Пепел доверия 4 - Руслан Алексеевич Михайлов

— Хватаем и грузим! — предложил Александр и возражать никто не стал.

Диана и Виктор остались во дворе, страхуя нас, а мы вчетвером живо загрузили машины до верху, еще и сверху катушки с проводами закрепили, а потом уже занялись остальными находками, впихивая все буквально в свободное пространство между катушками. Кое-какие инструменты, понятные мне и нет, какие-то белые квадратные плоские коробочки, металлические держатели, сложные тросовые и проволочные штуки, какие-то блоки, снова белые коробочки, но уже поменьше размером; несколько компьютерных достаточно современных плоских мониторов, но без системных блоков; мотки провода, но уже другого и более привычного мне; и еще немало всего того, что мы буквально лишь чудом и матерным словом сумели распределить даже не в машинах, а на них, перегрузив безбожно. Самим едва места хватило, чтобы усесться обратно.

— Не этого я ожидал от офиса интернет провайдера — заметил я вслух, нервно подпаливая сигарету.

Вроде и не возникло проблем, а мандраж ого-го…

— А чего ты ждал? — удивленно спросил Виктор.

— Ну…

— Таинственно мигающих экранов, колбу с подсвеченной зеленой жижей в углу и умирающего на полу техника, успеющего еще прошептать нам что всему виной 6G, которое они тайно тестировали в тульской глуши?

— К-хм… тоже верно… А черт!

Старик…

Старик вышагнул из придорожных зарослей абсолютно внезапно. Вышел прямо передо мной, пропустив первую машину. И я едва удержался от того, чтобы не подать руль в его сторону. Дожили… я теперь удерживаю себя от того, чтобы не начать людей давить… Нога ударила по газам… и тут же вдавила тормоз. Я успел разглядеть его лицо. Обычное усталое лицо пожилого человека. Он что-то говорил, тянул руку. Остановившись, я бросил Виктору:

— Приглядывай! Глупость делаю! — и выскочил.

А если западня?

Если западня — за мне башку прострелят.

— Дед! Ты чего⁈ — рявкнул я неожиданно сердито.

— Сынок… есть что покушать, а? Три дня ничего не ел…

— Ты откуда здесь?

— Здешний я. Бабку неделю назад похоронил… есть что покушать? Хлеба кусок…

— Так… — я постарался оценить состояние старика.

Стоит прямо, выглядит максимально усталым, но смотрит спокойно. Явно уже никого и ничего не боится. На нем клетчатая рубашка и штаны. На ногах сапоги.

— Давай к нам в поселок, дед? Мы тебя там накормим. И вообще решим что делать дальше. Смысл тебе здесь в одиночку сидеть?

Дед встрепенулся, но оглядел наши перегруженные машины и развел руками — куда тут мол сядешь?

Решение я принял быстро и, нагнувшись к окну, велел Виктору:

— Давай за руль! Старик сядет на твое место. Дашь ему кофе чуток и одну печеньку — не больше!

— А ты⁈ Ты куда⁈

— А я на крышу! — буркнул я, хватаясь за стягивающую груз на крыше веревку — Дед! Давай в машину! На переднее пассажирское!

— А ты как?

— Я как-нибудь! Быстрее! Быстрее!

Минута — и мы снова тронулись, вытягиваясь из чертой путаницы здешних улиц… А я лежу ничком на стянуты вместе катушках с проводом и мечтаю, чтобы не рухнуть с машины… а еще чтобы на меня с дерева не прыгнула гребаная тварь…

* * *

Я не свалился. Меня не сожрали. Мы благополучно добрались до поселка и ввезли деда в дом, где мы лечили раненных с конвоя. Там собирались его оставить, а потом довезти горячей еды… там я его и пристрелил, когда он вышел из машины, вдруг замер, склонил голову на бок и… я буквально увидел как из его глаз ушло все человеческое, сменившись ледяной безразличной пустотой, а на губы наползла кривая усмешка.

Так уж вышло, что я оказался рядом быстрее всех — я ведь просто спрыгнул с крыши, а он как раз дверь открыл и вышел. И вот…

— Нет… — попросил я сам не зная у кого — Пожалуйста…

Дед дернул головой, начал выпрямляться, лицо ожило, глаза навелись на меня.

— Нет — попросил я еще раз.

— Тихон! Господи! — кричал Эдди из вставшей позади машины, откуда он увидел лицо деда — Отойди! Отойди!

Я отходить не стал. Просто сделал шаг чуть в сторону, поняв, что могу всадить пулю в машину, где оставался замешкавшийся Виктор, поднял пистолет и два раза нажал спуск ТТ, целясь ему в подбородок почти в упор. Пистолет все равно подбросило, никак не научусь, так что пули ушли в центр лица. Мимо лица мелькнуло нечто смазанное — потом уже я понял, что это старик успел взмахнуть рукой, но промахнулся. Видимо у простреленного мозга сбился прицел. Секунда… и скрюченное тело бешено забилось у машины, колотясь головой о колесо. С грустью посмотрев на не спасенного нами старика, я отошел от затихающего в пыли и попросил у выскочившего Эдди:

— Напиши плиз в поселковый чат, что это мы шумели. И почему. Чтобы людей не будоражить.

— А! Точно! Сейчас!

Выскочивший из машины Виктор замер с оружием в руках, глядя на затихающее тело. Медленно опустив пистолет, глянул на меня и спросил едва слышно:

— Вот как так, а? Ведь только что все было нормально… мы с ним даже посмеяться чуток над тобой успели — как ты там мол на крыше едешь и не потеряли ли тебя… он начал про внука рассказывать, гордился им очень…

— Прекрати, Вить — попросил я и начал обходить машина — Давайте все обратно в машины, парни. Едем к Прохору и разгружаемся.

— А… а он? — Эдди кивнул на окончательно затихшее мертвое тело.

— Как разгрузимся — вернусь и увезу куда-нибудь — ответил я, усаживаясь на еще теплое после Виктора водительское сиденье — И похороню. Да прямо рядом с теми, кто в братской могиле лежит у рабочего двора и закопаю.

— Я помогу — вызвался Игнат.

— Спасибо.

— Ты как вообще, Прохор?

— Да как-как… да никак блин… — пожал я плечами и завел двигатель — Самое сука страшное, что я почему-то начинаю ко всему этому кошмару привыкать… Но старика жалко.

— Может есть зерно истины в той теории зомбо-аутофагии, а? — вдруг спросил уже через рацию Эдди.

— Чего-чего? — не понял я — Какой аутофагии? Хотя и это слово мне что-то не особо знакомо…

— Да это даже не теория, а как бы методика как