Старая гвардия 2 - Валерий Александрович Гуров

Макс опустил телефон и ещё несколько мгновений смотрел в стол. Затем он выдохнул:

— Ну, если так… думаю, он нас уволит. Всё, можно шмотьё собирать.

— Почему «нас»? — я поднял бровь.

Макс криво усмехнулся.

— Потому что по одному ему увольнять скучно.

Дэн коротко хмыкнул, но вообще шутка будто бы проскочила мимо и не разрядила обстановку. Макс поскреб макушку и улыбнулся.

— Самое обидное — я ещё кредит не выплатил!

С завтраком пришлось ускоряться. Мы вышли из столовой и зашагали на служебную парковку. Уже знакомый мне мерседес с Виталием за рулём стоял у выезда, и, увидев нас, начальник коротко посигналил.

Макс первым открыл заднюю дверь, сел и сразу пристегнулся. Дэн устроился рядом, а я сел на переднее сиденье. Виталий даже не повернул головы в нашу сторону и не поздоровался, лишь повернул ключ зажигания… вернее, должен был бы повернуть, но на деле лишь нажал какую-то кнопку на корпусе. Двигатель ожил, тахометр вышел на нужные обороты, и мерседес тронулся.

Разговаривать никто особо не спешил, поэтому Макс, которого явно больше остальных напрягала тишина, решил взять инициативу в свои руки.

— А вы когда-нибудь видели, как человека увольняют на светофоре? — внезапно спросил он.

Я лишь покачал головой.

Виталий лишь скользнул глазами по зеркалу заднего обзора.

— Я видел, — сказал он. — Выкладывай, Денису Максимовичу будет полезно послушать.

Макс отрывисто закивал и начал говорить.

— Стояли, короче, на красном. Может, с полгода назад, я и ещё один паренёк работали в смене во внеплановое, как сегодня, у Давида… и, короче, Давид у него спрашивает, любит ли он… не помню, то ли трюфеля, то ли ещё что, — припомнил Макс. — А напарник возьми и скажи по-честному, что он их не ел. Ну и что?

— Что? — переспросил я, чтобы поддержать Макса.

— А Давид повернулся к нему и сказал: «Выйди». Просто сказал — и всё. Загорелся зелёный, и мы уехали.

— И? — уточнил я.

— И ничего, — ответил Виталий. — Он остался посреди города с пистолетом и пропуском в руке. Лишний геморрой на мою задницу! Так что я поеду с вами, чтобы хоть убедиться, что все начнётся без эксцессов.

Я же после этих слов крепко задумался. Такие вот зачатки в поведении молодёжи наклёвывались все восьмидесятые и начали буквально фонтанировать в девяностые. Но это всё-таки было чересчур…

Некоторое время мы ехали молча, а потом Виталий решил напомнить, как он сам сказал, «основы безопасности совместной деятельности» с Давидом.

— Графика нет, — начал начальник. — Вообще. Планы меняются каждые полчаса. Может развернуться на полпути, может уехать без охраны, может специально влезть в конфликт. Что угодно можно ждать…

— Зачем? — поинтересовался я, хотя был практически уверен, что внятного ответа не будет.

— Потому что может, — ответил Виталий. — Хрен его знает, боевиков насмотрелся, по ходу…

— А еще он людей проверяет, — добавил Макс со знанием дела. — Постоянно. Смотрит, кто сорвётся первым.

— И кто срывается? — я повернул голову.

Виталий не колебался ни секунды.

— Пока что — все. Так что добро пожаловать в зону повышенной турбулентности, — начальник покосился на меня и подмигнул. — У вас опыта житейского побольше, так что пока меня не будет, присмотрите за ребятами…

— Ну-у, — протянул Дэн, вытащил свой телефон и что-то посмотрел на экране. — Я думаю, что Давидик спецом нашего Дениса Максимыча позвал. Вон, он уже стебется в своих соцсетях на эту тему, что охранять его сегодня будет сморщенная жопа…

Макс захихикал, но, поймав мой взгляд, замолчал.

Виталий лишь со вздохом покачал головой и ничего добавлять не стал. Я тоже ничего сказал, хотя, конечно, эпитет этим Давидом был подобран любопытный. Но ничего, посмотрим, у кого и что там сморщено, ждать оставалось недолго. Видно, этот мамкин пирожочек сразу же попробует сесть мне на голову и свесить ноги.

Наконец, когда мы уже подъезжали к месту, Виталий выдал последний инструктаж.

— Запомните главное. Мы не спорим и никого не воспитываем. Просто делаем свою работу, охраняем клиента. Все понятно?

Максим и Денис на заднем сидении закивали. Я отвернулся к окну и стал смотреть на дорогу, на новые дома и гладкий асфальт, который выглядел слишком аккуратным для города, привыкшего к хаосу.

Жилой комплекс выплыл впереди внезапно, словно отдельный мир, аккуратно вырезанный из остального города. Высокие фасады, стекло, металл, декоративные деревья с идеально спроектированными дорожками. Все выглядело дорого, но в этом чувствовалась какая-то показная демонстративность. Как парадный китель без единой медали.

На подъезде шлагбаум уже был поднят, будто нас ждали. Машина почти не замедлилась, охранник вышел из будки, посмотрел на номер, и его лицо сразу расплылось в улыбке. Он наклонился к окну и сказал:

— А, к Дато? Проезжайте.

Он даже не спросил документы.

— Дато? — Виталий удивлённо приподнял брови.

Улыбчивый мужичок чуть растерялся, но объяснил:

— Сказал его сегодня так называть…

Начальник СБ и бровью не повёл — очевидно, это была не самая странная просьба подопечного. В молчании и полной готовности мы въехали на территорию ЖК.

Глава 19

Мы медленно скатились под бетонный козырёк въезда, где дневной свет резко оборвался и уступил место холодному неону. Шлагбаум и тут уже был поднят, а охранник лишь лениво посмотрел на машину и махнул проезжать.

— Пропуска постоянные? — поинтересовался я.

— Да, — коротко ответил Виталий.

— Почему тогда нас не проверяют?

Виталий не ответил сразу, словно сначала хотел отмахнуться, но затем понял, о чём именно я спросил, и пояснил мрачно:

— Потому что их давно никто не проверял. А это охрана ЖК, я к ним отношения не имею, хотя позиционируется как элитная…

Мы въехали в подземный паркинг, и гул двигателя эхом разошёлся по бетонным стенам. Дорогие машины стояли рядами, будто на выставке достижений. Я смотрел по сторонам, привычно запоминая детали, которые большинство людей даже не замечают. Несколько камер под потолком были повернуты под неудачным углом и смотрели в бетон, будто им запретили интересоваться происходящим внизу. Между рядами машин попадались участки, куда объективы не доставали вовсе, и в этих тёмных карманах могла исчезнуть не только машина, но и живой человек.

Мы проехали мимо лифтового холла, где стеклянные двери отражали пустоту, и я заметил еще один пост охраны —