Правила волшебной кухни 6 - Олег Сапфир

— Спасибо, — отвечал я каждому. — Обязательно приходите.

А под конец слово взял сам капитан:

— Синьоры и синьорины! — отстучав ножиком по бокалу, крикнул он. — Мы с вами совершили невозможное! Всего лишь несколько часов назад я позвонил синьору Маринари особо ни на что не надеясь! Однако он прибыл! Прибыл вместе со своей командой, и я хотел бы сказать, что отныне могу считать синьора Артуро лучшим поваром Венеции! А может быть и всего мира! — тут он обвёл взглядом зал, задерживаясь на каждом столике. — Есть ли в этом зале хоть один человек, которому не понравились его блюда⁈

Никто не поднял руку. То есть вот вообще. Ни один человек. Наоборот — зал тут же взорвался криками:

— Было вкусно! Очень вкусно!

— Великолепно!

— Браво, синьор Маринари!

— Лучший ужин в моей жизни! Спасибо!

Один пожилой синьор, ветхий и чем-то неуловимо похожий на мумию в очках, попросил своих внуков помочь ему подняться на ноги, встал, а затем начал аплодировать. К нему тут же присоединились — сперва неуверенно, но затем всё громче, громче и громче, со свистом и развесёлым улюлюканьем.

Джулия, Марселло и Конан стояли рядом со мной и принимали эти овации. Джулия улыбалась, и на глазах у девушки постепенно выступали слёзы счастья. И даже Марселло растрогался. Крякнул и отвернулся, чтобы никто не видел, как он вытирает глаза рукавом.

Я же стоял и думал, что мы только что выполнили очень сложную задачу. Вот прямо ОЧЕНЬ. Плыть через шторм и готовить на чужой незнакомой кухне с одной рукой для трёхсот человек. Однако. Я вымотался я настолько, что даже боль перестал чувствовать. И, честно говоря, всё, чего я сейчас хотел — так это добраться до постели, рухнуть в неё и забыться сном до завтрашнего утра.

Да только кто ж меня отпустит? Аплодисменты стихли, и люди снова пошли ко мне, чтобы лично выказать свою благодарность. Одна девушка в красном платье на полном серьёзе сказала, что думала о самом плохом — о том, что её бросили в море, и никто её не покормит, и придётся её умирать от голода. Я кивал, улыбался, пожимал руки.

И самым последним в очереди был синьор капитан.

— Вы сделали невозможное, Маринари, — сказал он. — Как правило все отказываются плыть к нам. Говорят о том, что это далеко и сложно, и что они не готовы за такое браться, но вы… вы согласились, синьор Маринари. Вы подарили нам праздник и за это я тоже хочу сделать вам подарок.

Тут мужчина снял с шеи золотую цепочку, на которой висели… нет, не часы.

— Это компас, — сказал капитан. — Где бы вы ни находились, и какая бы перед вами не стояла задача, этот компас всегда укажет вам правильный путь, синьор Маринари. Путь к тому, что вам действительно нужно. Не к тому, что вы хотите, прошу заметить, а именно к тому, что НУЖНО, — повторил мужчина. — Примите этот подарок, синьор Маринари. Это наша семейная реликвия, триста лет она передавалась от отца к сыну. Но я, увы, женат на море, и не успел завести детей. А вы… вы заслужили это, синьор Маринари.

— Не могу, — попробовал протестовать я. — Это слишком дорогой подарок, синьор, и слишком ценный. Я просто не имею права…

— Имеете! — капитан насильно надел цепочку мне на шею поверх кителя. — Я настаиваю. И не спорьте, прошу вас! Это меньшее, что я могу сделать за такой банкет…

Что ж. Задача выполнена, а потому мы начали сворачиваться до дома. Обратный путь оказался спокойным от и до. Море было безмятежным и тихим настолько, что от это безмятежности и… э-э-э… тихости, я начал проваливаться в сон. Задремал прямо сидя на корме.

А разбудил меня звонок телефона Джулии. Девушка ответила, коротко угукнула, а затем растормошила меня и включила громкую связь.

— Артуро, привет! — крикнула синьора Паола. — Ну как вы? Всё хорошо?

— Всё просто чудесно, — ответил я. — Уже возвращаемся.

— А что вы делаете прямо сейчас?

Я, признаться, опешил от такого странного вопроса. Да и голос у синьоры Паолы какой-то слишком нервный. Подобную интонация в последний раз я слышал от неё, когда она ругалась с поставщиками из-за того, что в «Между Булок» привезли какой-то неправильный кофе.

— Так я же говорю, — ответил я. — Возвращаемся домой. А что такое? Что-то случилось?

— Нет-нет, ничего, — как-то уж подозрительно быстро ответила старушка. — Просто… вы так долго были вне зоны доступа, и я не могла вам дозвониться.

— Синьора Паола, — я решил говорить, как есть. — Вы какая-то странная. Что происходит?

— Ничего не происходит, Артуро, просто это был тяжёлый заказ, и я переживала. И теперь очень рада, что вы справились. Вы молодцы. Правда, молодцы. Но есть один нюанс…

Так… всё, что было сказано до этого можно смело перечёркивать.

— Какой нюанс? — спросил я.

— Ну… уже почти вечер, и вам бы успеть добраться до ресторана прежде, чем прозвонит колокол.

— На этот счёт можете не переживать, — я улыбнулся и глянул на свою руку. — Обязательно успеем, можете не переживать.

— И ещё, — сказала Паола чуть тише. — Когда у вас пропала связь, я созвонилась со своим одноклассником, начальником порта Венеции. Он работает там уже тридцать лет и… как бы так помягче?

— Говорите, как есть.

— Никаких кораблей или лайнеров вокруг Венеции не ломалось. Причём не только сегодня, а вообще. Судя по хроникам, последняя такая поломка была у лайнера «Costa Fortuna», и было это семьдесят лет назад.

Я задумался. Помолчал чуть и сказал:

— Замечательно.

Просто потому, что нужно было что-то сказать, и потому что Джулия, судя по отпавшей челюсти говорить была не в состоянии.

— И третий нюанс, — сказала синьора Паола. — Я обратилась к ещё одному моему однокласснику, который работает в службе безопасности самого Дожа. У него есть доступ к разным… базам данных или как-то так…

— Прошу прощения, синьора Паоло, — перебил я. — А у вас все одноклассники настолько высокие должности занимают? Синьор Дож, может быть, тоже ваш одноклассник?

На этот вопрос синьора Паола не ответила. И списать бы всё на то, что она просто не поняла шутку, но-о-о…

— Дослушай, Артуро, это важно,