Громов. Хозяин теней. 8 - Екатерина Насута

разного рода. Но станки на заводах! На фабриках! Каждое новое поколение сложнее предыдущего. И в Британии появились уже такие, которые сами выполняют многие операции! Но для управления ими и контроля необходим дарник! Причём один способен приглядывать за тремя-четырьмя машинами! И они открывают школы! Массово! Под патронажем Святого Престола! Людей просеивают, старательно выискивая тех, у кого есть хотя бы крупица дара. А у нас? — Чем дальше, тем сильнее распалялся Эразм Иннокентьевич. — Мы до сих пор пребываем в опасной уверенности, что дар — удел отдельных избранных. И что те, кому не повезло родиться в семье бедной, априори обладают даром настолько ничтожным, что вовсе не стоит тратить на него времени. Но разве избранные пойдут на фабрики?

Он выдохнул.

А похоже, что тут что-то личное, весьма и весьма.

— Ну, многие думают, что и образование далеко не всем нужно, — ответил я.

— Именно! Тогда как подобный подход вреден! Более того, опасен для державы! Мы сами себя лишаем дарников! И не только дарников, но просто способных людей, которые будут двигать прогресс!

Я видел, как там, наверху, продолжается суета.

Вот с рыком останавливается массивный автомобиль, из которого выпрыгивают парни в форме.

Орловых?

Демидовых?

Они растекаются цепочкой, оттесняя тех немногочисленных зевак, которые ещё остались. Вот второй грузовик. И да, перепутать легко. Форма у гвардейцев больно похожая, разве что гербы отличаются.

— Спасатели приехали, — сказал я, чтоб лежать было легче. — Сейчас раскапывать возьмутся.

А вот старший-Орлов не прибыл, вместо него появился мужчина весьма характерного обличья. И рыжины отменной, выдержанной. Родич Орлова? Судя по всему. Вон, Никита ему что-то втолковывает, тихо, но быстро.

— Нельзя соваться так, — Метелькин голос я уже слышу. А самого Метельку Орлов подхватил.

А вот и Демидовых прибыли. Сразу двое. Да уж, лестно…

— Чем ниже возраст, тем выше процент одарённых в общей массе. Если брать три-четыре года, то реакция есть на каждого пятого-шестого, причём довольно выраженная. Искра легко откликается на стимуляцию, а когда я немного доработал анализатор, то и вовсе…

Тимоху я увидел издали.

Ладно, не я. Призрак. И Тьма.

Братец шёл широким шагом, явно с трудом сдерживаясь, чтобы не перейти на бег. И Буча, выскользнув, коснулась Тьмы. А потом обе скользнули в развалины.

И я вздрогнул.

А Буча конкретно так подросла. Да, ещё не прежних размеров, но вот, когда из пола вынырнула вытянутая драконья морда, это впечатлило.

— Привет, Тимоха. Мы тут лежим. Все живы. Целы. Не придавило. Помощь прямо сейчас никому не нужна. У Димки щит.

Говорил я тихо, не сомневаясь, что Тимоха распрекрасно слышит каждое слово. Если я могу, то и он тоже.

— Но разгребайте крайне осторожно. Тут какая-то падла ловушку устроила. Две сферы. В одну свет, в другую тьму. И прорыв начал образовываться. А как… — я повернулся к Эразму Иннокентьевичу, который смотрел на меня с некоторым недоумением, и продолжил. — Как коснулись, так и замкнуло всё. И бахнуло. Не уверен, что других подарков тут нет.

— Понял, — услышал я через Тьму.

Ага, а вон и Герман Шувалов прибыл. И прямо бегом, позабыв о солидности. И рукой взмахивает. А Одоецкая с ним. В госпитале выцепили? Или прямо со свидания, которое не свидание?

— Демидовы сейчас укрепят стены и перегородки, и тогда начнём разбор, — сказал Тимоха и остальным, и нам. — Постарайтесь никуда не вляпаться.

А то можно подумать, мы нарочно.

— Эразм Иннокентьевич, то есть вы сперва дар искали, просто искали, так? — я отвлёк наставника от мыслей о печальной судьбе его изобретения.

— Да.

— А потом решили пойти дальше? И создали ту штуку… которая в мозги лезла?

— Это грубо. Никто физически в работу мозга не вмешивался.

Это в смысле дырок не сверлил и ложкой в мозгах не ковырялся? Пусть так, но ведь в мозги можно вмешаться и совсем иным образом. В обход, так сказать.

— Но в целом она должна была усилить дар?

— Не усилить. Способствовать развитию, как, допустим, чтение способствует развитию разума, а физические упражнения — тела. Порой, когда человек не способен сам выполнить что-то, ему помогают извне. И здесь точно так же. Воздействие очень мягкое, но эффективное.

Хорошо это?

Плохо?

Что-то вспомнился давешний спор Ворона. Много одарённых — это… это много одарённых. Что-то не тянет меня думать над проблемами столь глобальными. Скорее уж интересны локальные.

— И опробовали?

Молчание.

— Эразм Иннокентьевич, вот… не буду я на вас доносить. Слово даю!

Вздох.

И признание.

— Боюсь, что от проблем это не избавит. Но да, я опробовал. Сперва на себе. И долго. Больше года, чтобы исключить возможное проявление отдалённых негативных реакций. И настройки исправить. А потом находил добровольцев. Объяснял, что делаю и зачем. И поверьте, никогда и никого не заставлял силой, не обманывал.

Верю.

— Я платил. Пятьдесят копеек за сеанс.

Немалая сумма для тех, кто работает на фабрике. А что до остального, то… и в моём мире есть люди, которые участвуют в медицинских испытаниях за деньги. Не мне судить.

— И как?

— К сожалению, чем старше человек, тем сложнее раскачать застывший дар. Иногда искру получается раздуть, но… это и вправду не имеет смысла. В любом случае машина лишь подталкивает, облегчает развитие дара. Но оно в любом случае требует постоянных упражнений, дисциплины. И чего ради? Дарником полноценным человек всё одно не станет. Да и… те, с кем мне приходилось иметь дело, не имели склонности к регулярной, абстрактной в их понимании работе.

Ну да, я вспомнил рабочих на фабрике. Медитации? Самоанализ? Им бы после смены выдохнуть, пожрать и выпить, если повезет. Забыться хоть ненадолго.

А не это вот всё, высокое.

— А вот дети — это совсем иной вопрос. Даже если речь идёт о детях десяти-двенадцати лет, то эффективность воздействия возрастает в разы. С теми же, кто моложе… в общем, там не такой объём информации. Не подумайте, я отмечал перспективных и… — он осёкся.

— Передавали информацию? — помог с формулировкой Шувалов.

— Да. Передавал. Порой знакомил с нужными людьми. Помогал заключиить договор. И я не стыжусь. У них появлялся шанс на лучшую жизнь. Нормальное образование. Развитие способностей. Это…

— Это правильно, — я поспешил успокоить человека, потому как разнервничался Эразм Иннокентьевич не на шутку.

Вот и вправду, чего он переживает? Хорошее ж дело. Это у