Инструкция по применению - Илья Соломенный

— Ты поможешь, или нет?

— Говори уже!

Вот ведь дерзкая какая! А когда я ей руку бинтовал, не выгибалась!

— Лодка. Это самый простой способ для меня, но… В порту очень много людей, стражи и орденцев. Одного меня там точно заметут, а даже если и получится отобрать лодку или угнать — это наверняка привлечёт внимание. Погоня мне нужна меньше всего, удрать от людей не смогу. Так что…

— Хочешь, чтобы я поискала какого-нибудь рыбака? — Астрид всё поняла правильно, — Который согласится перевезти тебя на другой берег⁈ Без хозяина и документов?

Я и сам понимал, что шансы на это маловаты.

— Или хотя бы присмотри какую-нибудь рыбацкую лодку, которую я смогу украсть ночью.

— Ладно, попробую… Но ничего не обещаю!

Я кивнул, снова погружаясь в свои мысли.

Выбраться из Хайнцбурга — это только начало. На самом деле была и другая причина, по которой я возился с Астрид и решился задержаться здесь.

Она могла пригодиться мне и в дальнейшем — как фэйковый хозяин для самостоятельного голема. Что может быть лучше, как прикрытие?

Но для этого мне нужно по-настоящему с ней сдружиться и уговорить покинуть город вместе со мной.

Имелась и ещё одна проблема, главная — долбаный Мортаз… Да, в ту ночь, когда я поставил себе новый глаз, он уехал из Хайнцбурга, но… Я не верил, что он сбежал — потому что нихрена не забрал из тайника.

Значит — вернулся.

И насколько я успел его узнать — хрен он оставит меня в покое. И чем дольше я остаюсь в городе — тем больше шансов, что он меня найдёт.

Я даже думал заложить ваятеля, чтобы избавиться от возможных проблем — передать найденные в его тайнике книги и дневники в Орден, но… Нигде, как назло, не было его подписи или печати.

А Астрид точно не согласилась бы отнести к магам «посылку» и объяснить всё — не настолько она была готова пожертвовать собой.

Так что идею пришлось отпустить — но я чувствовал, что наша с ваятелем история ещё не закончена…

Глава 20

Мортаз

«Допрашивая еретика, помни: его голос — это ложь. Его слёзы — это обман. Его раскаяние — это уловка. Но его дневники — правда. Там, где слова бессильны, бумага не врёт. Поэтому, прежде чем зажечь костёр, прочитай всё, что написал еретик. Ибо в его записях — вся его суть, вся его вина, весь его грех и вся его гордыня».

— Наставление инквизиторам Ордена, «О допросах особо опасных субъектов».

Дождь лил так, будто сам Хар’гот’акар, владыка бурь, решил лично утопить Хайнцбург. Мортаз был бы не против — за проведённый тут год этот город опротивел ему донельзя.

Вода хлестала по мостовой, сбивалась в грязные ручьи, стекала с крыш сплошными водопадами. Мортаз стоял под навесом у выхода из мастерской, прикрывая глаза от летящих брызг, и смотрел, как две фигуры застыли в ожидании, переливаясь мокрым металлом в отблесках редких магических фонарей.

Первый — стальной, коренастый и тяжёлый, с руками-клешнями, готовыми крушить и хватать. Надёжный, проверенный боец. Работал безотказно, как и всё (почти всё!), что выходило из-под когтистых пальцев ваятеля-лизарда.

Второй — совсем иная история.

Это был трофей.

Два метра гибкого, покрытого сегментированной бронёй металла. Четыре руки, каждая заканчивалась трёхпалой клешнёй с серповидными когтями. Спина с двумя дополнительными сочленениями, позволяющими выгибаться почти на сто восемьдесят градусов. Ноги — мощные, с суставами, как у насекомого, ступнями, позволяющими цепляться за вертикальные поверхности и совершать прыжки, от которых у обычного голема треснул бы каркас.

Паук — так его назвал прежний хозяин. Улучшенная версия «Жнеца»…

Мортаз перевёл взгляд на небольшой сосуд, который держал в руке. Мутная стеклянная колба, на дне которой плескалась кровь мелкой воришки, которая посмела вломиться в дом ваятеля и оставить там свою кисть.

Лизард поморщился и шумно выдохнул. Он вспомнил, как очнулся той ночью, как его голова раскалывалась от боли, а в груди пульсировала ярость.

Кто-то пришёл в его дом, в его мастерскую, и попытался обокрасть! Но хуже было то, что из-за этого нелепого ограбления всё пошло наперекосяк, и экспериментальный голем, окончательное пробуждение которого должно было вот-вот состояться, сбежал!

А ведь оставалось подождать совсем чуть-чуть…

Мортаз терпеть не мог слабость. А в ту ночь был один из немногих случаев, когда ваятель почувствовал себя слабым. Он едва держался на ногах. Чёрная кровь сочилась из носа, в ушах звенело, а в висках стучало так, что лизард не мог сосредоточиться. Он был слишком слаб, чтобы контролировать голема запасным методом.

Он был слишком слаб, чтобы даже преследовать беглянку…

Острые зубы Мортаза скрипнули от одного воспоминания об этом.

Но теперь он восстановил силы, подготовился, и у него было то, что нужно для поискового заклинания. Три дня он потратил на то, чтобы раздобыть ингредиенты — запрещённые, дорогие, которые не купишь в обычной лавке.

Пришлось ехать в порт Крегхолда — чтобы не оставлять лишних следов здесь, где он и так был не слишком осторожен… Встречаться с нужными людьми, договариваться, угрожать. Он потерял много времени, но оно того стоило…

Дождь усилился, забарабанил по козырьку сильнее.

Мортаз поднял взгляд на небо — чёрное, без единого просвета. Это была идеальная ночь для охоты. Никто не смотрит в окна, никто не шляется по улицам, звуки шагов тонут в шуме воды.

Идеально.

Заклинание, которое он собирался использовать, было за гранью дозволенного. Поиск по крови — старая, запретная техника, которую ни в одной гильдии королевства не одобряли. Слишком близко к опасной некромантии, слишком опасно.

Мортаз презрительно фыркнул этим мыслям, открыл колбу и капнул на мокрую брусчатку — всего одна капля крови, чёрная в свете фонаря. Он закрыл глаза, сосредотачиваясь. Заклинание пульсировало в груди, слова скользили по губам почти беззвучно, а браслет чуть нагрелся.

Смешавшись с дождевой водой, кровь резко испарилась, и облачко на миг повисло в воздухе, не обращая внимания на капли и превратившись в картинку.

Нагромождение покосившихся домов — трущобы!

— За мной, — скомандовал ваятель, — Паук — по крышам. Если заметишь девчонку раньше, чем я — хватай её, но осторожно. Она нужна мне живой.

Паук зашуршал сегментированными конечностями и одним ловким движением вскарабкался по мокрой стене соседнего дома. Через несколько секунд он исчез в темноте.

Мортаз шагнул в