Несгибаемый граф - Александр Яманов

Не говорить же хорошему человеку, что он слабый предприниматель и профукает полученное серебро. Если Алексей умудрился развалить производства, расположенные недалеко от Москвы, то какой ему Урал? Туда надо переезжать и полностью контролировать процесс. К тому же скоро начнётся восстание Пугачёва. Поэтому лучше убедить собеседника отказаться от сделки с купцами Ширяевыми, решившими продать заводы, обманом выманенные у его брата Никиты Демидова. Там дело мутное, но пусть лучше человек вложит столь крупную сумму в сельское хозяйство. Мы с будущим пулом землевладельцев просто не дадим ему разориться. Таким образом я убиваю сразу двух зайцев: нахожу нового инвестора и приношу пользу стране.

Судя по задумчивому виду, промышленник заинтересовался. Алексей Никитич вообще обладает авантюрным характером и поддаётся порывам. Надо срочно отправить письмо в Тарусу, чтобы Болотов провёл грамотную презентацию и клиент проглотил наживку. А когда Демидов вернётся в Москву, то начавшийся бунт окончательно его убедит. Может, ещё женить его на правильной девице? Хорошая мысль! Надо выбрать дочку или сестру кого-то из пайщиков земледельческой академии.

Домой я ехал буквально окрылённый. По идее, подготовка к запуску обоих проектов завершена. Теперь начнётся нудный процесс реализации. Главное, что мне не нужно больше никуда мотаться. И вообще, я неожиданно понял, что устал. Надо провести хоть неделю в спокойствии и безделье. Угу. Расскажи богу о своих планах.

— Ааа!!! Помогите! — раздался испуганный детский крик, изрядно меня перепугавший.

Последние три дня погода резко испортилась. На улице пасмурно и периодически моросит мелкий дождик. Что не мешает мне гулять по парку, наслаждаясь тишиной и покоем. Кроме утренней тренировки и работы с бумагами, я отложил все дела, включая встречи. Первый день прошёл замечательно, второй тоже, а затем…

Бегу к Большому Радужному пруду, откуда доносятся крики. Подбегаю и немного успокаиваюсь. На берегу суетится голосящая Фёкла, пытающаяся помочь рухнувшей в воду Аксинье. Судя по наполненным ужасом глазам девочки, плавать она не умеет, а скользкий берег не позволяет вылезти.

Даже не думая, прыгаю в воду и хватаю дрожащего ребёнка. А вода-то холодная, и у берега глубоко. В два рывка выбираюсь на берег и выдыхаю. Фёкла перестала кричать, вцепившись в сестрёнку. Одновременно с этим начался ливень. Только этого не хватало. Сейчас старшая сестра тоже промокнет.

— Бежим! — говорю Фёкле и направляюсь к дворцу.

Буквально через пятьдесят метров мы наткнулись на спешащего навстречу Федота. Охранник тоже услышал крик о помощи.

— Хватай Фёклу и давай за мной, — приказываю бойцу.

На входе нас встречал управляющий Кусково — Демьян Чубаров. Он почему-то побледнел, увидев нашу процессию.

— Где поселили тётушкиных воспитанников? — спрашиваю мужика.

— Т-т-там, — мужик указал дрожащей рукой.

— Веди, чего встал?

Управляющий рванул с места, как заправский спринтер. Я едва за ним поспевал. Сзади громко топал сапогами бегущий следом Федот.

— Здесь! — Демьян указал рукой на дверь и, повинуясь моему взгляду, открыл её.

М-да. Дело даже не в испуганных глазах вскочившей со стула Анны. Меня поразило убогое помещение, где разместили протеже Фетиньи. Чёрт! Надо всё проверять лично. Ничего, Вороблевский скоро ответит на несколько неприятных вопросов. Обязательно было селить детей в конуре?

— Быстро приготовь гостевую комнату на втором этаже, — приказываю закивавшему управляющему. — Одеяло дай, она совсем замёрзла.

Это я уже обратился к блондинке. Та метнулась во вторую комнату и вытащила какую-то непонятную тряпку. Рейтинг Вороблевского и Чубарова начал таять прямо на глазах.

— Не стоит, — брезгливо отвергаю тряпьё и командую: — За мной! Где Ивашка Золотов? Зови и обеспечь горячую воду. Пусть быстро наполнят мою ванну.

Вопрос и приказ адресованы появившемуся лакею. Дело в том, что мы недавно открыли в Кусково фельдшерский пункт. Народу здесь много, и он регулярно болеет или получает бытовые травмы. Поэтому я приказал фламандцу присылать своих учеников на стажировку для лечения обитателей усадьбы. Больше всего мне понравился упомянутый Иван, происходящий из посадских детей. Взрослый уже человек, работавший в госпитале санитаром и оказавшийся на поверку настоящим самородком, освоившим травматологию и хирургию. Лишённый сословных предрассудков Ян просто не мог пройти мимо такого подарка.

Лакей побежал выполнять приказ, а я направился в собственные покои. Точно помню, что при переохлаждении надо согреть пострадавшего. Вот и сунем девочек в ванну. Потом натрём спиртом и напоим горячим чаем с мёдом. Всё это я на ходу объяснил взволнованной Анне, бегущей следом.

Пока слуги суетились вокруг воспитанников Фетиньи, я переоделся и сел пить чай с малиновым вареньем. Мне всегда нравилось это дело. Тут появился смущённый Антип и встал у дверного проёма.

— Случилось чего?

— Так это, того… Барин, она пустить просит. Но… — начал мямлить мужик.

Кто там за дверью, я понял сразу. У Анны странный статус. Девушка ведь бывшая крепостная, что прекрасно известно обитателям дворца. При этом воспитанницы одеваются как баре, работой не обременены, хотя Вороблевский нахимичил с их размещением. Надо разобраться, с чего такое отношение, когда Василий вернётся из Ясенево. Хотя ответ очевиден.

Также объяснима оторопь Антипа. Представьте себе девицу, которая говорит, ведёт себя и одевается как барыня. Я и сам немного тушуюсь перед Анной. Красивая она! Очень!

— Присаживайся, — указываю девушке на стул, но она отрицательно мотает головой. — Вас уже устроили? Это мой недосмотр, слишком погрузился в дела. Или что-то с Аксиньей?

Понимаю, что оправдываюсь и моё поведение выглядит неестественно. С точки зрения эпохи, конечно.

— Спасибо, что спасли Аксинью! — поклонилась Анна. — Чувствует она себя хорошо, только… И доктор очень помог. Но…

Какой у неё голос! Будто звон волшебных колокольчиков из сказки. А взгляд! В этих зелёных омутах можно утонуть. Я стараюсь особо не рассматривать девицу, дабы не смущать и самому не зависнуть от столь чудесного явления.

— Зачем вам это? — вдруг спросила красавица и сразу пояснила: — Мы ведь игрушки Фетиньи Яковлевны, а для вас обуза. Нет, я не сомневаюсь в вашем благородстве, что показала история с мерзавцем Фёдором. Однако наше перемещение в господские покои ситуацию не решит. Только Митя пригодится для вашего хозяйства, ибо обладает обширными знаниями. Но что делать нам? Девочки пока ничего не понимают, они как комнатные цветки, посаженные на улице. Пока август — всё хорошо. Но вскоре наступит осень, а за ней зима. Тогда придёт прозрение.

Почему-то дел наворотила тётушка, но виноватым себя чувствую я.

— Что