Инструкция по применению - Илья Соломенный

Я аж возмутился от подобного пренебрежения, но тут же отмахнулся и посмотрел на свои руки. Мои стальные пальцы, предплечья, плечи — тоже были оплетены тонкими энергетическими линиями и исписаны разными символами-рунами. Я видел, как магия течёт от плеча к кисти, от кисти к кончикам пальцев. Я видел, как она пульсирует в такт с моими мыслями!

— Вик, — голос Склиза вывел меня из транса, — Ты долго будешь смотреть на свои руки? Мне уже можно вылезать?

— Да, конечно! Просто… я не ожидал, что это будет так.

— Так что?

— Так красиво.

Склиз замолчал и вытек из-за моей глазницы, спустился по лицу и перебрался на стол.

Меня так и подмывало как-нибудь повзаимодействовать с магией, но я понятия не имел, как это сделать — да и надо было закончить апгрейд. Так что я взял из вёдер на полу немного глины, принялся её размягчать и аккуратно утрамбовывать в оставшееся за глазницей место.

На это тоже ушло порядочно времени. Но когда я закончил, то подошёл к одному из магических светильников и поднёс к нему руку. Я видел, как линии энергии тянутся к моим пальцам, как они реагируют на моё присутствие — но не контактируют, не соединяются до конца…

Ну да, логично — мне нужно не просто видеть магию, но и уметь ей манипулировать, если бы я был магом. Или иметь настроенный специально для этих предметов артефакт типа браслета…

Хм, а ведь браслет Мортаза у меня с собой!

Достав его из тайника под мышкой, я увидел, что кристаллы теперь светятся изнутри, поднёс украшение к светильнику и разочарованно покачал головой. Целых кристаллов на браслете почти не осталось, и не один не реагировал на светильник — видимо, я разбил нужные, когда занимался перекачкой энергии.

Эх, ладно, потом! И то, что у меня получилось заменить глаз — само по себе невероятное везение!

Ну и чуть моего таланта, хе-хе!

Я развернулся и посмотрел на себя в зеркало. Голубой, чистый глаз, с едва заметным внутренним свечением, теперь был частью меня теперь.

— Хорошо, — произнёс я мысленно, — Первый этап пройден. Остался второй глаз.

— Вик хочет поменять второй глаз?

— Конечно. У меня же их два, верно?

— Не надо больше пустых глазниц, — запаниковал Склиз, — Это выглядит страшно! И я не хочу снова к тебе в голову!

— Склиз, ну пойми же ты, это важно!

— О-о-о-ох!

Я взял со стола второй фокус-кристалл, но тут же заметил кое-что.

Энергия в управляющем кристалле — та самая, которую я недавно с таким трудом восполнил — упала! Не катастрофически — но неприятно.

Перед глазами появились цифры, и тут же исчезли — 71,8%.

Двадцать процентов…

Я потратил двадцать процентов энергии на установку одного глаза!

— @#$$%, — выругался мысленно.

— Что случилось? — встревожился Склиз.

— Я потратил слишком много энергии.

— Это плохо?

— Очень плохо. Если поставлю второй глаз, у меня останется около половины.

— А если не поставишь?

— Останется как есть, и это… м-да, она мне нужна… Очень нужна…

— Как сыр Склизу?

— Даже сильнее. В тысячу раз сильнее. Иначе я умру…

— Тогда не ставь! — голос студня в моей голове стал напуганным, — Склиз не хочет, чтобы Вик умер!

Я задумался — ситуация была патовая. С одной стороны — второй глаз давал мне возможность видеть магию в полном объёме. С другой — я рисковал остаться без энергии в самый неподходящий момент.

Да и долбаный Мортаз может вернуться в любое время…

Глава 19

Неожиданная встреча

«Жил-был на свете голем. Слепили его из глины, оживили заклинанием и отправили таскать тяжёлые ящики. И всё у него было хорошо: не болела спина, не мерзли руки, не хотелось есть. Только вот внутри, там, где у людей сердце, у него была пустота. И однажды он встретил девочку. Она была маленькая и худая, как воробей, и у неё была сломана рука. Голем хотел пройти мимо, потому что он был послушным и делал только то, что ему приказывали. Но пустота внутри него вдруг сказала: „Помоги ей“. И голем впервые в жизни ослушался. Он снял с плеча ящик, подошёл к девочке и протянул ей свою глиняную ладонь. И с тех пор пустота внутри него стала чуточку теплее».

— Из запрещённого Орденом сборника «Сказки старых мастеров», запись устного предания, год 789.

Ночь заканчивалась. Небо над Хайнцбургом начало розоветь занимающимся восходом. Я возвращался в трущобы, волоча очередную, набитую до отказа сумку, и чувствовал, как внутри меня закипает странное, почти забытое чувство — облегчение.

Я снова был сам себе хозяин!

Ставить второй глаз я так и не решился — и так повезло, что получилось с первым, да и Мортаз мог вернуться. Нельзя бесконечно испытывать судьбу, надо иногда и уметь отступиться.

Свернув в знакомый переулок, я замер.

Из лачуги, в которой я организовал своё убежище, вылезал человек! Худой, в тёмной одежде, с тугой сумкой через плечо…

Моей сумкой!

Ну ладно-ладно, не моей, а украденной у Мортаза…

Я не стал рваться вперёд, наученный опасностями этого мира, и замер в тени — и через мгновение узнал фигуру. Это была та самая девчонка-воровка! Которую я спас от стального голема и Мортаза!

Её правая рука (вернее то, что от неё осталось) была перемотана грязными тряпками, пропитанными кровью. Лицо бледное, как мел, глаза лихорадочно блестят…

И она только что обчистила меня — потому что тащила одну из моих сумок!

Ну уж нет, не в этот раз, подруга!

Девчонка заметила меня одновременно с тем, как я вышел из тени. На секунду она замерла, и я увидел, как в её глазах мелькнул страх. Затем она дёрнулась в сторону, попыталась рвануть по улице, но даже не сделала пары шагов — я в два прыжка оказался рядом.

Моя металлическая рука схватила её за плечо. Она дёрнулась, зашипела от боли, попыталась вырваться, но я просто сжал пальцы чуть крепче, удерживая её на месте.

Она была лёгкой, почти невесомой.

— Пусти, истукан! Пусти!

В этот момент в одном из окон дома напротив зажёгся тусклый жёлтый свет. Проклятье, кто-то услышал шум и проснулся!

Я дёрнул девчонку к себе, зажимая ей рот второй ладонью.