Эйлирия. Мужья Оли - Тина Солнечная

— Конечно, это не проблема, ваше величество, — ответила я с лёгкой улыбкой, поворачиваясь к Аарону. — Дракон, разберись с новеньким.

Аарон лишь кивнул, его лицо оставалось непроницаемым.

— Да, госпожа, — сказал он с подчеркнутой покорностью, развернулся и покинул зал.

Я мысленно молилась, чтобы ему удалось убедить своего друга вести себя прилично. Зная упрямство хвостатых, я понимала, что это будет задачей не из лёгких.

Королева, наблюдая за этой сценой, подняла бровь, слегка удивлённая моим решением.

— Думала, ты отправишь василиска, — задумчиво проговорила она, но затем усмехнулась. — Но раз твой дракон уже настолько хорошо выдрессирован, то у меня больше никаких сомнений в твоих способностях.

— Благодарю, ваше величество, — ответила я, скрывая за ровным голосом лёгкое облегчение от того, что она осталась довольна.

Королева немного наклонилась ко мне, понизив голос, словно раскрывая тайну.

— Ты всегда была лучшей, Оливия. Взяться за воспитание дракона, который не связан никакими клятвами… Это смело. Но в этом и есть твоё великолепие.

— Вы правы, — согласилась я, стараясь, чтобы мой голос звучал как можно твёрже. Внутри же я чувствовала, как напряжение медленно, но уверенно закручивается в узел, готовый взорваться в любую минуту.

Глава 17

Дверь в зал распахнулась, и первым вошёл Аарон, его движения были как всегда плавными и уверенными. Но на этот раз он вернулся не один. Следом за ним вошёл высокий мужчина с серебристыми волосами, закованными в цепи. Его ярко-жёлтые глаза скользнули по залу с вызовом, но задержались на королеве дольше, чем на остальных. В этом взгляде смешались ненависть и презрение. Он шёл с гордо поднятой головой, хотя каждый его шаг сопровождался звоном цепей.

— Великолепно! — Королева захлопала в ладоши, её лицо расплылось в довольной улыбке. — Какой красавец! Оливия, я уверена, что этот экземпляр будет достойным испытанием для твоего мастерства. У тебя два месяца, чтобы воспитать этого дракона и эльфёнка. Думаю, ты справишься.

— Конечно, ваше величество, — ответила я, скрывая за улыбкой прилив раздражения. — Сделаю всё в лучшем виде.

Новый дракон повернул голову в мою сторону, и его жёлтые глаза вспыхнули гневом. Было ясно, что я не вызывала у него ни малейшей симпатии. Но он молчал, словно взвешивая свои следующие слова.

— Аарон, усади его перед креслами, — приказала я, не меняя выражения лица. — Когда мы вернёмся домой после аукциона, я займусь его воспитанием.

Королева засмеялась, легко и весело, как будто мы обсуждали новую игрушку.

— О, дорогая, надеюсь, что хотя бы один из лотов окажется для тебя интереснее, чем этот упрямец. Хотя я, конечно, рада видеть такой энтузиазм.

Аарон кивнул, чуть подтолкнув нового дракона, чтобы тот сел на пол перед нашими креслами. Тот подчинился, но неохотно, и, несмотря на свои цепи, излучал опасность. Аарон же не сводил с него глаз, готовый пресечь любое неповиновение.

Моё внимание привлёк ведущий, который снова вышел на сцену. Его голос разлетелся по залу:

— Дамы и господа, нас ждут последние пять лотов сегодняшнего вечера. И будьте уверены, эти экземпляры заставят вас разориться!

Королева наклонилась ко мне, её глаза блестели в предвкушении. Я держала лицо, хотя в груди уже начало нарастать неприятное чувство. Эти пять лотов явно были особенными.

— Жду твою реакцию, дорогая!

Пауза завершилась, и ведущий с привычной энергией объявил первый лот. На сцену вывели мужчину, которого я бы, наверное, назвала красивым, если бы он хоть немного заинтересовал меня. Гаремник — это было очевидно. Мускулистый, с правильными чертами лица, он стоял с подчёркнутой грацией, словно позируя для своего будущего хозяина. Но я видела в нём только пустую оболочку.

Ставки посыпались быстро, и я, опустив взгляд, позволила себе расслабиться. Не моё. Неинтересно. Мужчину купили практически мгновенно, и ведущий с энтузиазмом объявил второй лот.

На сцену вышла девушка. Её глаза горели, а осанка выражала вызов, словно она сама готова была бороться за собственную продажу. Это заинтриговало. За неё боролись долго и ожесточённо. Господа выкрикивали ставки, не дожидаясь дощечек, а в их голосах звучала такая же отчаянность, как и в её взгляде. Победитель торжества получил свою добычу, но я не могла отвести глаз, пока она не исчезла за кулисами.

Третий лот оказался эльфийкой. Она была невысокой, изящной, с золотыми волосами, струящимися по плечам. Её взгляд был внимательным, но потухшим, как у многих здесь. На миг я подумала, не выкупить ли её. Но, вспомнив Каэля, тут же отбросила эту мысль. С меня хватало двух эльфов, которые доставляли мне массу проблем. Третья была ни к чему.

Ведущий взошёл на сцену и объявил четвёртый лот. Стоило ему произнести «василиск», как по залу прокатился лёгкий ропот. Все головы повернулись к выходу на сцену, и я, хотя и знала, что меня ждёт, всё равно напряглась.

Василиск появился из тени — высокий, с мощной мускулатурой, затянутый в сеть цепей и магических ограничителей, которые будто впивались в его кожу. На лице — глухое равнодушие, но глаза… Глаза горели яростью.

Его ноги еле переставляли шаги под тяжестью цепей и магических ограничителей, но он всё равно выглядел угрожающе. Он словно выжидал момента, чтобы разорвать оковы.

Я почувствовала напряжение рядом. Боковым зрением уловила, как Вассо напрягся. Он, как и я, замер. Его губы искривились в насмешливой улыбке, но в глазах мелькнуло беспокойство.

Ставки посыпались, как из рога изобилия. Один за другим господа поднимали дощечки, перебивая друг друга, не давая даже передышки. Василиск на сцене только скользнул взглядом по залу, явно не находя ничего, что бы его заинтересовало.

Я не двигалась. Ждала. Но когда началась пауза и, казалось, интерес у большинства угас, я подняла дощечку.

Зал на мгновение притих, а затем вновь зашумел. Кто-то из богатых господ тут же перебил мою ставку. Я подняла её снова, затем ещё раз. Каждая моя ставка привлекала всё больше внимания, но не того, кого следовало опасаться. В игре остался только один человек — мужчина в дорогом сюртуке с жадным блеском в глазах.

— Кто больше? — крикнул ведущий, пока мои взгляды встретились с глазами соперника.

Мы встретились взглядами, и я позволила себе улыбнуться. Оливия, та, которой я теперь стала, знала, как разыграть эту карту. Мой взгляд стал холодным, почти ледяным. Мужчина побледнел, и его рука дрогнула, прежде чем он успел поднять свою дощечку.

— Продано! — объявил ведущий, и в зале раздался лёгкий гул.

Королева повернулась ко мне с довольной улыбкой.

— Вот это я понимаю, азарт. Знала, что захочешь его себе.

— Естественно, ваше