Хозяин Волшебной Лавки - Юрий Розин

— Он ушёл? — спросила она.

— Ушёл.

— Мне показалось, или он тебе угрожал?

— Не показалось.

Я взял кружку. Горький был густой, горячий и крепкий. Я сделал глоток, подержал во рту, проглотил.

[Милый. Он очень опасен.]

— Знаю, — ответил я.

[Ты поступил правильно. Но теперь нам нужно быть готовыми.]

Ася села на стул за прилавком, обхватив кружку двумя руками, и смотрела на дверь. Лиза на стене замерла в середине пируэта, повернув голову к выходу. Мы были готовы. Вопрос был только: к чему именно.

* * *

Вечером, после закрытия, я собрался на квартиру Воронова. Оставались вещи, которые стоило забрать. Раз уж мы решили продавать, нужно было оставить квартиру пустой для просмотров.

Ася предложила пойти со мной. Я отказался:

— Не нужно. Я быстро. Заберу коробки и вернусь.

— Пётр…

— Ася, — настоял я. — Двадцать минут до Весенней и обратно.

Она замолчала. По лицу пробежало знакомое выражение: забота, замаскированная под раздражение. Не стала спорить, но проводила меня до двери взглядом, который я чувствовал спиной ещё полквартала.

Пошёл по набережной, свернул на горбатый мост, перешёл на ту сторону канала, двинулся по узким улицам Заречья. Каштаны шумели в темноте, тёплый ветер нёс запах зелени и нагретого камня.

Я думал о Викторе. О его сюртуке, который стоил целое состояние. О его спокойствии, которое не было наигранным. О его честном «нет, не вернул бы».

Такие люди не отступают после первого отказа. Они отступают на шаг, оценивают, планируют и возвращаются с другой стороны. И я почти не сомневался, что сам он при желании не погнушался бы ни наймом вора, ни чем-то куда более…

С этими мыслями свернул на Весеннюю улицу.

И остановился.

Впереди мерцал оранжевый свет. Неровный, живой, прыгающий. У дома номер четырнадцать стояли два экипажа с фонарями на крышах, и люди в тёмной форме тащили через парадную дверь шланг. Из окон второго этажа, из моих окон, вырывались языки пламени.

Квартира горела!

Глава 16

Пожарные закончили через полчаса.

Я стоял через дорогу, привалившись к каштану, и смотрел, как двое в форме сматывают шланг. Второй этаж дома четырнадцать был чёрным: оконные проёмы без стёкол, закопчённые стены, обугленный наличник.

Старший пожарный, грузный мужчина с обожжёнными бровями, подошёл ко мне, наметанным глазом определив владельца.

— Ваша квартира, верно? — спросил он.

— Верно, — ответил я без энтузиазма. — Вы смогли определить, что случилось?

— Поджог, — буднично сказал он. — Причём не обычный. Следов горючего состава нет. Ребята из контроля подтвердят, но я и так вижу: магический. Кто-то работал дистанционно.

Магический поджог. Дистанционный. Я кивнул.

— Акт заберёте в жилищной конторе завтра после полудня, — продолжил он. — Заявление на возмещение, если есть страховка, там же. Сочувствую.

Он ушёл. Я остался смотреть на дом.

Часы в кармане тикали ровно. Лавка слушала, но молчала, и я знал почему: она ждала, пока я заговорю первым.

— Это Виктор, — тихо сказал я.

[Да. Кто же ещё…]

— Он действует быстро. Я отказал ему днем, и вот, квартира уже горит.

[Он явно хочет показать, что его слова — не пустой звук. Пожелание «не пожалеть» оказалось не пожеланием.]

Голос Лавки был очень тихим.

Личных вещей в квартире на самом деле было немного, и они не стоили того, чтобы из-за них переживать. Но сама квартира, которую я еще с утра собирался продать минимум за полмиллиона… Теперь от неё осталась обгорелая коробка, и я сильно сомневался, что хоть кто-то купит ее в таком виде.

Но шестьдесят лет жизни учат принимать потери. Факт есть факт, и горевать бессмысленно. Я выдохнул, оттолкнулся от дерева и пошёл к набережной.

Ася ждала внизу, за прилавком. При виде меня, входящего в лавку без обещанной коробки и с далеко не радостным выражением лица, она сразу поняла, что что-то не так.

— Что такое? — вышла она навстречу.

— Квартира сгорела, — пожал я плечами, уйдя в угол и сев на стул.

— Сама?

— Нет, конечно. Поджог. Причём магический.

Ася сжала кулаки. Костяшки побелели.

— Я его найду, — сказала она сквозь зубы. — Этого Виктора. Найду и спалю!!!

— Ася.

— Он сжёг нашу квартиру!

Забавно, что квартира в её понимании стала «нашей», но после произошедшего уже не было смысла поправлять.

— Да. И он это сделал дистанционно, без каких-либо следов, за несколько часов. Человек, который способен на такое, даже если сам не маг, не по зубам колдунье третьего ранга. Без обид.

Она открыла рот, закрыла. Злость на её лице сменилась пониманием ситуации. Потом она выдохнула и тоже села на стул за прилавком.

— И что мы будем делать? — тихо спросила она.

— Разбираться с последствиями. Потом думать.

Я поднял голову к потолку, к Лавке.

— Вопрос по безопасности. Ночью к тебе залез вор, и ты не среагировала. Что помешает Виктору послать кого-то ещё? Или поджечь лавку также, как и квартиру?

[Залез, потому что я спала. Перестройка забирает всё внимание, я предупреждала. В бодрствующем состоянии это невозможно. Мои стены, милый, крепче камня. Двери и окна выдержат таран. Стёкла так же прочны, как стены. Поджечь меня тоже нельзя, ни обычным способом, ни магией: я поглощаю огонь, который касается моих внутренностей. Не идеально, но достаточно, чтобы любая попытка кроме полномасштабного нападения провалилась. Когда я не сплю, я крепость.]

— Значит, — сказал я, — пока ты бодрствуешь, нам ничего не грозит.

[Внутри моих стен. За их пределами я бессильна.]

— Это я знаю. Тогда пока что мы забываем про расширение комнат. Еще вопрос. Есть другие способы потратить энергию кроме физического расширения?

Она выдала ответ только через несколько секунд:

[Есть. Расширение возможностей. Это не требует сна. Работает в фоне, параллельно с обычной деятельностью. Правда занимает от одного до нескольких дней, в зависимости от сложности, но зато я остаюсь в полном сознании.]

— Какие именно возможности, можешь сказать?

Я почувствовал, как Лавка на секунду задумалась, перебирая варианты.

[ Первое, что приходит в голову: проецировать голос не только тебе, но и любому, кто находится внутри меня. Сейчас меня слышишь только ты. Ася, клиенты, гости — все зависят от твоего пересказа. Если я расширю канал,