Сон мертвеца - Ася Виленица

о возможной вылазке мигом изгнали все мысли о пристойности моего поведения. Какая разница, сколько парней я поцеловала вчера? Сегодня, если все пойдет не так, как задумано, я могу перестать существовать как личность. Даже хорошо, что я прошлым вечером не крестиком вышивала. Было бы обидно. Потом в голову пришла мысль, что если я продолжу лежать, ко мне вломится кто-нибудь еще. Это мотивировало встать и доковылять до душа. Так, маленькими шажочками я заставила себя одеться и спуститься к столу.

Над завтраком сегодня трудился Во’он в компании Ан-Ёна с неизменным синим чаем.

– Хан спит? – мой голос все еще имел легкую хрипотцу, но хотя бы звучал куда громче.

– Растолкал минут десять назад. Впрочем, не уверен, что это помогло. – Ан-Ён кивком указал на чайник. – Еще горячий.

Я покачала головой.

– Пойду скажу ему «доброе утро».

– Если собираешься мстить за вчерашнее, то, пожалуйста, без серьезных травм, – кинул мне вслед Во’он, не отвлекаясь от приготовления завтрака.

Судя по ноющей от укуса губе, травмирование в этом доме должно было оставаться исключительно его прерогативой.

Комната оказалась пуста, но шум из душа подсказывал, что стоит просто подождать. Я присела на застеленную кровать, а затем, отбросив бесполезную скромность, и вовсе легла на нее, прикрыв глаза.

– Я думал, после вчерашнего кое-кто другой с утра найдет тебя в постели. – Хан вышел с одним лишь полотенцем на голове и сейчас, быстро промокнув волосы, обвязывал его вокруг пояса. Кажется, ему моей отброшенной скромностью по голове стукнуло.

– Жалею, что нашла себя утром в своей, учитывая последние новости.

– Мин уже посвятил, да? – Он тряхнул волосами, обдав меня волной мелких брызг. – Ты погоди, мы еще не приняли решение. После завтрака будет совет.

Я хмыкнула, а затем полезла в любимое место для хранения тайных писем и рукописей. За пояс юбки. Хан, увидев, как я, лежа на кровати, задираю футболку, кажется, не понимал, как поступить: то ли закрыться в комнате со мной вместе, то ли от гнева духов подальше закрыть меня в комнате одну. Я наслаждалась зрелищем. Приятно для разнообразия оказаться по другую сторону в этой игре. Наконец, письмо было извлечено на свет и торжественно отдано адресату.

– Это от Лео.

Его брови поползли вверх еще дальше, хотя, казалось бы, куда уж. А я нашла в себе силы встать и выйти, оставив его наедине с признаниями или, может, проклятиями девушки.

Оказавшись за дверью, попутно заправляя футболку под юбку, я нос к носу столкнулась с Джуном.

– Это не то, что ты подумал, – поспешила оправдаться я, хотя с чего бы мне вообще за что-то оправдываться.

– А что я подумал? – Он провел ладонью по волосам, убирая их с лица, и улыбнулся, вгоняя меня при этом в краску.

– Неважно, – мне страшно хотелось завершить этот диалог, потому что в голову начали лезть сцены вчерашнего вечера. – Ничего непристойного, в общем.

– Как я понял, у тебя весьма широкие рамки пристойности, – а вот он явно наслаждался ситуацией.

Меня спас Во’он. Он мрачной тучей навис над нами и холодно произнес:

– Завтрак готов, а у нас не так много времени на обсуждение.

* * *

– Мы не готовы, – заявил Джун безапелляционно, как только все кружки с чаем опустели, а тарелки отправились в мойку.

– Мы пойдем туда уже в четвертый раз, к чему мы не готовы? – со вздохом спросил Во’он.

– Он просто не распланировал каждую минуту и называет это «не готовы», – Ан-Ён оставил себе пачку «Крендельков» после завтрака и сейчас жевал уже, кажется, десятый по счету. Мне же, кроме воды, ничего с утра не хотелось.

– Наша задача – довести Кару до гробницы и обратно, ты считаешь, мы не справимся? – Хан казался серьезнее, чем обычно. Интересно, это сказывалась близость вылазки или утреннее письмо?

– Кара, а ты что думаешь? Духи сказали, что он будет ослаблен, но насколько это повлияет на его сон, мы не знаем. – Марк повернулся ко мне.

– Я с Индаайя, если духи скажут, что сегодня самый благоприятный день выходить замуж, я найду себе жениха еще до полудня.

Мин согласно хмыкнул с другого конца стола. Он хоть и не жил в мире духов, но наверняка тоже не понимал, почему мы до сих пор что-то обсуждаем. Я старалась фокусироваться на текущем моменте, методично отбрасывая мысли о Мертвом Короле и его снах. В конце концов, туда еще надо дойти.

– Не переживай, с тобой пойдут восемь лучших магов из всех миров – вместе мы справимся. – Эйрик ободряюще сжал мое плечо, заметив, как я прикусила губу.

Я подняла глаза на всех собравшихся, и меня, словно острая ледяная стрела, поразило болезненное осознание. Они пойдут со мной до гробницы, но в сновидения к этой твари мне придется лезть одной. Никто не поможет мне сохранить рассудок. Там я могу рассчитывать только на свои силы. Да, здесь каждый порой рисковал шкурой ради команды, и я как будто даже начала ощущать себя ее частью. Однако голову все еще сдавливал тисками контракт. Сегодня, сейчас – это не мой выбор. Я успела к ним привыкнуть, проникнуться симпатией, а они ведь просто разменивают меня на свою цель, и притворяться, что это не так, больше не хотелось.

– Ой ли? Никто из вас не пойдет со мной до конца. Справляться придется мне одной. А обеспечить проход до саркофага – ваша обязанность по контракту. Так что давайте перестанем делать вид, что я для вас не просто очередной способ добраться до частицы.

Я резко встала, наплевав на аккуратность. Стул громко скрежетнул по паркету.

– Можем идти сегодня, можем в любой другой день. Неважно, – сказав это, я развернулась и молча направилась в комнату, чтоб дать волю эмоциям.

Первым желанием было закрыться в ванной и вдоволь нареветься, вторым – попробовать сбежать, несмотря на контракт. Но, вопреки всему этому, я легла на кровать и закрыла глаза. Отточенная годами способность засыпать в любой момент не давала сбоев даже при таких эмоциональных срывах. Не теряя времени на спуск по лестнице, я сконцентрировалась и попросту провалилась в гостиную. Прошло, кажется, около десяти или пятнадцати минут с моего ухода. Я ожидала бурной дискуссии или чего-то подобного, но здесь уже каждый занимался своим делом. Похоже, сегодняшнему походу на Тарнум суждено было случиться. Меня привлекли Джун и Во’он, что-то бурно обсуждающие на террасе. Туда я и направилась.

– Никто тебя не осудит, – ортанец не изменял традиционному спокойствию. За все то время, что я знала его, он не повысил голос ни разу. Впрочем, этого и не требовалось.