Фантастика 2026-141 - Сергей Витальевич Карелин

Поговорю. И если он действительно так хорош… — Его голос стал куда более задумчивым. — Сделаю ему предложение, от которого в его положении никто не откажется.

Куваева подняла взгляд. В глазах промелькнула искра. Не только благодарности, но и чего-то другого.

— Дядь Аркадий, не мне давать вам советы, но… вам лучше сразу заходить с козырей. Как он очнётся, получит третью нашивку, а значит свободу, — и сказала тише. — Упускать такого человека под чьё-то крыло… большое упущение.

Разин прищурил правый глаз:

— Он прямо НАСТОЛЬКО хорош?

— Даже лучше, чем вы представляете, — ответила Галина без сомнений.

Генерал задумчиво поднялся, подошёл к печи, открыл дверцу и лично подкинул несколько поленьев. Пламя вспыхнуло, осветив его крупное выбритое лицо.

— Намекаешь на то, чтобы я отбил его у Воронцова? — и захлопнул печку.

— Архимагистр допустил глупость, отправив его сюда, — сказала она уверенно. — Пусть искусает локти, осознав свою ошибку. Вы не пожалеете, сделав ставку на этого парня.

Разин хмыкнул, возвращаясь к столу.

— Что ж, милая, я доверюсь твоему чутью и отдам нужные распоряжения. — и хищно ухмыльнулся. — Надеюсь, у парня не поедет крыша от свалившихся перспектив и власти.

Куваева позволила себе улыбку.

— Что-то мне подсказывает, он отнесётся к этому куда спокойнее, чем вы думаете…

* * *

Племя Белых Волков

В шатре вождя было достаточно многолюдно. Собрались не только самые влиятельные представители племени, но и неожиданные гости с племени Острого Клыка.

Хальвдан Железный Взор восседал на резном троне из цельного ствола дуба. Крупная, крепкая фигура закутана в белую волчью шубу. Во взгляде задумчивость. Мощные пальцы гладят густую седую бороду.

Напротив него сидел Свартбьёрн Седой. Воин, которого многие считали легендой, ожившим духом из сказаний. Его сухощавое тело обманывало взгляд каждого, скрывая невероятную мощь, а выцветшие голубые глаза смотрели на мир всё ещё слишком чётко.

Рунэр — советник племени Острого Клыка, был бледнее обычного из-за потери крови, но держался с достоинством, как и подобает человеку его положения. Ему уже оказали помощь лекари, теперь оставалось дать времени и регенерации доделать работу.

Ингрид сидела рядом с Фреей, Бьёрном и Улавом. Все четверо выглядели измотанными после долгого пути, но сейчас сидели сосредоточенные. Всё-таки не каждый день их приглашают на собрание, ещё и с советником другого племени. Большая честь однако.

Остальные места занимали старейшины и советники племени. И все мрачны, как тучи сегодня в небе. Новости об уничтожении племени Колючей Шерсти потрясли всех.

Хальвдан медленно поднял руку, и обсуждения в шатре мгновенно затихли.

— Я выслушал ваш рассказ, — произнес он глубоким голосом. — Коварство британцев не останется безнаказанным. В этом мы поддержим вас, Рунэр.

Советник кивнул и, поморщившись от боли, поднялся на ноги. Ауедиенция окончена. Всё что он хотел сказать — сказал.

Хальвдан же напоследок не мог не вспомнить старую поговорку:

— Что по поводу предложения имперцев о временном союзе… — и обвел своим фирменным тяжёлым взглядом присутствующих, — теперь оно кажется разумным. Враг моего врага — мой друг.

— Хотя бы временный, — с улыбкой поддакнул старик Свартбьёрн, тоже поднимаясь. — Хальвдан, мы с Рунэром должны немедленно отправиться к другим племенам. Сам понимаешь, время не ждёт. Нужно согласовать решение о союзе и начать сбор воинов для отмщения за Колючую Шерсть.

Вождь кивнул.

— Сколько времени вам потребуется?

— На снегоходке управимся за четыре дня, — ответил Рунэр. — Если бури не задержат.

Тот задумчиво погладил бороду.

— Хорошо. Но британцы могут нанести новый удар за это время. Не только на племена, но и вас лично, — Он поднялся с трона, возвышаясь над всеми присутствующими, как огромный волк среди прочих. — Седой, не сочти за наглость, но возьми отряд моих воинов для охраны. И пусть духи предков направляют ваш путь.

Старый магистр улыбнулся. Понимал, что Хальвдан ни в коей мере не собирался принизить его воинскую доблесть:

— Ты всё тот же, вождь. Да будет так. И да помогут нам духи, — он кивнул, направившись на выход.

Советник тоже кивнул и ушёл следом.

Полог шатра опустился за ними, и Хальвдан снова сел на трон, обведя взором оставшихся после чего произнёс:

— Можете продолжать обсуждение.

Один из старейшин, Торвальд Глубокий Шрам, чуток приосанился и взглянул на отряд четырёх мастеров.

— Говорите, юный имперец выстоял в бою со Свартбьёрном? — спросил он с недоверием. — И выжил? Ещё и помог сразить магистра британцев?

Фрея кивнула.

— Верно. Собственными глазами видела. Он сражался, как одержимый духами. — Она замолчала, подбирая слова. — У него была необычная техника. Часть его тела покрылась чернотой, точь сама тьма проникла в него.

По шатру пробежал встревоженный шёпот. Тьма? Для северян она была не просто отсутствием света. В ней обитали духи, чьи имена не произносили вслух.

— Что за великий воин родился в рядах имперцев… — пробормотал другой советник, Гуннар Сломанный Клык. — Возможно, он наследник одного из великих родов Империи?

Ингрид фыркнула, скрестив худосочные руки на пышной груди.

— Нет конечно. Он штрафник, — отрезала она. — Так сказал наш информатор. И я даже не уверена, дворянин он или нет.

Эти слова вызвали ещё большее недоумение.

— Штрафник⁈

— Простолюдин⁈

— И владеет силой, способной противостоять самому Свартбьёрну Седому⁈

— Неофит говорите⁈

Хальвдан поднял руку, прервав нарастающий гул.

— Важно не это, — произнёс он веско. — Не только его сила привлекает внимание. — Вождь наклонился вперёд, опираясь на подлокотники трона. — Вспомните лицо старика Свартбьёрна. С каким вдохновением он рассказывал об этом мальчишке. Восемнадцать зим прошло с тех пор, когда этот воин мог восхищаться кем-то из имперцев.

После чего медленно обвел всех замолчавших тяжёлым взглядом.

— И этот мальчишка, вопреки всему, стал плечом к плечу со своим врагом. Что-то подсказывает мне, мы ещё услышим о нём.

Ингрид демонстративно фыркнула, откинув за плечо платиновую косу.

Хальвдан прищурил взгляд, сфокусировав тот на дочери, и произнёс с лёгким уколом:

— Ингрид, он, можно сказать, и тебя спас. Не замани он в ловушку магистра британии, вам пришёл бы конец. Так ещё и с семью подмастерьями справился, взяв одного из них в плен.

Щёки воительницы вспыхнули румянцем. То ли от гнева, то ли от