Фантастика 2026-91 - Люцида Аквила

– Ах! – Эриас попытался полоснуть по скользкому отростку вторым мечом, но его рука не послушалась, а тело начало неметь.

– Нет!

Лион не выдержал и ринулся в его сторону, обнажая висевший на поясе меч. Их взгляды с чанху пересеклись, но он не успел даже приблизиться, как черно-золотая молния ударила ему прямо в голову.

Эриас в отчаянии захрипел, когда Лион рухнул на колени и сплюнул на землю кровь, от запаха которой чанху нахохлилась и зашипела на него. И хотя она сама ненадолго отвлеклась, язык ее продолжал сдавливать шею Эриаса с таким усердием, что если бы не духовная сила заклинателя, то кости давно были бы сломаны. Брыкаясь, Эриас попытался дотянуться до своей шеи, но сил хватило лишь на то, чтобы наполовину поднять ощущавшиеся свинцовыми руки.

Когда Лион начал подниматься на ноги, чанху зарычала. Она не могла напасть на него, потому что вкладывала все силы в удушение Эриаса и одеревенела так же, как и ее жертва. И хотя со стороны казалось, что она легко удерживала заклинателя, на деле каждый из них вкладывал немало усилий, чтобы не сдаться первым.

Эриас захрипел, словно пытаясь выкрикнуть: «Остановись!», когда увидел, что кожа на руках Лиона начала покрываться алой чешуей, а божественный свет окутал все его тело. Невесть откуда взявшийся ветер закружил опавшую листву, а свет звезд и луны внезапно померк из-за сгустившихся туч. Природа будто предупреждала его остановиться, но Бог Обмана не слушал. Он рванул к чанху, но успел лишь полоснуть острыми черными когтями по ее боку, прежде чем молния вновь пронзила его. Лион рухнул без сознания, и Эриас захрипел так, что связки едва не разорвались от боли.

Чанху загоготала, глядя на божественный полутруп. Осознав, что опасность миновала, она вложила в смертельный захват еще больше сил. В глазах Эриаса потемнело, а душа его начала покидать тело. Он не планировал сегодня умирать, но борьба была ему не по силам, а смерть уже стояла за спиной, обжигая затылок своим морозным дыханием. Жизнь еще не успела пролететь перед глазами – Эриас боролся до последнего, стараясь оставаться в сознании.

Перед тем как потерять связь с реальностью, он увидел, как мелькнула серебристая вспышка, рассекшая тьму леса. Следом за ней раздался отчаянный крик, и язык, сковывающий шею, наконец ослаб.

Не осознавая происходящего, Эриас упал лицом в землю и зашелся в диком кашле, глотая ртом воздух, словно утопающий. Перед глазами все плыло, но теперь их было легче держать открытыми. Он перевернулся на бок и увидел, как перед ним прокатилась голова чанху. Ее человекоподобное лицо выглядело жутко – оно так и замерло в посмертной маске, перекошенной от ужаса. Но, поглядев в остекленевшие глаза чудовища, Эриас ничего не почувствовал. Все его мысли занимал Бог Обмана, лежащий сейчас без сознания где-то рядом, а он пока не мог к нему подобраться.

Внезапно чужая ладонь коснулась спины, и Эриас ощутил прилив духовных сил, которые позволили его телу быстрее побороть яд. Он жадно впитывал незнакомую магию, даже не задумываясь о том, что за личность даровала ее. Но он знал одно: это была могущественная древняя сила, сравнимая с магией Хаски.

Наконец, обретя возможность снова двигаться, Эриас полностью проигнорировал спасителя и пополз к своему богу. Алая чешуя исчезла, и Лион вернулся к прежнему облику. Его одежды были покрыты пылью, но не сожжены. Он вжимался лицом в землю, и Эриас поспешил перевернуть его, чтобы не дать задохнуться. Не услышав дыхание бога, он в панике надавил ему на грудь несколько раз, а потом передал воздух в его легкие через рот. Лион не реагировал, отчего сердце Эриаса заколотилось еще громче и быстрее. Божественные губы были холодными как лед, а выражение лица – безжизненным.

Эриас продолжал делать массаж сердца, хотя не особо понимал зачем, ведь у такого, как Хаски, оно вряд ли было. Люциан рассказывал, что после перерождения в божество внутри все начинало работать иначе, а сердце было не более чем магической иллюзией.

Вновь передав свое дыхание Лиону, Эриас в отчаянии стиснул зубы, но не переставал давить на широкую грудь. Он попытался влить в бога свою духовную силу, но та, казалось, утекла в никуда – испарилась словно мелкая капля, упавшая на дно каменного запылившегося карьера. Что неудивительно, ведь резервы Хаски были непомерно велики для заклинателя третьей ступени.

– Почему ты не приходишь в себя? Очнись! – скорее прорычал, чем по-человечески сказал Эриас. Глаза защипало, и он зажмурился, вновь прижимаясь теплыми губами к холодным в очередной попытке спасти.

– Что вы делаете? – спокойно раздался вопрос, озвученный мягким и приятным голосом.

Эриас дернулся и резко обернулся, вспомнив, что, помимо них двоих, здесь был кто-то еще.

Лунный свет озарял облаченного в бело-голубое мужчину с волосами цвета снега. С кончика его меча, который он держал в руке, соскользнула последняя капля черной крови, после чего он спрятал оружие в ножны на поясе и подошел ближе.

– Так вы божество не воскресите. – Бессмертный Шу сел с другого бока Лиона и скользнул взглядом по его телу. Положив ладонь ему на грудь, он задумчиво пробормотал: – Неужели божественной кары удостоился?

– Вряд ли ваших… – тихо начал Эриас, но зашипевший на него собеседник не дал закончить.

– Не волнуйтесь, я способен поставить на ноги кого угодно. К тому же… – бессмертный Шу улыбнулся, подняв взгляд на Эриаса, – нам всего-то и нужно разрушить печать, сковывающую его и его силы.

Под ладонью бессмертного Шу замерцал мягкий голубой свет, и через несколько мгновений послышался звук разбитого стекла.

Лион широко открыл рот и жадно втянул в легкие воздух.

Эриас ахнул, чувствуя, что его сердце словно выпрыгивает из груди. Не успел Лион прийти в себя, как он притянул его к себе и стиснул в объятиях так крепко, что тот снова чуть не задохнулся.

– Ты жив… жив, – зашептал Эриас с болью в голосе. – Я так испугался… совсем не понимал, как тебя спасти. – Он отстранился и резко встряхнул Лиона. – Еще раз посмеешь спасти мне жизнь – я сам тебя убью! – почти выкрикнул он.

Лион распахнул глаза и вздрогнул, потрясенно уставившись на него.

– Богу Обмана и впрямь стоит действовать осторожно, если бы меня здесь не было, владыка Луны сошел бы с ума, пытаясь вас воскресить. – Голос бессмертного Шу звучал строго и с ноткой осуждения, словно он ругал ученика.

Лион фыркнул и затряс головой, а