Ва-Лера. А чо сразу мы - Галина Чернецкая

— Рубль вперед, и четырнадцать после того как я вам заказчика приведу.

— Ахахаха, — расхохотался Валерка. — Так, держи, — он впихнул зеркало обратно Глашке и велел отнести на место и ни в коем случае не разбить. — Да ты шутник, разбойник.

— Честное слово! — вскричал он, но это заявление было встречено новой волной смеха.

— Пытать сами будете? — управляющий заглянул Валерке в лицо.

— Вот еще, — отозвался парень. — Есть же специалисты. Хотя, знаешь, что я тут подумала? Я сейчас дам стрельцам рубль, а если они выяснят, кто заказчик, то еще три рубля на всех. А после вздёрнут и тебя, и заказчика? А? Как тебе план?! Мне нравится!

— Барыня, ну вы чего пужаете, дайте хоть рубль, я сей же час приведу! А?

Валерка начал раздражаться. Торг с террористом, а любые разбойники и террористы — это в принципе одно и то же, его страшно раздражал. Хотелось в самом деле покликать стрельцов, сдать им разбойника, и будь уже что будет.

— Нет уж, — медленно протянул он. — Ничего я тебе платить не буду! Из-за тебя столько народу полегло, моя лекарка с ног сбилась, а уж сколько вы тут посуды переколотили, да прочего урона. С тебя, конечно, денег тоже не стрясти, да когда ты в петле будешь болтаться, мне полегче станет.

«Так его!» — подхватила Лерка.

— А если я через час не вернусь, то мои дружки, что остались в живых, возьмут день с заказчика и тогда жди новых поджогов. Им-то жизнь пропащая, а я вот хотел остепениться, я до банды обувку шил, хотел вот вернуться к мирному ремеслу, жениться, — мужик хлюпнул носом. — Барыня, ну, пощадите, а?! Про вас такие вещи хорошие говорят, а вы меня на виселицу!

— Скажешь — не заслужил?

— Может, и заслужил, — согласился разбойник, — Господу-то виднее будет, да только я душегубства не творил тут у вас, никого живота не лишил, неужто это жалости не заслуживает? А что пару тарелок упер, так что вам те тарелки против жизни людской?

— Не люблю шантаж, — признался Валерка, — однако ж мой священник говорит, что у любого должен быть шанс на исправление. А у мертвых такого уже нет. Что ж, пусть так и будет!

Разбойник воспрял духом.

— Сейчас ты говоришь, где место встречи сговорили, сгоняешь с моими пацанами туда, и если не соврал, то остаешься жить. Может быть, даже без острога обойдется. А если наврал, то извини, тут тебя и вздернут моей властью!

— Не соврал я, Богом клянусь!

— Клятвы, насколько я помню, тоже грех, — отвернулся от разбойника Валерка.

— Барыня, вы куда? — подскочил Прохор.

— Подожди, сейчас переоденусь и сходим в то место, что этот бородатый указал, — пообещал Валерка. — Штаны только надену и ухват свой прихвачу. Больно по руке мне.

— Да неужто вам, барыня, самой идти надо, — всплеснул руками управляющий, — скажите своим людям, и мы вам всех татей спелёнатыми принесем!

— Пройдусь, — отозвался парень. — Отец Владимир сказал, что прогулки перед ужином весьма благотворно влияют на здоровье.

— Ох ты ж, — перекрестилась Матрёна, — ну, куда ты, девонька!

— Спокуха, — отмахнулся парень, — всё под контролем, я сзади постою. В безопасности!

Разбойника связали еще крепче и кляп в рот засунули. Он помычал немного, но Валерка наклонился к нему и нежно произнес, что это для его же блага, а то вдруг он не соврал, и подельники его и в самом деле найдутся в указанном месте, а он криком каким неуместным спугнет их.

— Ты пойми, я же забочусь о теперь уже нашем общем деле, — парень покрепче перехватил ухват, который в самом деле прихватил с собой. Он очень сильно сомневался, что пригодится, но ружей еще не было, а для рукопашки его тело было мало приспособлено. Копье же подходило как нельзя лучше.

Разбойник испуганно что-то промычал, его подхватили на руки сразу несколько мужиков, и процессия тронулась.

— Барыня, может, повозку? — предложил Прохор.

— Можно, — кивнул Валерка. — А далеко нам идти?

— К причалам, — махнул рукой мужик, — недолго.

— Тут в принципе везде недолго, — пробормотал себе под нос парень, — городишко небольшой, да только тут и земли не жалеют. И дороги плохие.

Повозку поставили подальше от назначенного места, при ней осталась Парашка и Игнат, на которых возлагалась охрана самой повозки.

Спелёнатого разбойника пару раз уронили, и, когда Валерка начал шепотом выговаривать об этом, мужики начали вяло огрызаться:

— Так он сбежать пытался…

— Ммм… — протестовал разбойник.

— Вот вам крест, пытался, — отвечал парень с дрыном, — знаете, как он выразительно на дорогу смотрел?!

Валерка только рукой махнул, и с его явного попустительства татя уронили еще несколько раз.

На причалах было темновато, но, поскольку сумерки только спускались на землю, то никто не спотыкался и не падал (кроме разбойника). Впрочем, на самом причале и тот перестал. Все притихли и к указанному сараю подкрались на цыпочках и не дыша. В сарае кто-то был. Слышалась возня, бульканье, негромкая ругань и громкое сопение. А еще мычание.

Дверь распахнули ногой, эффектно, как в фильмах про спецназ, и Валерка хихикнул. На него посмотрели с пониманием.

Сарай окружили, всех, кто в нем был, положили мордой в пол и настучали куда получилось, потому что спецназовской слаженности действий еще не было. Валерка пытался командовать, и его, конечно, слушали, но делали как получилось, а получалось чаще всего как попало.

— Ну и что тут у нас? — спросил Валерка, входя внутрь.

— Ммм, — подал голос разбойник, прихваченный с собой, и Валерка махнул рукой, что кляп можно вынуть.

— Все тут?

— Все, барыня, — кивнул разбойник. — А вон и заказчик, вернее, заказчица!

С массивной фигуры, крепко привязанной к табурету, сдернули мешок, и Валерка после непечатной тирады произнес:

— Тётушка? И впрямь ты?!

— Не виноватая, я, Лерочка, — выдохнула женщина и пустила слезу, — не ведаю, зачем я душегубцам этим, но ведь ты пришла спасти меня?!

— И как вы тут оказались? — Валерка сделал знак разбойнику, чтоб помолчал и снисходительно уставился на женщину.

Женщина потрясла нижней губой, потом подбородком и призналась:

— Не ведаю я, спала в своей постели, а очнулась уже здесь. Видать, похитили меня для утех плотских, тати мерзкие!

— Мне кажется, вы себе льстите, — обескураженно произнес Валерка, почесав затылок ухватом. — Впрочем, что я могу знать о разных патологиях?!

— Врет, — отозвался разбойник с пола. — Она сама к нам пришла, требовала вернуть деньги, потому что вы, барыня, всё еще живы!

— Это он врет! — вскричала тётка и затряслась еще сильнее. — Лерочка, ну кому ты поверишь? Грязному и мерзкому разбойнику или мне, твоей тётке, которая тебя с младых ногтей