Мастер Трав. Том 5 - Ваня Мордорский

Это был Тран. Возле него уже скакал его старый волк, радостно приветствуя возвращение хозяина.

Грэм продолжал заниматься саламандрами — там работы было много. Вчера он успел подвесить и обработать лишь часть из них. На секунду я задумался: выглядело так, будто он готовился к дальнему походу. Через секунду я выбросил эту мысль из головы.

Приручитель вошел с широкой усмешкой на лице. Похоже, у него тоже было отличное настроение.

— Слышал о ящере, — сказал он вместо приветствия. — Даже видел! Борг повесил его и показывает всем желающим, приговаривая что вот таких нужно тащить ящеров, а не старых дряхлых ящериц.

Грэм довольно улыбнулся. Похвала была ему приятна.

— Ничего такого, — отмахнулся он, — Это даже за серьезную добычу считать нельзя.

— Ну-ну, — хмыкнул Тран, но не стал спорить, а потом его взгляд упал на мое лицо и он расхохотался.

— Элиас, выглядишь…

— Ужасно. — закончил я за него. — Знаю, но это необходимость.

— Прости, но выглядишь ты действительно забавно.

Я инстинктивно прикоснулся к лицу. Да, пожалуй, опухший и бритый я немного отличаюсь от старого Элиаса, но это временно.

— Заходи, — сказал Грэм приручителю, поднимаясь. — Дело есть.

— М?

— Увидишь сам.

Мы вместе вошли в дом. Было очевидно, что Грэм хочет показать приручителю яйца.

Тот впрочем, сразу их заметил и его глаза удивленно расширились.

— Это то, что я думаю?

— Не знаю, что ты там думаешь, — хмыкнул Грэм. — Но это яйца ржавозубого ящера.

Тран присел рядом с ними и осторожно прикоснулся к каждому, закрыв глаза. По его лицу было видно, что он на чём-то сосредоточился. Совсем как я, когда использовал Дар.

Через минуту он вынес вердикт:

— Два очень слабые. Будет чудо, если выживут и вылупятся. Третье довольно сильное.

— Сколько? — спросил Грэм.

— Здоровое точно не меньше золотого. — Тран потёр подбородок. — Есть у меня на примете один старый приручитель. Любитель ящериц. Давно искал что-то подобное. Насчет двух других не знаю, но тоже стоят прилично. Сегодня поузнаваю, пока пусть лежат у вас.

Он еще раз бросил взгляд на очаг и яйца, и сказал:

— К слову о деньгах. — Тран полез за пазуху и достал кошелек. Выложил на стол монеты и они приятно звякнули о дерево, а я понял, как же хорошо видеть на столе золото, а не медяки. Впрочем, серебрянные монеты тоже радовали взгляд.

— Лунник и женьшень продал. И фиалку. Полтора золотых, как и обещал. — пояснил он.

Грэм кивнул, взял монеты, покрутил в пальцах и положил обратно на стол. Туда тут же взобрался Седой и схватил золотой.

Тран хохотнул.

А я смотрел на монеты и понимал: долги закрыты. Окончательно. Даже если яйца ничего не принесут, того, что у нас уже есть, хватит с лихвой. Буквально одна варка — и даже с запасом будет. Странное чувство — знать, что больше нет долгов, что дом никто не отберет и что можно наконец сосредоточиться не на бесконечной варке восстанавливающих отваров ради денег, а на улучшении качества, на повышении навыков, на экспериментах и на болезни Грэма.

Это было… освобождение!

— А как вязь-трава и двужильник? — спросил Тран.

— Сейчас покажу. — кивнул я и повел приручителя в ту часть сада, где росли ряды этих растений.

Увидев их Тран присвистнул.

— Неплохо. Ещё день-два — и можно собирать.

— Примерно так, — кивнул я.

Тран помолчал, глядя на растения, словно что-то подсчитывая в уме, — возможно прибыль, — а потом спросил:

— Вам ещё нужен мой питомец?

Грэм ответил раньше, чем я успел:

— Если тебе не сложно — пусть ещё побудет у нас. Эти растения, — он кивнул на грядки, — и твоя доля тоже. Если какой-то придурок их попортит — все останемся без прибыли.

Какого придурка имеет в виду Грэм уточнять было не нужно — все поняли.

Тран кивнул.

— Тоже верно. Хорошо, пусть будет.

Попрощавшись, Тран ушел — видимо, заходил он просто отдать деньги.

Я смотрел ему вслед, вспоминая нашу первую встречу и как орал на него Грэм, и… всё, что случилось потом. Его дочь, сад, помощь его жены в обучении письму. Как всё повернулось, тогда бы и подумать не мог.

— Пи! — вырывал меня из мыслей Седой.

— Что такое?

— Пи! — мурлык дернул меня за штанину и зашипел на землю.

А я понял, что возле моих ног копошатся черви. С десяток, может больше. Они вылезли из земли и извивались, словно пытаясь привлечь внимание.

Грэм тоже заметил их и подошел.

— Кажется… — сказал он, — Кто-то хочет привлечь твое внимание.

— Рыхлый? — уточнил я.

— Конечно. — Грэм присел и наблюдал за червями. — Я не слишком хорошо знаю Рыхлого, но все гнилодарцы любят такой способ вызова на встречу. Видимо, он не хочет подходить к дому — может, небезопасно для него. Не знаю.

Я задумался. Рыхлый… После нашего последнего разговора я обещал помочь его сыну, но времени прошло всего ничего. Или он пришел с каким-то новым предложением, или с новостями от Морны. Уж просто так он бы точно не пришел. А может… с Морной что-то случилось, или с ее детьми?

Мысль неприятно обожгла всё внутри. Пусть с остальными детьми Морны я особо не контактировал, но за Лиру я беспокоился.

— И что мне делать? — спросил я Грэма.

— Идти за ними. — ответил он.

Я задумался.

— Ладно, возможно что-то срочное. Не стал бы он просто так использовать такой метод. В прошлый раз он сам пришел.

Я собрал корзину, положил туда своих мутантов, прикрепил кинжал на пояс и двинулся в Кромку.

— Я с тобой, — вдруг сказал Грэм, запер дверь, подхватил свой топор и пошел рядом.

— Я не думаю, что меня ждет опасность. — заметил я.

— Вот именно, что не думаешь. А ждать нужно всего.

— Ладно, убедил, — согласился я и мы вместе вошли под кроны деревьев.

Всё это время черви вели нас. Далеко идти не пришлось, буквально десять-пятнадцать минут пути по Кромке — и мы увидели вдали фигуру Рыхлого. Он находился чуть в стороне, сидя на небольшом пне и вокруг него тысячами червей бурлила земля. Похоже, он был явно не в духе.

— Чего хотел? — тут же бросил ему Грэм.

Рыхлый поднял голову. Лицо его было напряжено.

— Лорику хуже, — сказал он, — Ты был прав, Элиас. Простые отвары уже не помогают, нужно что-то помощнее. Я раздобыл несколько зелий, но этого мало. Ты говорил, что сможешь создать что-то помощнее. Ты сможешь?

Я застыл. Помощнее?

Да, я помню, что говорил Рыхлому об этом, но я не думал, что этот момент наступит так скоро!

Однако из уст