Инструкция по применению - Илья Соломенный

Девчонка задумалась, покусывая губу. Её взгляд скользнул по трём набитым сумкам, стоявшим в углу, затем вернулся ко мне.

— Ты уверен? Тут выйдет сильно больше…

— Конечно. Других вариантов всё равно нет. Хотя… Ладно, уговорила, ещё с пяток золотых я заберу. На всякий случай

Она фыркнула и смотрела на меня несколько секунд, затем медленно кивнула.

— Ладно, так и быть… Помогу своему глиняному другу ещё раз… Знаю пару мест, где можно продать такое без лишних вопросов. Особенно книги — это ценный товар, если знать, кому предложить.

Мы начали разбирать сумки. Я откладывал в сторону то, что собирался оставить: фокус-кристаллы, управляющий браслет Мортаза, инструменты, чертежи и книги, касавшихся непосредственно устройства големов. Всё остальное — более общие трактаты, запасные штифты, пластины, излишки проволоки, дубликаты инструментов и прочие мелочи — я переложил в две сумки.

А вот всё «запретное», как мне казалось, и личные заметки Мортаза — убрал в импровизированный тайник под полом, в углу лачуги.

— Как думаешь, этого хватит?

— Думаю, да, — ответила девчонка, оценивающе глядя на гору трофеев, — Только за книги можно выручить очень приличную сумму, если найти правильных покупателей. А всё остальное… Посмотрим, я займусь этим утром.

Я посмотрел на Астрид. Ну, похоже медлить больше нельзя…

— А что будешь делать ты?

— В каком смысле?

— После того, как я уеду. Останешься в Хайнцбурге? Или есть другие планы?

Она отвела взгляд, и я заметил, как её плечи слегка напряглись.

— Пока не знаю. Есть пара дел, которые я должна закончить…

— Связаных с Мортазом, как понимаю?

Астрид резко подняла голову, и в её глазах мелькнула настороженность.

— Мы это уже обсуждали, Вик! Я не могу тебе сказать, — ответила девчонка после долгой паузы, — Это… личное. Не твоё!

— Хорошо-хорошо… Но я собираюсь покинуть этот город, и совершенно точно — никогда сюда не вернусь. Так что если ты что-то задумала против Мортаза — я не смогу тебе помочь, когда буду далеко. И…

— Что?

— Думаю, мы могли бы помочь друг другу, если бы уехали оба. Если бы ты согласилась…

Дверь лачуги вылетела внутрь с таким грохотом, что стены содрогнулись, а с прогнившего потолка посыпалась труха. Склиз, торчащий в углу, издал панический мысленный вопль и мгновенно сжался в комок. Астрид вскочила с места, её глаза расширились от ужаса.

Я развернулся.

В проёме двери стоял стальной голем. Массивный, коренастый, с руками-клешнями, готовыми крушить и хватать. Его мутные кристаллы-глаза смотрели на нас. Узнаю уродца…

А через секунду сверху раздался треск, и через провал в крыше, прямо над нами, обрушился чёрный силуэт. Гибкий, с четырьмя длинными руками и ногами, сгибающимися в неестественных суставах, как у насекомого — или у паука…

Времени на раздумья не было.

Стальной голем шагнул вперёд, его клешни раскрылись, нацеливаясь на Астрид. Паук, рухнувший в метре от меня, медленно повернул голову, сканируя пространство. Алый свет в прорези его лица мигнул, и я понял — сейчас они начнут действовать синхронно.

И я не успевал противостоять им одновременно — ни по скорости, ни по реакции. Мои новые руки были хороши, конечно, но против двух големов, один из которых подозрительно напоминал «Жнеца» и явно был создан для убийства, я был просто куском металла и глины.

Разве что…

Я уже делал это — чтобы прорвать блокаду управляющих заклинаний Мортаза, чтобы «выпрыгнуть из штанов» на арене. Тогда это было интуитивно, на грани сознания — но теперь я знал, как это работает.

Знание, полученное в том «холодном режиме», когда я был машиной, осталось со мной. Я помнил каждую схему движения энергии внутри управляющего кристалла в своей голове, каждый расчёт мощности.

И теперь я знал «программный» магический код режима «овердрайва» (или перегрузки) — и мог активировать его по своему желанию.

На свой страх и риск…

Я сжал внутреннюю пружину энергии, насколько это было возможно, и резко разжал её.

На мгновение мир подёрнулся рябью.

Звуки растянулись, стали низкими и тягучими. Клешни стального голема, которые рванулись в сторону Астрид, теперь двигались как в киселе. Паук, только начавший прыжок, завис в воздухе, его четыре руки медленно раскрывались.

Я видел их траектории — каждое движение, каждую деталь… Всё вокруг замедлилось, хотя на самом деле я понимал, что это ускорилось моё мышление.

Это как… Смотреть на мир через объектив сверхскоростной камеры, в режиме слоу-мо!

Это было невероятно — и я знал, что это убьёт меня, если продлится слишком долго. Энергия, которую я я с таким трудом перекачал в свой управляющий кристалл всего несколько дней назад, снова уходила рекой… Я «видел» объём этой реки в своей голове!

Каждая секунда в режиме перегрузки стоила мне часов (если не дней…) обычной жизни.

98,6%

98,2%

98%…

Но сейчас выбирать не приходилось.

Астрид вскрикнула, её глаза медленно расширились от ужаса, когда она увидела, как клешни стального голема смыкаются там, где она стояла секунду назад. Девчонка даже не поняла, как увернулась — я просто толкнул её в сторону, когда время замедлилось.

Теперь моя очередь!

Шаг вперёд, уход из-под удара Паука… Его конечность, нацеленная мне в голову, прошла в сантиметре от лица. Я видел каждое сочленение, каждый шарнир, просчитал движение и массу — и знал, что он слишком тяжёлый, чтобы изменить траекторию.

Я поднырнул под вторую руку этого чудища, и мои стальные пальцы сомкнулись на его запястье. Используя его собственное ускорение, я дёрнул конечность вниз, заставляя голема потерять равновесие. Он покачнулся, и его третья рука, занесённая для удара, чиркнула по воздуху, проходя мимо.

94%

93,8%

93,6%…

Стальной голем развернулся ко мне. Его клешни с грохотом сомкнулись — но меня на том месте уже не было. Я видел, как он вкладывает всю свою массу в удар, как переносит вес на левую ногу.

И знал, что он не сможет остановиться.

Я отпрыгнул назад, уводя голема за собой. Он шагнул — и его нога провалилась в прогнивший пол. Клешни дёрнулись, пытаясь схватить меня, но я уже рванул в сторону, заставляя его резко развернуться…

Инерция сработала против врага — он запутался в собственных ногах и упал.

Четыре руки паука взметнулись вверх, готовые обрушиться на меня. Но ускоренный до предела «мозг» уже просчитал траекторию каждой из них.

Первая