Тренер Гильдии Фамильяров 3 - Сергей Харченко

Зато Раиса Павловна сияла словно начищенный самовар. Выскочила из кухни в компании со своим помощником. Бурбур, в халате, будто бы под него сшитом, неуклюже переступал массивными лапами. Тапироид катил перед собой поварской столик, на котором громоздилась кастрюля, правда в два раза меньше прежней.

— А ну-ка, касатики, подставляй тарелки! — радостно скомандовала повариха. — Бурбурчик, милый, давай. Только аккуратненько.

Команду такое откровенно развеселило. Ухаль, пыхтя от усердия, зачерпнул борщ большим половником и, дрожа лапой, попытался налить его в тарелку Кости. Смирнов с сомнением покосился на когти монстра, но тарелку подставил.

Дэнни, разумеется, не мог упустить такой контент. Мажор выхватил смартфон, выскочил из-за стола и принялся кружить вокруг Бурбура, меняя ракурс съёмки.

— Давай, туша, сделай лицо попроще! — смеялся Ветров, тыча камерой прямо в морду тапироиду. — Враги кусают локти от зависти! У нас питомец работает на кухне, ха-ха!

Он подошёл вплотную, сделал фото со вспышкой. Импульс света врезался в чувствительные глаза ухаля.

Бурбур жалобно и резко пробурчал, инстинктивно отшатнулся назад, щурясь словно крот. Половник в его лапах дёрнулся. Приличная порция жирного борща окатила куртку Дэнни, задевая и смартфон.

В столовой повисла гробовая тишина, которую через секунду разорвал раскатистый хохот Леры.

— Твою мать! — взвизгнул Дэнни. Он отскочил, чуть ли не падая через стул за спиной, брезгливо отряхнул рукава. — Моя куртка! Это же лимитка! Ещё и телефон!

— Скажи Бурбуру, чтоб тебе новый купил! — сквозь слёзы выдавила Лера, хлопая ладонью по столу. — Или лучше… подай на него заявление в полицию… за порчу имущества!

Анна захихикала, заохала, скрывая улыбку рукой.

— Замолчи, Соколова, — потряс перед ней пальцем Ветров. — Не надо язвить.

— По судам его затаскай, — добавила Лера, которую понесло. Она сбрасывала напряжение после ситуации с Бубликом.

Костя поначалу испугался, но сейчас тоже захрюкал от смеха. Больше от комментариев Леры.

Дэнни побагровел. С ненавистью оглядел команду, зыркнул на испуганно переминающегося тапироида, на Раису Павловну, которая уже суетливо тянулась к нему с кухонным полотенцем.

— Да пошли вы все! — рявкнул мажор, срываясь на фальцет, закинул заляпанный телефон в карман. — Приятного аппетита, не подавитесь!

Он пулей вылетел из столовой, с грохотом захлопнув за собой дверь.

Я молча покачал головой, отодвигая свою пустую тарелку. Опять они за старое. Стоило немного отпустить вожжи, и расслабились. Ну ничего, мы это исправим.

Раиса между тем, извинившись раз сто за неуклюжего тапироида, решила взять всё в свои руки. Точнее руку, в которой сжала половник.

Отработанными движениями она быстро разлила по тарелкам борщ. А тапироид замер в сторонке. Он всё ещё щурился и внимательно наблюдал за каждым движением поварихи.

Полина с Кирой сидели в сторонке, удивлённо посматривали в сторону ухаля. А я бросил взгляд на пустующий стол в углу. Именно там сидит обычно Белов. Но сейчас его не было на месте. Понятное дело, где он. У холста, лепит свой «шедевр».

* * *

Кабинет Белова, в это же время

Артём Сергеевич Белов сидел за своим рабочим столом, нервно постукивая пальцами по столешнице. Посматривал в сторону холста, который находился посередине комнаты.

Обед в самом разгаре. Но ему кусок не лез в горло. Надо было закончить картину.

Пауза затянулась. Лёгкий мандраж снова начал закрадываться под кожу. Мышцы спины неприятно потягивало, а мысли упрямо возвращались к блистеру с одной белой таблеткой, который Горай так безжалостно изъял на пикнике.

Нужно срочно, критически срочно переключить мозг.

Он прищурился в сторону холста. Так… точно. Нужно вылепить гриву льва. Добравшись до стула, он решительно придвинул его к себе, подсел к холсту, взял пинцет и потянулся к полочке, установленной ниже.

Сырьё закончилось. И надо восполнить из его стратегического запаса.

Он подошёл к журнальному столику в углу кабинета, где вчера оставил два наполовину полных пакета с солёным арахисом и фисташками.

Его рука замерла в воздухе.

На столике, рядом со старым электрочайником, ничего не было.

Артём Сергеевич нахмурился. Он оставлял их здесь, вчера вечером. Две полукилограммовые пачки. Да, половину он извёл на картину, но где оставшаяся часть. Не могло же оно испариться?

Тренер кряхтя присел на корточки, заглянул под столик. В пыльном углу, у самого плинтуса, валялись две разорванные в клочья упаковки. Пустые. Ни единого орешка, ни скорлупки. Всё вылизано подчистую.

По спине Белова пробежал неприятный холодок. Он подобрал порванные упаковки. Оглядел пустой кабинет. Он не закрывает кабинет, по привычке. Питомцы не могли, они в вольерах.

Грызуны? Мыши бы оставили скорлупу от фисташек. Зачем она им? Да и прогрызли бы они упаковки аккуратнее, а тут пачки разорваны так, словно их рвал кто-то сильный и голодный. Притом никогда не водилось здесь ни мышей, ни какой-либо другой нечисти.

Жутковатая мысль мелькнула в его голове. А может, баба Зина не выжила из ума? Может, в здании действительно завелись злые духи? Или барабашка?

Белов потряс головой, отгоняя этот бред. Ломка и так сводила его с ума, не хватало ещё начать верить в домовых. Скорее всего, уборщица выкинула, приняв за мусор. Хотя баба Зина не жаловалась на зрение. Может они упали со столика, рассыпались…

Плюнув на расследование, Белов накинул куртку, быстрым шагом направился в ближайший магазинчик за углом базы. Вернувшись через десять минут, он бросил на журнальный столик ещё четыре небольшие пачки: две с солёным арахисом и две с фисташками.

Зло разорвав пакеты, Белов высыпал горку орехов, что тех, что других, прямо на стол. Взял пинцет, глубоко вздохнул и спокойно, сосредоточенно продолжил творить свой «шедевр». Львиная грива должна получиться шикарно. Оставалось совсем немного.

* * *

После обеда я всё же увидел Белова. Он улыбался, впервые за последнее время. Значит, я был прав. Сеансы странной терапии идут ему только на пользу.

Мы загрузили питомцев в прицеп, а затем выдвинулись на стройплощадку.

На стройке нас уже ждали Григорий и Леонид. Как и два больших погрузчика с палетами на вилах. Два бодрых, просоленных жизнью старичка в очередной раз приняли «жидкую валюту», а затем началась очередная тренировка.

И тренировка с треском провалилась, в первые же пять минут.

Бублик, чей организм продолжал сбоить, запаниковал от резкого рывка погрузчика. Варан зашипел, из его пасти хлынула неконтролируемая струя кислоты. Едкая жидкость мгновенно прожгла толстые доски поддона. Бублик зашипел, чуть не проваливаясь в дымящуюся дыру. Извернувшись всем телом, варан оттолкнулся всеми шестью лапами и сумел выпрыгнуть на землю. Лера судорожно вцепилась в его ошейник, когда варан дёрнулся