Как достать архимага 7 - Лев Котляров

— Тогда-то мы, получается, и проснулися? — спросил Родион.

— Именно, — я глянул на него. — В мире всего десять таких артефактов, три из которых — основные. Они уже работают в полную силу.

— Зачем ты мне это сейчас рассказываешь? — проворчала старуха. — Говорю же, нет сейчас этого твоего артефакта!

— Как же ж нет, старая ты дура! Я его чувствую! — Родион махнул в сторону замка. — Тама он!

— Да чтоб у тебя язык отсох! — в сердцах рявкнула его супруга.

Призрак удивленно отплыл от нее, не понимая, почему она так реагирует.

— Я все понять не могу, что вами движет, — задумчиво сказал я. — Я предлагаю восстановить источник до полной силы, а вы упорно не хотите мне про него говорить. Я же все равно его найду.

— Знаю я эту вашу помощь! Сопрете и даже стыдно не будет. А нам тут помирай.

Ах, вот оно что!

Я вздохнул. Старуху можно было понять — четыреста лет она держалась за эту силу и надежду. А теперь какие-то чужаки приходят и говорят: «Дайте нам ваш артефакт, мы его починим». Звучало как классическая история про мошенников.

— Алевтина Михайловна, — начал я максимально мягко, — я понимаю ваше недоверие. Честно. Но поймите и вы: источник работает неправильно. Да, он дает силу, но он же и отравляет все вокруг. Тот колодец, что я чистил — это из-за него. Магия уходит в землю, будит древних тварей, искажает реальность. Если ничего не сделать, через пару лет здесь нельзя будет жить.

Нельзя было сказать, что я ей лгал, скорее чуть преувеличил опасность. Однако факт есть факт — из-за источников вся эта чертовщина и началась. А конкретно здесь все произошло, потому что артефакт напитали человеческим горем и надеждами. Это он в мир и принес.

— Стращаешь, — прищурилась старуха, но в глазах мелькнула тревога.

— Проверьте сами, — пожал я плечами. — Вы же чувствуете магию. Разве она такая же, как раньше? Чистая, светлая, спокойная?

Алевтина Михайловна задумалась. Ее подруги, все это время молча сидевшие поодаль, переглянулись.

— Мутит чего-то, — нехотя признала одна. — Давно уже. Я думала, это мы стареем.

— А вы не стареете, — тихо сказал я. — Вы на магии источника держитесь. Он продлевает вам жизнь. Но цена за это — искажение магии вокруг. Рано или поздно это убьет деревню. И вас тоже.

— Не запугаешь, — упрямо повторила Алевтина Михайловна, но голос ее дрогнул.

Я понял, что словами ее не прошибить. Слишком много лет она верила в эту силу, слишком много на нее поставила. Нужно было показать.

— Ли, — позвал я, — иди-ка сюда.

Кот лениво спрыгнул с плеча Григория, подошел ко мне и вопросительно мявкнул.

— Алевтина Михайловна, — я взял кота на руки и протянул старухе. — Подержите-ка его.

— Чего? — опешила она. — Кота? Зачем?

— Просто подержите. Погладьте. Он любит, когда за ухом чешут.

Старуха смотрела на меня как на сумасшедшего. Но Родион сзади захихикал:

— Да бери, Алька, не бойся! Он магический, не укусит!

— Тебя не спросили, — огрызнулась она, но кота взяла.

И начала машинально чесать за ухом. Ли зажмурился от удовольствия, заурчал, и вдруг…

По его шерсти пробежали серебристые искры. Мелкие, едва заметные, но Алевтина Михайловна их почувствовала. Дернулась, хотела выпустить кота, но Ли впился когтями в ее богатую одежду и не подумал уходить.

— Ты чего⁈ — возмутилась старуха. — Сними его!

— Не могу, — улыбнулся я. — Он сам решает, когда слезть. А сейчас он решил с вами поделиться.

Искры замелькали сильнее. Ли заурчал громче, и вдруг Алевтина Михайловна замерла, а потом уставилась на свои руки.

— Святое небо… — прошептала она.

Морщины на ее кистях разглаживались. Кожа розовела, становилась упругой, молодой. Старуха смотрела на это преображение с таким изумлением, будто видела чудо.

— Это их магия, — тихо сказал я. — Такая должна быть в вашем источнике. Когда вы нашли артефакт, он отдал вам часть своей силы. А потом ваше искреннее желание спасти мужей изменили его силу, давая вам возможность прожить дольше отмеренного срока. Чувствуете разницу? Ли сейчас делится с вами настоящей магией атарангов.

— Атарангов? — переспросила Алевтина Михайловна, не сводя глаз с кота. — Старые боги?

— Они самые. Только не боги, а создатели. Источники — их рук дело. И поверьте, я знаю об этом больше, чем кто-либо в этом мире.

Ли закончил делиться силой, спрыгнул с рук старухи и гордо прошествовал обратно к Григорию, всем своим видом показывая: «Я сделал доброе дело, теперь можно и отдохнуть».

Алевтина Михайловна смотрела на свои помолодевшие руки, на разгладившуюся кожу, и в глазах ее стояли слезы.

— Четыреста лет, — прошептала она. — Я забыла, каково это — быть молодой.

— Алька, — подал голос Родион, — ты у меня и старой красивая была. А молодой — вообще загляденье.

— Молчи уж, — отмахнулась она, но улыбнулась.

А потом посмотрела на меня — уже не как на врага, а как на равного.

— Хорошо, — сказала она. — Слушай.

И начала рассказ.

— Два года назад мы с подругами пошли к шахтам. Не в первый раз, конечно, но тогда что-то нас толкнуло. Словно позвал кто. Мы и пошли. Долго бродили, пока не наткнулись на ту самую стену, про которую вы говорили. Только для нас она открылась не так, как для вас.

— А как? — спросила Вася, подаваясь вперёд.

— Мы её не взламывали, — покачала головой Алевтина Михайловна. — Мы к ней прикоснулись — все трое сразу. И она… откликнулась. Словно услышала нашу боль. Нашу любовь. Нашу надежду.

Она замолчала, собираясь с мыслями.

— Мы ведь не за магией шли, — продолжила она тихо. — Мы за мужьями шли. Думали, может, там, в глубине, есть проход к завалу. Может, сможем их откопать. Живых, мертвых — неважно. Просто забрать домой.

— И источник откликнулся, — понял я.

— Да. Он засветился, загудел, и в нас хлынула сила. Мы сначала испугались, думали — померещилось. А потом поняли: это наш шанс. Мы сможем разобрать завал! Мы сможем спасти наших мужей!

— Но не смогли, — тихо сказал Родион.

— Не смогли, — эхом отозвалась Алевтина Михайловна. — Сила была, но ее не хватало. Завал держало какое-то сложное заклинание, мы его даже сдвинуть не могли. Сколько ни бились — бесполезно.

— Поэтому вы сделали алтарь? — спросил я.

— Поэтому, — кивнула она. — Подумали: если источник дает силу, надо его задобрить. Чтобы он дал больше. Построили алтарь, начали приносить дары — не жертвы, нет, просто то, что любили наши мужья. Хлеб, мясо, табак. И он откликался. Силы становилось больше.

— И тогда шахты начали пустеть, — добавил я.

— А ты откуда