Эйлирия. Мужья Оли - Тина Солнечная

— Но времени на реализацию у нас очень мало, поэтому нам потребуется ваша помощь, — вмешался Вассо, небрежно поигрывая пальцами на моём колене.

— Хочешь сказать королеве, что выдрессировала нас с василиском настолько быстро, что готова взять с собой для разрушения норы? — прищурился Каэльтос.

— Нет, в это никто не поверит, — покачала я головой. — Вы останетесь здесь.

— Тогда я не понимаю, какой от нас толк, — пожал плечами дракон.

— А с тебя и никакого, — вдруг произнёс Дирр, второй василиск в моём доме. Он лениво растянулся в кресле, его голос звучал с откровенной издёвкой. — Тебя, очевидно, красотка забрала, чтобы королева не убила. Ты же не поддавался дрессировке.

— А тебя выкупили в гарем, — с вызовом парировал Каэльтос, его глаза холодно сверкнули.

— А я и не прочь, — ухмыльнулся Дирр, его взгляд скользнул по мне, едва ли прикрывая откровенное восхищение. — Я буду послушным… или не очень.

— Зато я против, — голос Вассо прозвучал настолько ледяно, что Дирр невольно напрягся.

— А чего ты так волнуешься, у Оли же и так ты не единственный. А мне нравятся кошечки с характером.

Вассо аккуратно убрал мои ноги с колен и встал, обдав комнату своей мощной аурой.

— Идём, — бросил он Дирру, не давая возможности возразить.

Василиск, хоть и не без капли возмущения в глазах, подчинился и вышел из спальни вслед за Вассо.

Я молча посмотрела на их удаляющиеся спины, чувствуя, как тяжелеет воздух в комнате.

— Не переживай, — тихо сказал Аарон, подходя ко мне ближе. — Всё будет хорошо.

— Уверен? — я подняла на него взгляд, надеясь услышать нечто более утешительное.

— Да.

— Думаю, наше обсуждение стоит перенести на завтра, — предложила я, чувствуя усталость, накатывающую волнами. — Всем пора отдыхать.

Драконы согласились, и Аарон проводил Каэльтоса в его новые покои. В целом, до инцидента с василисками всё шло хорошо. Мы даже нашли общий язык с новенькими.

Узнали, как Дирр попал в плен: он прикрывал отход повстанцев и сдался сам, чтобы их не преследовали. Ну, как сдался — втянул в битву целую армию, изрядно размялся, но всё-таки был захвачен. Это он называл «сдался».

Под горячими струями воды, наконец оставшись одна, я позволила себе расслабиться. Мысли о прошедшем дне вертелись в голове, как вихрь. Кажется, всё прошло не так уж плохо. У меня появились ещё два сильных союзника, а королева довольна. Возможно, это маленькая победа.

Я вздохнула, давая воде унести остатки напряжения, как вдруг почувствовала, как горячие руки мягко обняли меня со спины. На мгновение замерев от неожиданности, я сразу поняла, кто это.

— Моя девочка, — услышала я низкий, почти бархатный шёпот Вассо у самого уха. Его губы скользнули по моему плечу, потом по шее, оставляя горячий след.

Он мягко, но настойчиво развернул меня к себе лицом. Я встретила его взгляд — жадный, тёмный, полный желания. И прежде чем успела что-то сказать, его губы накрыли мои в жадном, глубоком поцелуе.

Его руки начали скользить по моему телу, то нежно, то настойчиво, исследуя каждый сантиметр. Его пальцы скользнули по моему позвоночнику, бедрам, останавливаясь на ягодицах.

— Ты такая красивая, — прошептал он, отрываясь от моих губ только для того, чтобы вдохнуть, а потом снова впиться в меня, не позволяя отвести взгляд.

Вода струилась по нашим телам, смывая всё лишнее. Всё, что было до этой минуты, казалось неважным. Я растворялась в его прикосновениях, в его силе и нежности, в том, как его руки уверенно знали, что делать, чтобы заставить меня потеряться в удовольствии.

Я подняла руки, обвивая его шею, и позволила себе отпустить все тревоги, погружаясь в этот момент.

Его руки крепко обхватили меня, и прежде чем я успела что-то понять, он прижал меня к стене. Горячая плитка холодила спину, но это было ничто по сравнению с жаром, который исходил от него.

— Моя, — прорычал Вассо, его голос был низким и хриплым, словно он держался на последнем издыхании.

Он резко закинул мою ногу себе на бедро, его сильные руки крепко удерживали меня на месте. А потом быстрым, жадным толчком он вошел в меня, заставив выгнуться и застонать, наполняя до предела.

Я не смогла удержать громкий стон, который тут же был поглощен его губами. Он жадно целовал меня, выпивая каждый звук, что вырывался из моего рта. Его движения были сильными, уверенными, каждое проникновение ощущалось так глубоко, что я теряла себя в этом бурном ритме.

Вода струилась по нашим телам, смешивая наше дыхание и стоны с шумом капель. Его губы скользнули по моей шее, оставляя на коже горячие следы, от которых всё внутри меня переворачивалось.

— Ты такая сладкая, — выдохнул он, глядя мне в глаза, прежде чем снова жадно впиться в мои губы, толкаясь всё глубже, пока я не растворилась в этом неистовстве, полностью его.

Мы лежали на широкой кровати, его сильная рука нежно скользила по моей спине, иногда спускаясь к бедрам и сжимая их с едва уловимой собственнической лаской. Я уютно устроилась на его груди, слушая размеренное биение его сердца, которое, казалось, задавало ритм для всего вокруг.

— Куда ты уводил Дирра? — спросила я, не поднимая головы.

Вассо замер на мгновение, а потом я почувствовала, как он скривился. Его взгляд впился в мое лицо, когда я наконец подняла глаза.

— Он тебе понравился? — его голос был тихим, но в нем чувствовалась настороженность.

— Нет, — ответила я, удивленная его вопросом. — С чего ты взял?

— Ни с чего, — буркнул он, отворачиваясь к потолку.

— Почему ты ревнуешь? — с лёгкой усмешкой спросила я, опираясь на локоть, чтобы лучше его видеть.

Он снова посмотрел на меня, его взгляд смягчился, а рука, до этого на бедре, поднялась и ласково коснулась моего лица.

— Потому что ты моя жизнь, Оля, — сказал он, его голос прозвучал так искренне и глубоко, что я почувствовала, как внутри меня что-то потеплело и растаяло.

Я улыбнулась и, не удержавшись, поцеловала его, мягко, медленно, словно давая понять, что я его тоже люблю.

День атаки на первую нору выдался напряжённым и серым, как будто небо разделяло мои сомнения. Мы двигались ровной колонной через лес.

Я ехала впереди армии, на лошади, рядом с Вассо, который изображал моего преданного генерала. На деле, конечно, он был всем: командующим, стратегом, и — как оказалось в этот раз — самым непреклонным соблазнителем.

Моя роль заключалась в том, чтобы изредка «отдавать приказы», наклоняясь к нему. Всё выглядело идеально — Оливия, неоспоримый лидер. Вот только вместо