Раб с Земли - Андрей

Мраморные колонны, покрытые тончайшей резьбой, уходили ввысь, теряясь в полумраке. Стены были украшены фресками, изображающими победы Высших Рас над дикими племенами — люди на них были изображены как жалкие, скрюченные фигурки, разбегающиеся в ужасе перед величием эльфийских воинов. В углах росли настоящие деревья, их ветви переплетались с магическими светильниками, излучавшими мягкий, тёплый свет. Воздух был напоён ароматами редких цветов, собранных со всего континента.

Вэл'Шан не обращал на это внимания. Он стоял, выпрямившись, и ждал. Ждать пришлось недолго — секретарь, сухопарый эльф с бесстрастным лицом, появился через минуту.

— Наместник примет вас, — сказал он и открыл тяжёлые двери, украшенные сценами охоты на людей.

Вэл'Шан вошёл в зал. Это было огромное помещение с высокими сводами, украшенное светящимися кристаллами и живыми растениями, которые росли прямо из стен. В центре, на возвышении, стояло кресло, напоминающее трон — из чёрного дерева, инкрустированного золотом и эфирными камнями. В кресле сидел Наместник.

Аэрилон из Дома Аэрилион выглядел как типичный эльф — высокий, стройный, с длинными серебристыми волосами и глазами цвета расплавленного золота. Но было в нём что-то, что заставляло даже самых надменных магов опускать взгляд. Власть. Чистая, абсолютная власть, накопленная за две тысячи лет. От одного его присутствия воздух становился плотнее, и каждое слово, произнесённое им, казалось высеченным в камне.

— Вэл'Шан, — произнёс Наместник, и его голос прозвучал как перезвон колокольчиков, но с такой ледяной ноткой, что у любого смертного поджилки бы затряслись. — Ты просил аудиенции. Говори.

Вэл'Шан низко поклонился, коснувшись рукой пола.

— Ваша светлость, я пришёл доложить о чрезвычайном происшествии, которое может угрожать безопасности Высших Рас.

— Угрожать безопасности? — бровь Наместника чуть приподнялась. — Звучит интригующе. Продолжай.

— В Стальном Шпиле объявился человек, обладающий способностями, которых у людей быть не должно. Он чинит механизмы так, как не могут чинить лучшие мастера. Он понимает устройство артефактов Древних. И он сбежал, унося с собой эти знания.

— Человек, — повторил Аэрилон с лёгким презрением. — Ты беспокоишься из-за человека? Из-за грязного, никчёмного раба, который даже магии не имеет?

— Этот человек, ваша светлость, не просто человек. Я исследовал его — у него нет магии, но его разум работает иначе. Он видит структуру вещей, недоступную даже магам. Если такие знания распространятся среди людей, это может нарушить хрупкое равновесие, на котором держится наша власть.

— Равновесие? — Аэрилон усмехнулся. — Ты слишком много значения придаёшь этим насекомым. Люди — это грязь под нашими ногами. Они рождаются, чтобы работать на полях, добывать руду и умирать молодыми, удобряя собой землю. Таков порядок, установленный тысячелетия назад. И ни один человек, каким бы умным он ни был, не сможет этот порядок изменить.

— Позвольте не согласиться, ваша светлость, — осмелился возразить Вэл'Шан, хотя внутри у него всё дрожало. Перечить Наместнику было смертельно опасно. — Этот человек уже продемонстрировал способность чинить артефакты Древних. Если он получит доступ к более мощным технологиям, если он научит других людей…

— Других людей? — перебил Наместник, и в его голосе впервые прозвучала заинтересованность, смешанная с презрением. — Ты думаешь, люди способны учиться друг у друга? Они даже читать не умеют, большинство из них. Они — как стадо баранов, которое идёт туда, куда погонит пастух. Без пастуха они разбегутся и передохнут.

— Этот умеет, — упрямо возразил Вэл'Шан. — И он умеет учить. Я видел, как дворфы тянутся к нему. Если он объединит людей и недовольных представителей других рас, это может стать проблемой. Пусть небольшой, но проблемой.

— Проблемой? — Аэрилон поднялся с кресла и медленно подошёл к Вэл'Шану. Его глаза горели золотом. — Ты забываешься, Вэл'Шан. Мы правили этим миром, когда предки этих людей ещё по деревьям лазали. Мы сокрушали империи, которые были в сотни раз сильнее, чем кучка беглых рабов. И ты смеешь говорить мне о проблеме?

— Я говорю не о проблеме сегодня, ваша светлость, — Вэл'Шан опустил глаза, но голос его звучал твёрдо. — Я говорю о проблеме завтра. Если мы не уничтожим этого человека сейчас, через год он соберёт армию. Через два — осадит наши города. А через три — нам придётся с ним считаться.

Наместник молчал долго. Он отошёл к окну, за которым открывался вид на город. Стальной Шпиль лежал перед ним, как на ладони — величественный, прекрасный, вечный.

— Ты боишься, Вэл'Шан, — сказал он тихо. — Я вижу страх в твоих глазах. Ты боишься этого человека.

— Я боюсь не за себя, ваша светлость, — ответил Вэл'Шан, поднимая глаза. — Я боюсь за наш порядок, за наши законы, за то, что мы строили тысячелетиями. Если одна искра упадёт в сухую траву, может вспыхнуть пожар. А тушить пожары всегда труднее, чем не допускать их.

— Пожар, — усмехнулся Аэрилон. — Ты думаешь, люди способны на пожар? Они даже не знают, что такое огонь.

— Они узнают, если он их научит.

Наместник повернулся и посмотрел на Вэл'Шана долгим взглядом. В этих золотых глазах читалась мудрость веков, но также и усталость, и что-то похожее на уважение к упорству подчинённого.

— Хорошо, — произнёс он наконец. — Что ты предлагаешь?

— Объявить этого человека опасным аномалистом, — Вэл'Шан говорил быстро, чётко, стараясь не упустить ни одной детали. — Внести его в чёрный список Синода. Назначить награду за его поимку — любую, какую запросят охотники. И главное — не дать ему уйти в Вольный Город. Если он доберётся до Механоса, мы его потеряем. Там свои законы, свои порядки, и наши руки коротки.

— Механос, — усмехнулся Аэрилон. — Гнездо изгоев и предателей. Ты прав, нельзя допустить, чтобы он ушёл туда. Лучше уничтожить его здесь, в горах, пока он не стал символом.

Он вернулся в кресло и жестом подозвал секретаря, который всё это время стоял в углу, совершенно неподвижный, словно статуя.

— Подготовь указ, — приказал Наместник. — Объявить человека по имени Лекс, беглого раба из мастерской Кор-Дума, опасным аномалистом, врагом Высших Рас. Назначить награду за его голову — тысячу золотых монет. И направить отряд Магистериума для прочёсывания территории вокруг Стального Шпиля. Если он жив, мы его найдём.

— Слушаюсь, ваша светлость, — поклонился секретарь.

— И ещё, — добавил Аэрилон, глядя на Вэл'Шана. — Ты возглавишь этот отряд. Ты нашёл проблему — тебе её и решать. Но запомни: если этот человек доберётся до Механоса и поднимет там восстание, ответишь головой. Ты меня понял?

— Я понимаю, ваша светлость, — Вэл'Шан низко поклонился, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо. — Я не подведу.

— Ступай.

Вэл'Шан вышел из зала с чувством, похожим на облегчение. Ноги слегка дрожали, но он не позволял себе расслабиться. Наместник дал добро. Теперь охота на Лекса становится делом государственной важности. Против