Жандармъ Его Величества - Михаил Ежов

Вызвали ему врача. Тот осмотрел и остался на всякий случай — присмотреть, если повторится. А Филин возьми да скончайся через четверть часа. Сердечный удар, — Джунковский развёл руками.

— Перестарались? — спросил я, чувствуя растущее внутри раздражение.

Я ведь на блюдечке этого анархиста преподнёс. Такую ниточку оборвали, коновалы!

— Да не очень-то его и допрашивали, — ответил Джунковский. — За дело толком и взяться не успели. Только и добились от него, что точный номер конюшен. А больше ничего не вытянули — помер. Впечатлительный революционер оказался.

Мне Филин таковым не показался. Но факт есть факт: единственный, кто мог указать местоположение особняка Андертона и пролить свет на содержимое ящиков, отправился на тот свет.

— А британца? — спросил я. — Взяли?

— Да какое там! — всё больше мрачнее, ответил Джунковский. — В городе он не появлялся с тех пор, как вас в гости позвал. А дом загородный, который вы описали, ищут. С башней-то немного зданий, так что найдётся. Только сколько времени на это уйдёт, неизвестно. Народу у нас не то, чтобы очень много. Да и вряд ли Андертон ещё там, — кисло добавил Джунковский. — Скорее всего, уже сбежал. Должен был почуять, что запахло жареным, когда вы не вернулись. Фотоателье его, конечно, вверх дном перевернули, да только не нашли там ничего подозрительного. Сейчас допрашивают сотрудников. Но, кажется, они не в курсе были деятельности своего хозяина. Даже тот, который послания от Лебедевой доставлял, знать не знал, в чём дело. Она ему запечатанные конверты давала, и он их Андертону отвозил. Конспирация, чёрт побери!

— А княжна? — вставил я. — С ней что?

— Домой она не вернулась, так что, видать, тоже ушла в подполье. Ну, да это ничего: мы её рано или поздно найдём. Никуда не денется. Предложение ваше завербовать её в качестве двойного агента дельное. Я его всерьёз рассмотрю. Но сначала надо Лебедеву сыскать. Впрочем, меня больше террористы беспокоят. Если у них доступ к динамиту есть, вряд ли откажутся от акции. Так что сейчас поедут их брать. Как раз отряд из наших собирается. Филёры уже побывали на Мойке, понюхали вокруг, но ничего толком не узнали. На месте анархисты или нет — непонятно. На сами конюшни, ясное дело, соваться не рискнули. Так что придётся штурмом брать бомбистов и ориентироваться на месте. Заодно испытаем вашу методу, — подмигнул он. — Если хорошо себя покажет, примем как стандарт. Лично в устав внесу.

— Ваше превосходительство, позвольте принять участие.

Джунковский удивлённо приподнял брови.

— Охота вам, господин Мамонтов? Заслужили передышку-то. Справятся и без вас.

— Надо же самому поглядеть, сработает ли тактика новая. Да и, в целом, дело довести до конца хочется.

— Понимаю, — кивнул Джунковский. — Что ж, если желаете, препон чинить не стану. Кровь молодая, горячая — сам таким был когда-то. Поезжайте, Андрей Ильич. Только на рожон не лезьте, как в прошлый раз.

— Как прикажете, ваше превосходительство, — ответил я, заранее зная, что оставаться в стороне не смогу. — Спасибо.

Выехали на Мойку через десять минут. Десять жандармов под началом ротмистра Усачёва. На этот раз у них были металлические щиты с узкими прорезями для глаз, а также модифицированные для ручного метания световые гранаты и дымовые шашки. Ротмистр поглядывал на меня уже без неприязни и снисходительности.

Добравшись до Мойки, мы остановились и начали выгружаться.

В нашу сторону направился одетый рабочим знакомый уже мне филёр.

— Моё почтение, ваше благородие, — обратился он к Усачёву. — Успели, пока вас дожидались, провести разведку. Конюхи из соседних помещений говорят, что лошадей наши предполагаемые бомбисты не держат. Как используется помещение — не известно. Видели, как туда входили и выходили человек пять. Точнее посчитать не удалось. Пару раз что-то привозили в ящиках. Никого это не удивило, так как на вторых этажах обустроены конторы и склады. Сдаются всем желающим. Внутрь мы не заглядывали, ибо окна в конюшнях высоко делают — так животным лучше. Без лестницы не достать.

— Ясно, — кивнул ротмистр. — Будем штурмовать. Ваш номер с ошибочной доставкой здесь не пройдёт, — обратился он ко мне.

— Не пройдёт, — согласился я. — Вы ознакомились с предложенной мною тактикой штурма?

— Ознакомился, — чуть помолчав, ответил Усачёв. — Начальство велело опробовать. Только думается мне, вы, господин Мамонтов, лучше моего представляете, как действовать по этой вашей методе. Так, может, сами инструктаж и проведёте? Раз уж с нами поехали.

— С радостью, — ответил я.

— В таком случае не смею мешать, — чуть усмехнувшись, ротмистр демонстративно отступил в сторону. — Господа, слушайте Андрея Ильича. Сегодня он командует.

Жандармы удивлённо переглянулись, но построились в линию. Мы находились за углом дома, и здесь нас от конюшен видно не было. В то же время мы могли очень быстро переместиться к намеченному для штурма объекту. Если там никто не пялится в окно целыми сутками, что маловероятно, вполне реально атаковать, используя эффект неожиданности.

— Господа, — начал я. — Полагаю, все вы знакомы с письменной инструкцией, но не думаю, что у вас было время потренироваться. Так что прошу действовать в точности, как я скажу. Первым делом — выдвигаемся к конюшне. Закладываем динамитную шашку под ворота, взрываем и тут же забрасываем в окна световые гранаты. Они ослепят противника на то время, как мы будем заходить. Ворота — самая опасная зона. Она хорошо простреливается. Поэтому их нужно пройти как можно быстрее. В качестве прикрытия используем дымовые шашки. Как только появится завеса, первый заходит и сразу сворачивает направо. Следующий за ним — налево. И так ёлочкой все проникаем по очереди в здание. Там продвигаемся вперёд, используя укрытия, но помня, что у нас есть щиты. Они позволят перемещаться быстрее. Время не теряем, помним, что у анархистов может быть динамит. Нельзя позволить им до него добраться. Стреляем на поражение, без фанаберий. Если кто сдастся, укладываем на пол и фиксируем. То бишь, связываем. У всех есть подготовленные скользящие петли для этой цели?

— Так точно, — нестройно отозвались жандармы.

— Четверо отправляются к чёрному ходу, — продолжил я. — Врываются, как только услышат взрыв. Действуют так же, как группа, заходящая в ворота. Один — направо, другой — налево. И постарайтесь не подстрелить друг друга, господа. Внутри будет дымно.

Я взглянул на Усачёва, давая понять, что инструктаж окончен. Ротмистр вздохнул. Кажется, к новшествам он относился скептически. Но приказ есть приказ. С начальством не спорят. Я не про себя, конечно.

— Вы всё слышали, — проговорил Усачёв. — Андреев, Чайкин, Козлов и Травников — вы к чёрному ходу. Остальные со мной.

— Как автор методы я зайду первым, — проговорил я, беря щит. — Если не возражаете.

Хоть Джунковский и просил