Бесплодная истинная для распутного дракона - Леона Эльсворд

- Они живы? - спросила я.

- Спят, - ответил Роэн. - Пока спят.

Нижняя дверь северной башни оказалась темной, железной, с семью замками.

Аделина вставила ключ.

Первый замок открылся.

Следом щелкнул второй.

Потом третий.

На четвертом ключ треснул.

Аделина резко побледнела.

- Нет, только не сейчас…

Я шагнула вперед.

- Нужна моя кровь.

Роэн сразу напрягся.

- Аккуротно.

- Я знаю.

Талия уже достала маленький стерильный нож.

- Только палец. Не больше.

Я протянула руку. Лезвие коснулось кожи, и на кончике пальца выступила капля крови.

Она была не красной, а серебристо-золотой.

Аделина тихо ахнула.

Капля упала на замок.

Дверь вздрогнула.

Сначала ничего не произошло, но затем железо покрылось серебряными линиями. Замки начали открываться один за другим - глухо, медленно, будто сама башня просыпалась после долгого сна.

Наконец дверь распахнулась.

Внутри нас встретили темнота и холод.

- Я пойду первым, - сказал Роэн.

- Нет.

Он повернулся ко мне.

- Миледи…

Я посмотрела ему в глаза.

- Это не дом. Это башня, которая держит Эрика. Я не собираюсь геройствовать, но если печать откроется только мне, мы потеряем время.

За нашей спиной появился Элиас.

- Ты идешь не одна.

Я обернулась.

- Ты должен был отвлекать Морвейна.

- Я отвлек. Теперь он спорит с послом Тарвена о том, существуют ли подземные королевства. У нас есть примерно двадцать минут.

- Тогда идем.

Мы вошли внутрь.

Башня не была обычной тюрьмой. Ее стены покрывали золотые руны, которые давили на кожу, а на каждом пролете лестницы висели кристаллы, источающие сонную магию. Талия разбивала их маленьким молотком и морщилась от запаха горелых трав.

На верхнем этаже нас ждали четверо стражников.

Роэн и Элиас сработали одновременно - без криков, быстро и жестко. Один стражник упал от удара Роэна в висок, второго Элиас прижал к стене, вывернув ему руку. Торин и Брам справились с остальными.

Я остановилась у двери.

За ней я чувствовала его.

Эрика.

Нить была слабой, но живой.

Кольцо на моем пальце нагрелось.

- Эрик, - прошептала я.

Внутри что-то глухо ударилось о дверь.

- Лиара?

Это был его голос.

Настоящий, не из сна.

У меня подогнулись колени, но Мила удержала меня за плечо.

- Открывайте, - сказал Роэн.

На двери не было замка, только золотой круг.

Аделина подошла ближе и достала из-за корсажа тонкий шип из черного металла.

- Это часть артефакта. Если вставить его сюда, печать ослабнет, но разрушить ее сможет только кровь.

- Моя?

- Или его.

Из-за двери раздался хриплый смех.

- Моя подойдет, если кто-нибудь перестанет обсуждать и откроет эту проклятую дверь.

Я почти рассмеялась и заплакала одновременно.

- Все такой же нетерпеливый, ваше высочество.

За дверью наступила тишина.

Потом его голос стал ниже.

- Лиара… это правда ты?

Я приложила ладонь к холодному металлу.

- Да.

- Ты не должна была приходить.

- Уже поздно.

- Упрямая женщина.

- Ты сам говорил, что любишь мое упрямство.

С другой стороны послышался глухой звук, будто он прислонился к двери лбом.

- Люблю.

Это слово прошло сквозь металл и ударило прямо в сердце.

Я закрыла глаза, а затем снова разрезала палец и прижала кровь к золотому кругу.

Печать вспыхнула.

Боль прошла по руке, но я не отступила. Элиас положил ладонь поверх моей, и знак Веларис на его запястье загорелся.

Серебро встретилось с серебром.

Кровь брата и сестры откликнулась друг другу.

Башня задрожала.

Золотые руны начали трескаться.

Дверь распахнулась.

Эрик стоял посреди комнаты.

Он был бледным, осунувшимся, в черной рубашке, с растрепанными волосами и золотыми линиями магии на запястьях. Но глаза оставались живыми и горящими.

Он посмотрел на меня.

Потом на Элиаса.

На Агату, Милу и Роэна.

А затем снова на меня.

Его взгляд опустился к моему животу.

Эрик сделал шаг и пошатнулся.

Я бросилась к нему.

- Осторожно!

Он успел поймать меня раньше, чем сам почти упал. Его руки сомкнулись вокруг меня слабее, чем раньше, но все еще так знакомо.

- Ты пришла, - прошептал он в мои волосы.

Я вцепилась в него.

- Ты позвал.

- Я сказал не приходить одной.

- Я и не пришла одна.

Элиас фыркнул.

- Да, теперь я официальный старший брат и недовольный родственник.

Эрик поднял голову, увидел его знак и замер.

- Элиас?..

- Потом брат, - сказал Элиас. - Семейная сага подождет. Ты выглядишь ужасно.

- Спасибо.

- Всегда пожалуйста.

Эрик попытался улыбнуться, но золотые линии на его запястьях вспыхнули. Он стиснул зубы.

Аделина подошла ближе.

- Артефакт все еще на нем. Его нужно снять до выхода, иначе отец почувствует.

- Как? - спросила я.

Она достала маленький флакон.

- Моя кровь уже внутри. Нужна его кровь и кровь той, из-за кого клятва не смогла закрепиться.

Все посмотрели на меня.

Эрик резко напрягся.

- Нет.

- Эрик…

- Нет. Он хотел твою кровь, и я не позволю ему получить ее.

Я взяла его лицо в ладони.

- Послушай меня. Одна капля. А потом мы уходим.

- Ты беременна.

В комнате стало тихо.

Элиас кашлянул.

- Да, мы уже прошли стадию шока. Добро пожаловать.

Эрик не сводил с меня глаз.

- Лиара…

В его голосе было столько боли, любви и страха, что у меня задрожали губы.

- Потом, - прошептала я. - Пожалуйста. Сначала выберемся.

Он закрыл глаза и кивнул.

Талия взяла кровь у меня, у Эрика и у Аделины. Три капли упали на золотые линии.

Артефакт треснул.

Именно зазвенел - тонко, мерзко, словно живое существо.

Золотые цепи вспыхнули и рассыпались пеплом.

Эрик пошатнулся, и Роэн подхватил его с другой стороны.

- Теперь пора уходить.

Глава 63

Спасение Эрика оказалось только началом.

Когда мы спустились из башни, дворец уже наполнялся тревожным шумом. Морвейн понял, что что-то пошло не так. Колокола тревоги еще не били, но коридоры постепенно заполнялись стражей, и Аделина вела нас старым путем к южному крылу, где держали королевскую семью.

- Если мы уйдем только с Эриком, отец использует младших против нас, - сказала она. - Он сразу объявит принца обезумевшим от магии Лунного Двора.

- Значит, заберем всех, - ответила я.

Эрик шел рядом, опираясь то на Роэна, то на меня, хотя каждый раз, когда я пыталась его поддержать, он злился.

- Ты не