Полиция нравов - Наиль Эдуардович Выборнов

Левандовски дал добро, передал аж четыре дела не слишком довольным Тому и Бобби, которые опять остались в отделе разбираться с текущей работой, после чего удалился. А мы, закончив обсуждения, вернулись в кабинет.

Ник, украдкой взглянув на сидящего с не самым довольным лицом Свонсона, наклонился ко мне и прошептал:

— Майк, сегодня исторический момент. Запомни его, вряд ли тебе придется такое часто видеть.

— Ты о чем? — не понял я.

— Если мы сегодня не будем тупить, то до конца дня закончим со всей текущей бумажной работой. Да, у меня еще останутся два долгих дела в разработке, но по одному мы ждем данные от федералов, а по второму подозреваемый, судя по всему, в бега подался, так что от нас особо ничего не зависит.

Я довольно улыбнулся. Да, завтра снова придется писать гору рапортов по поводу сегодняшней операции. Но перспектива наконец хотя бы десять минут посидеть в кабинете без необходимости разгребать бумажные завалы по-настоящему радовала. На этой волне мотивации я взялся за написание новых бумаг так, что только клавиатура печатной машинки успевала щелкать.

К четырем с копейками часам, потратив уйму корректора и почти не чувствуя пальцев, я все же закончил со своей половиной и сунул последнюю бумагу в нужную папку — дело по задержанному напарником сутенеру можно отправлять в суд, как и все остальные. Закрыл папку, посмотрел на Ника — тот еще что-то допечатывал с серьезным лицом. Огляделся вокруг. Свонсона и Кросмана не было — видимо, отправились на место преступления по одному из новых дел. Пикфорд и Домингес, как и мы, зарылись в документы.

— Ник, — обратился я к напарнику.

— А? — поднял он взгляд от документа.

— Давай еще с чем-нибудь помогу.

Касселс внимательно осмотрел свой стол, останавливая взгляд на отдельных папках и бумагах.

— Да не надо, спасибо. У меня последнее дело. Через полчаса закончу, — устало улыбнулся он. — А ты уже все?

— Ага, — кивнул я.

— Ну и шуруй домой, пока можешь. Только Тому и Бобби не говори, они и так из-за третьей операции подряд в этом месяце утопают в делах.

— Так попросились бы на операцию тоже, — удивился я.

— Том не любит перерабатывать и неохотно берет сверхурочные, — сказал Ник. — Он самый опытный в отделе, поэтому Левандовски прислушивается к его просьбам. А нас, как самых молодых, не спрашивают.

— А Сэм и Рэй? — решил я подтвердить свои догадки до конца.

— О, Рэя хлебом не корми поучаствовать в операции или контрольную закупку провести. В последнем он у нас вообще главный специалист отдела. Умеет преступникам в доверие втираться. Ну а Сэм… Ты не смотри, что он такой огромный — он не дуболом, умеющий только двери плечом вышибать. Он… универсальный солдат. Одинаково эффективно и в поле, и в кабинете работает. Причем особых предпочтений у него нет. Он мне сам говорил, что ему что рапорты писать, что бандитов мордой в пол укладывать — все едино. Так что он особо не выбирает, идет куда лейтенант отправит или куда Рэй попросит. И во всем одинаково хорош.

Я кивнул. Значит, я был прав лишь частично.

— Все, иди, не сбивай, — сказал Ник и вернулся к работе. — Я тоже хочу для разнообразия пораньше домой уйти.

— Ты только поспи в этот раз перед операцией, чтобы завтра не получилось, как с теми баптистами.

Он поднял на меня глаза, посмотрел слегка виновато и кивнул, после чего молча вернулся к документам.

— До встречи вечером, парни, — сказал я и, получив от всех троих коллег кивки или взмахи рукой, отправился домой.

Там я последовал собственному совету и поспал пару часиков, хоть и чертовски не любил спать днем — голова после этого часто болела. Потом перекусил овощным салатом, который нарезал на скорую руку, выгулял и покормил пса. По идее, операция не должна была затянуться до самого утра, но я все равно дал Рэмбо полуторную порцию и оставил две миски с водой — чем черт не шутит. Но вообще, хоть на пару часов я домой вернуться должен — рейд не такой масштабный, как захват пати-хауса, да и назначен по половину одиннадцатого, а не на полночь. Должны управиться быстро.

Без пятнадцати девять я уже стоял в оружейке, расписываясь за дополнительные две пары наручников, бронежилет, три магазина к Беретте и еще одну пачку стяжек — выцыганил-таки у дежурного. Ну и здорово, будет запас.

Ровно в девять вечера мы собрались на парковке у участка. Специального промежуточного места сбора решили не организовывать — от участка до нужного места было всего около мили или от силы пять минут езды без пробок, которых в это время, естественно, уже не было.

Три детектива, включая меня, и шестеро патрульных стояли вокруг Ника, который на правах старшего раздавал последние указания перед началом.

— Меня зовут Николас Касселс, мой позывной на сегодняшнюю операцию Вайс Один. Всем переключить рации на первый тактический канал Южного Бюро — все переговоры ведем только там.

Он прочистил горло и стал проговаривать план, по большей части для патрульных:

— Мы с детективом Соко выдвигаемся на место без четверти десять и ведем оперативное наблюдение в непосредственной близости. Операция начнется по моей команде, приблизительное время — десять часов тридцать минут. После получения команды машина с двумя детективами отдела нравов и один патрульный автомобиль направляются к месту проведения операции по Сан-Педро. Через две минуты без дополнительной команды по Бродвею выдвигаются две оставшиеся патрульные машины. Путь по Бродвею немного короче, следите за скоростью, чтобы все четыре автомобиля прибыли к точке с двух сторон одновременно. К месту подъезжаем тихо, без сирен и мигалок — нам не нужна паника раньше времени. Две патрульные машины блокируют выезд из двора.

Я вспомнил планировку и подумал, что там, в принципе, и одной бы хватило, две — это уже для перестраховки. Внутренний двор помещения с юга и востока был огорожен добротным забором из металлических прутьев, а с севера и запада — стенами самого бокса, к этому забору примыкающими. Единственный въезд располагался как раз со стороны Манчестер и был ровно такой ширины, чтобы в нем могли разъехаться две машины. Перекрыть его — и мышеловка захлопнется.

— Четверо офицеров остаются во дворе и следят за воротами, — продолжил Ник. — Их там аж десять, но все направлены во двор. Задерживать любого, кто попытается покинуть здание. Детективы нравов и два офицера идут внутрь через вторые ворота со стороны Манчестер. Задерживаем всех, кто окажется внутри. Работаем осторожно —