Мусорщик с Терры - Владимир Анатольевич Тимофеев

Честно сказать, моя чуйка как раз и указывала: то, что мы ищем, находится именно там, а значит, импровизировать и придумывать что-то такое нам так или иначе придётся.

Первый вызов пришёл на планшет в десять двадцать. И сразу на верхние этажи.

«Четыреста сорок шестой. Отдел логистических рисков. Неисправность 16−02, одна единица», — значилось в разнарядке.

«Везёт», — сказал Гарти.

«Везёт», — согласился я, доставая из шкафчика кейс с инструментами и ремонтными принадлежностями.

Именно этот тип неполадки (неисправность 16−02) устранял вчера на одном из вызовов настоящий Иеремия Луис. И именно этот этаж, буквально под самой крышей, позволял мне спокойно проехать на лифте и проверить «на жжение» практически весь небоскрёб…

Лифт, как и раньше, шёл медленно. Я стоял посреди кабины и, задрав голову, напряжённо следил за сменяющимися циферками на панели, боясь пропустить момент, когда «что-то случится», стараясь не думать о том, что мы с Гарти, возможно, ошиблись. Что способ, который мы выбрали, чтобы найти в этой башне источник моего жжения в правой подмышке, нифига не работает. И что причина этого жжения — отнюдь не присутствие в здании ещё одного элемента «Цветка Шантары», а что-то иное, не имеющее никакого отношения к нашим расчётам.

Хвала небесам, «метод проб и ошибок» сработал уже через двадцать пять этажей.

На отметке «244» жжение начало резко слабеть, на «245» перешло в лёгкий зуд, на «246» усилилось снова и до конца подъёма уже не ослабевало, оставаясь таким же ровным, как раньше.

На указанном в вызове четыреста сорок шестом этаже мне показали остановившийся и не откликающийся ни на какие манипуляции агрегат — полуметровый цилиндр на колёсиках, являющийся одновременно и пылесосом, и поломойкой, и очистителем-ионизатором воздуха, и сборщиком мусора, и ещё хрен знает чем (все пункты перечислялись в инструкции, но я не запомнил).

Натянув на физиономию выражение уставшего от жизни сенсея, я извлёк из ремонтного кейса спецключ, вскрыл корпус робоуборщика, не спеша заменил в нём предохранитель, поставил крышку на место и нажал кнопку «Пуск». После этого агрегат заурчал, завибрировал, отсемафорил мне вспыхнувшими индикаторами и бодро покатился по коридору исполнять заложенную программу.

На обратном пути в районе двести сорок пятого этажа случилась та же фигня, что и на подъёме. Неприятное жжение на пару секунд превратилось в зуд, а затем вернулось обратно. Повторный эксперимент подтвердил сделанный ранее вывод: аномалия расположена именно здесь.

«Что у нас там по плану?» — спросил я искина, когда мы вернулись на базу.

«По плану там помещения службы безопасности корпорации, — ответил тот. — Какие конкретно, информации нет, но судя по конфигурации и количеству следящих устройств, похоже на внутреннюю тюрьму».

«Тюрьму? — удивился я. — И сколько же там народу сидит?»

«Если верить посуточной ведомости материальных расходов на содержание персонала, — отозвался искин, — на постоянной основе на этаже 245 находятся три человека. Двое охранников и один заключённый. Расположен ли там вдобавок какой-нибудь склад, достоверные сведения отсутствуют».

«Интересненько, — почесал я в затылке. — Хранилища нет, зато имеются заключённый и два охранника… Ладно, попробуем разобраться на месте. Готовь наряд на ремонт…»

Наряд Гарти подготовил не на ремонт, а на «плановое регламентное обслуживание трёх робоуборочных агрегатов, переданных в службу безопасности корпорации, объект 245».

Искин выяснил, что по графику эти робоуборщики должны были проверяться ещё неделю назад, но по каким-то неясным причинам проверка была отложена. Такое удачное совпадение сразу нескольких факторов — времени, места и чьей-то нерасторопности — мой подселенец просто не мог не использовать. Техслужба «в его лице» отправила электронный запрос в хозчасть, та в административный отдел, административный отдел — финансистам, те — безопасникам, безопасники — обратно в техслужбу. Через три таких круга корпоративная бюрократическая машина наконец провернулась и выдала на гора наряд на регламентные работы, подписанный всеми, кому положено.

«Неплохо сработано, — похвалил я искина. — Ты, кстати, знаешь, в чём заключаются эти регламентные работы?»

«Инструкции я изучил. Если дело дойдёт до реальной работы, я буду подсказывать».

Я мысленно усмехнулся:

«Ладно. Будем надеяться, что до этого не дойдёт…»

На двести сорок пятый этаж я поднимался на специальном лифте. Он располагался отдельно от прочих служебных, но двигался с той же скоростью.

На выходе меня никто не встречал. Лифтовой холл был пуст.

Встреча с местными обитателями состоялась уже в коридоре, довольно широком, метров пять от стены до стены, перегороженном решёткой из стали. В решётке имелась дверь, закрытая на два электронных замка.

«С общей сетью не связаны. Открываются из двух точек», — пояснил Гарти.

За решёткой стоял охранник в серо-зелёной форме СБ корпорации. Его рука лежала на кобуре.

Коридор тянулся метров на двадцать и заканчивался стеклянным окном, за которым маячил второй вертухай, явно контролирующий первого.

Вопросов мне не задавали. Видимо, были в курсе, что это бессмысленно.

Я подошёл к решётке, поднял планшет и развернул его экраном к охраннику.

Тот что-то тихо пробормотал в горошину переговорника, мазнул по экрану взглядом, затем тоже достал планшет (поменьше, чем мой, раза в три) и, по всей видимости, набрал на нём код одного из замков… Верхнего. Щёлкнувшего через секунду.

Охранник убрал планшет, отшагнул в сторону и вынул из кобуры лучевик.

« Лучевик — это плохо», — посетовал подселенец.

«Согласен. Станнер или игольник было бы лучше».

Секунд через пять щёлкнул второй замок. Дверь отворилась.

Охранник мотнул головой, приказывая мне проходить.

Когда мы подошли к окну (типичная дежурка, как в полицейских участах), где находился второй надзиратель, я уже знал: система слежения под контролем у Гарти. Над системой контроля доступа во все помещения этажа искин пока что работал. Над отключением внешней коммуникации — тоже.

«Сорок секунд, — сказал подселенец. — Потом можешь делать, что хочешь».

Чувак за окном (по словам Гарти, пуленепробиваемым) указал жестом направо.

Мы с первым охранником повернули направо. Я шагал впереди, надзиратель — чуть сзади и сбоку, держа меня под прицелом. Коридор разветвился, и мы повернули налево. Следящие камеры висели здесь через каждые пять-шесть метров.

«Техбокс — вторая дверь слева, без номера», — предупредил Гарти.

«Понял. Спасибо».

Я остановился возле указанной двери и оглянулся на надзирателя.

Тот молча кивнул. Я потянул за ручку. Открыл.

Внутри находились три робоуборщика.

«Пятнадцать секунд, — сообщил искин. — Внешние коммуникации отключены».

Я поставил на пол ремкейс, достал спецотвертку и принялся неторопливо откручивать крышку ближайшего из агрегатов.

Стоящий сзади охранник неожиданно дёрнулся.

«Чёрт! Они обнаружили, что