И носило меня, как осенний листок - Алекс Войтенко

восстановлены все нужные мне документы, и вскоре, я уже выступал, как Александр Владимирович Волков. Все это было конечно хорошо, но то, что мне не дали встретиться с отцом, вызывало у меня некое недоумение. Я не стану утверждать, что воспылал чувствами к здешнему родителю, но тем не менее, все же хотелось, хотя бы увидеть его, и понять, что же он из себя представляет. Увы сделать это было невозможно, он всячески отказывал мне в этом, ссылаясь на какую-то болезнь, и встречи так и не состоялось. Мне был предоставлен доступ к семейному счету, я мог невозбранно использовать его для собственных нужд. Мог встречаться с дирекцией принадлежащих нашему роду предприятий, мне дозволялось решать любые вопросы, и вносить изменения. И в общем-то я не чувствовал себя обделенным в этом отношении, но отказ во встрече с родителем, все же несколько напрягал меня.

Ближе к Новогодним праздникам, в городе появилась Ольга Борисовна — сестра отца, и я сразу же задал мучивший меня вопрос. И если меня, родительской волей могли не допустить до встречи, то с ней такой номер не прошел. Правда, хоть она и встретилась с отцом, но ясности это не привнесло. Тетушка объявила мне об уже известных мне причинах отказа, и на этом все завершилось, хотя по ее настроению, было видно, что положение отца, ее очень расстроило. Она же, мотивируя это тем, что из-за возраста уже тяжело переносит плавание через Атлантику, сказала, что продала свой дом в Каннах, доставшийся ей от покойного мужа, и хочет перегнать сюда свою яхту, которая сейчас проходит плановое обслуживание на верфях в Генуе. И на которую у нее уже есть покупатель здесь в Канаде, но тот требует, чтобы судно прежде было доставлено сюда, в Сиэтл.

Не думаю, что это такая уж срочность, скорее меня хотят немного отдалить от нашей усадьбы, чтобы не произошла случайная встреча с моим отцом. Впрочем, подобное дело вполне согласовывалось с моими планами, и до внесения предложения, я просто не представлял, как мне переправить золото из Корсики на Аляску. В какой-то момент, даже собирался приобрести рыболовный сейнер на верфях в Италии, и это было, наверное, самым наилучшим вариантом развития событий, хотя подобное приобретение, выглядело все же несколько дороговато. Хотя бы исходя из того, что сейнеры такого же класса, построенные в США или Канаде, стоили как минимум на треть дешевле, да и перегон тоже вставал в копеечку.

А просто забыть о шести миллионах франков золотом, не позволяла собственная жаба, душившая меня все это время. Поэтому предложение тетушки, пришлось, как нельзя кстати. Для перегона подобного судна, требовалась команда от трех до шести человек. Шесть — эта полная команда яхты, в которую входил стюард и штатный повар, обеспечивающий готовку как для команды, так и для хозяйки судна с возможными гостями. А чисто для перегона, пусть даже и через Атлантику, вполне должно было хватить и двух-трех. С набором команды, тоже не было особых проблем. Сейчас даже в Ново-Архангельске, можно было свободно найти свободных от найма, не только матросов, но и офицеров, готовых взяться за любую работу. В связи с последними событиями в России, в Русско-Американской Республике, появилось довольно много беженцев с основной территории. А республика, была не в состоянии обеспечить всех работой. Тот же Тихоокеанский флот в республике насчитывал всего около дюжины вымпелов, в то время как жаждущих службы опытных морских офицеров имелось, как минимум втрое больше необходимого.

Разумеется, тащить их отсюда, в Европу, а затем возвращаться обратно было бы верхом глупости. Набрать временную команду, для одного единственного перегона, можно было и там. Та же Европа сейчас, была наводнена русскими эмигрантами, ничуть не меньше, чем здесь. И нужды тащить туда моряков не было никакой. Хотя я все же поступился принципами, совершенно случайно встретив в Ново-Архангельске, своего однокашника по кадетскому корпусу. Сейчас Сергей Рыков, выглядел уже не тем лощеным кадетом, из сосоятельной флотской семьи, а по выпуску и мичманом, каким, я знал его раньше. Тем не менее, привитая с ранних лет привычка, поддерживать форму и свой внешний вид в полном порядке, давала о себе знать. И хотя его форма, выглядела слегка потертой, но невзгоды, выпавшие на его долю, не смогли сломить этого человека, и его расправленные плечи, и прямой гордый взгляд, ясно говорили о том, что он был готов «вызвать на дуэль любого, кто осмелился бы сказать ему, что он не в состоянии купить Лувр».

Благодаря моей тетушке, моя память восстановилась считай полностью, и сейчас встретив Сергея, я обрадовался, наверное, даже больше, чем он сам. Даже если иметь ввиду, что Сергей был другом моего предшественника, а не меня, все равно помня наши с ним отношения, я был рад этой встрече, понимая, что вновь обрел старого верного товарища. Тогда, после выпуска из корпуса, мичман Рыков отправился служить на Балтийское море, я же получил назначение на Тихоокеанский флот. Правда моя служба, закончилась, так и не начавшись. Мотивируя тем, что я являюсь единственным наследником семьи, отец, добился моей отставки, и тут же отправил меня в Париж под именем Алекса де Лю, изучать философию в Сорбонне. Недавно выяснилось, что этому послужило желание моей матери, и отец не посмел, противиться ее посмертной воли.

Сергей же, попал на катер береговой службы «Верный», и до октябрьской революции 1917 года, нес службу на нем, правда на этом его служба и чуть было не завершилась из-за произошедшей революции, после событий октября, когда его списали на берег. Позже, Сергей оказался на Черном море, и продолжил службу в качестве вахтенного офицера, на одном из кораблей Черноморского флота, вплоть до десятого января 1920 года, когда состоялась эвакуация из Одессы. К тому времени. его уже списали с корабля, и он находился на берегу, пытаясь выехать из России. Я не стал, спрашивать какими путями ему удалось добраться до Русской Америки, но так или иначе, он оказался здесь, хотя и остался без службы, и практически без денег. Поэтому мое предложение, связанное с перегоном бывшего дрифтера, переоборудованного в паровую яхту из Генуи на Аляску, было воспринято им с энтузиазмом. Тем более, что он, имел дар навигатора. То есть мог без каких либо приборов и карт, указать правильное направление, и рассчитать нужный курс. Недаром же в его семье было как минимум трое адмиралов флота.

Глава 15

15

Но прежде нужно было добраться до Генуи.