Чёрный ратник 3 - Макс Гато

В холодном воздухе разнёсся скрежет. Молодой стражник дёрнулся и повернулся на звук. Главные ворота на восточной стене медленно заскрипели. Я услышал громкие крики людей. Ворота опустились на место, засовы вошли в гнёзда, и запирающий механизм последний раз лязгнул.

Полагаю, что этот звук можно было слышать не только здесь, на восточной стене, но и у Купеческих ворот. Закрытые ворота отделили «до» и «после». Ярмут всё ещё шумел, и только здесь, на стенах, было удивительно тихо.

— Осилим, — коротко ответил я, развернулся и принялся спускаться со стены.

Осада Ярмута начиналась по-настоящему.

Глава 19

Первые огни мятежников приблизились ещё до рассвета. Я дежурил этой холодной ночью на стене и знал, что сон перестал быть возможным где-то около двух часов ночи. Лежать в темноте, слушая звуки наступающей армии, было не лучшим способом провести оставшееся время.

Ветер на стене оставался холодным и злым, он развевал имперские и орденские флаги. Несмотря на ночь, земля перед Ярмутом не казалась тёмной. Костры мятежных лагерей, факелы, линии снабжения и свет магии приближались к Ярмуту каждую ночь и сегодня все эти элементы вновь находились в постоянном движении.

Я считал костры, больше по привычке. Сегодня их было больше, чем при закрытии городских ворот несколько дней назад. Где-то между источниками света виднелись тёмные силуэты осадных орудий. Они находились на ровной земле, шагах в трёхстах от моей позиции. Мятежники закончили строить их вчера, что означало, что первый штурм неминуем.

Я не был на стене один. Слева и справа выстраивались бойцы, поднятые шумом колоколов и разгоняемые криками командиров. Я посмотрел на Соловьёва и спокойно спросил:

— Запас рунных стрел с собой?

— А как же, — ответил он, проверяя колчан и ведро рядом с собой.

На древках его стрел виднелись едва заметные жёлтые руны.

Здесь, на стене и внизу, раздавалось множество голосов. Агата успела разнести сумки с зельями и алхимическими припасами. Я пытался сказать ей, что ей не стоило находиться на стене, но Агата только отмахнулась и пообещала спуститься вниз. У неё была своя роль, и она с ней справлялась без лишних указаний.

Небо на горизонте начало переходить из чёрного в оттенок тёмно-синего.

В этот момент требушеты мятежников выстрелили в первый раз.

— Далековато, — коротко произнесла Ярослава.

Она стояла справа от меня и смотрела на позиции мятежников меж зубцами стены.

Вместо ответа я скомандовал:

— Готовьсь!

Усиленные магией снаряды горели ярко, очень ярко. И, несмотря на все расчёты и здравый смысл, они долетели до стен Ярмута.

Первый горящий камень ударился в стену в метрах в сорока слева от меня и отправил в воздух каменную крошку и крупные осколки. Ещё до того, как стена содрогнулась, лучники и ополченцы без приказа легли плашмя на камни.

Второй снаряд ушёл высоко, пролетев над стеной целиком и приземлившись в глубине города, там его встретил барьер от имперского мага. Остальные снаряды ударились в стену. Восточный участок стены был слишком толстым, чтобы вот так просто пасть, но тряхнуло нас знатно. Воздух наполнился пылью и запахом гари.

— Какого чёрта⁈ — прохрипел ополченец справа от меня. — Где наша защита?

Он имел в виду барьер. Не все понимали, что делали командиры. В Ярмуте они рисковали, отключая защиту на короткое время перед атакой, и делали они это по одной единственной причине.

Я увидел, как строение мятежников двинулось в медленно растущем свете. Колонны разбивались на большие группы, готовые к штурму. По земле медленно катились тараны, а пехотинцы прикрывались щитами и медленно надвигались на город.

— Сработало, — тихо выдохнул Иван.

Он был прав. Сегодняшней задачей было заставить мятежников наступать, действуя в соответствии с ложной информацией, которую им передавали, в том числе и я.

Второй залп осадных орудий ударил, но на этот раз чёрное небо вспыхнуло бирюзовым. Куски камня огромного размера ударились в защитный барьер Ярмута и так и не смогли пробить его.

На стене вокруг меня раздались радостные выкрики.

Я радоваться не спешил и ждал, когда фигурки мятежников приблизятся настолько, что можно было разглядеть их лица. И когда это случилось, в дело пошли маги врага. На поле перед стеной вспыхивала мана от заклинаний и нарастал гул. Он нарастал до тех пор, пока не превратился в яркую вспышку. Концентрированный магический удар пришёлся на зону покрытия барьера. Там, где, согласно ложным разведданным, он должен был работать на шестьдесят процентов мощности.

Магический удар… рассеялся. Разряд сразу нескольких атак магов не слабее ранга Волхва заставил барьер вспыхнуть от избыточной энергии и на миг осветить лица бойцов бледно-синим. Тишина после этой атаки была краткой, но особой. Мятежники продолжали двигаться вперёд, даже несмотря на эту краткую неудачу. Вот только эта неудача означала одно: подавить магическую атаку с нашей стороны у Волхвов не выйдет.

Имперские маги как будто только и ждали удара Ковена и больше медлить намерены не были. Небо вспыхнуло десятками заклинаний. Воздушные серпы, огненные шары, водные клинки — всё это посыпалось вниз, в сторону медленно надвигающихся бойцов. В отличие от Ярмута, штурмовые порядки внизу такого же щита или барьера не имели. Заклинания ударились в защитные сплетения, но пробили их. Раздались крики, и первые ряды бойцов посыпались.

Стена вновь задрожала. Новый залп осадных орудий отдавался в каменной кладке низким гулом и вибрацией. Меня тряхнуло, и я едва удержался на ногах, когда очередной камень ударился в барьер в двадцати шагах левее. Бирюзовая вспышка вновь осветила позиции защитников. Но на этот раз уже выцепила фигуры готовившихся к стрельбе лучников у зубцов, в том числе и Соловьёва, вместе с бесконечной чередой молодых и старых сосредоточенных лиц.

— Готовь! — проорал кто-то слева, кажется, один из ратников-Волков. Его голос пробился через общий шум. — Огонь!

После команды сотни стрел со свистом сорвались в темноту. Их было сложно увидеть, даже несмотря на постоянные вспышки. Часть стрел ударилась в щиты, часть в доспехи, часть завязла в магических защитных барьерах. Но чавкающие звуки и крики, полные боли, означали, что последняя часть стрел нашла своих жертв.

Очередная волна имперских заклинаний накрыла поле перед стеной, и в этот раз маги работали прицельно. Огромная ледяная глыба вошла в гущу штурмовой группы, тащившей лестницы, и просто-напросто расплющила несколько десятков бойцов мятежников. Цепная молния ударила в щиты мятежников, старавшихся укрыться от стрел. Ей вслед прилетело сразу несколько огненных шаров. Запах горелой