, кто сделал это, использовал силу темнее и полновластнее любой, с которой Бриде приходилось сталкиваться.

У Бриды затряслись коленки, и она осела на пол, задыхаясь так, будто пробежала целую лигу.

Мальчики наблюдали за ней с насторожённостью и надеждой.

– Ну, – наконец сказала она, глотая воздух, – это и правда порча.

Кости, нисколько не удивлённый, пожал плечами, а Медведь застонал и спрятал лицо в ладонях.

– Ты уверен, что никто больше не может помочь? Медведь, а как насчёт женщины, которая продала тебе травы? Она явно разбирается в целительстве. У неё наверняка больше опыта, чем у меня, и если бы она могла взглянуть…

– Она уже смотрела, – хмыкнул Медведь. – Она хорошая знахарка, но магией не владеет.

Брида вздохнула:

– Тогда я сама попробую снять, но ничего не обещаю. Я никогда раньше не пыталась сделать ничего подобного. – Она никогда даже не видела настоящей порчи до этой минуты.

– А нам что делать? – спросил Кости.

– Держите её за руки. Пусть она слышит ваши голоса, пусть знает путь в страну живых, если дух её заблудится.

Медведь издал придушенный возглас и стиснул одну руку Тише, будто боялся утонуть.

Кости, встав по другую сторону кровати, схватил другую руку Тише.

Магди напутствовала бы мальчиков ласковыми словами ободрения и утешения, но Бриде было некогда выуживать нужные слова.

Тише быстро угасала.

Закрыв глаза, Брида призвала пряди магии – и тотчас поняла, что силы не хватит.

«Магди – целительница. Я не справлюсь в одиночку».

Мальчики тихонько шептали над постелью Тише, умоляя её остаться с ними, проснуться и поправиться.

Брида в одиночку исцелила раненую Гончую у могильника, но сейчас это была девушка под страшным заклятием.

«Думай! – велела себе Брида. – Твоё время заканчивается!»

Разгулявшийся ветер принялся колобродить снаружи, отвлекая её, гремя расшатанными досками и свистя в щели в растрескавшихся стенах. Он завывал в тенистых проулках Узин и с рёвом проносился по осыпающимся черепичным крышам заброшенных зданий. Он нарастал, заглушая голоса мальчиков.

На мгновение Брида испугалась, что это белого коня-бурю гонят по городу. Но этот ветер не походил на тот дикий шквал стихийной магии.

Однако он натолкнул её на одну мысль.

Брида позволила магии подняться под кожей и направила её, призывая ветер. Это было похоже на попытку удержать скачущую лошадь с помощью одной-единственной нити. Ветер по своей природе непостоянен и капризен. Но девочка была в отчаянии.

Вплетая пряди магии в ветряные потоки, Брида привязала ветер к зданию, как оперённого