Скальпель против вампиров - Аргус

У её ног, опустившись на колени прямо на холодный бетонный пол, сидела Екатерина. Помощница Александра, его правая рука в клинике, которая еще вчера аккуратно и тщательно проверяла его рабочее расписание, сейчас мелко дрожала. Её волосы были растрепаны, а воротник белой блузки был разорван. На бледной коже шеи, прямо над ключицей, отчетливо багровели два свежих, еще сочащихся сукровицей прокола. Она не плакала, наоборот, в её глазах, устремленных на королеву Общины, читался дикий, религиозный восторг пополам со смертельным ужасом. Она получила то, ради чего продала всё: каплю высшей крови, а вместе с ней и вампирское бессмертие.

По периметру операционной, в полумраке за границей белого круга света, застыли шесть массивных фигур. Чистильщики. Личная гвардия Совета Общины. Их лица были скрыты глухими масками из темного композита, тела были покрыты керамо-кевларовой броней, а в руках они держали тяжелые, матовые излучатели «Луч-4». Лазерные прицелы оружия были наведены четко в грудь вошедшему хозяину лаборатории.

— Ты задержался, Александр, — не поднимая головы, произнесла Лилит. Её голос, мягкий и бархатистый, прокатился по кафельным стенам, вызывая у вурдалака-ученого инстинктивное желание опустить глаза и исчезнуть из этой комнаты. Ментальное давление высшего порядка ударило по мозгам заговорщиков, — Осмотр подпольных кварталов затянулся? Я надеялась, что ты ценишь моё время больше, чем общение с отребьем из ремонтного депо.

— Я не ждал Вас, Госпожа! Что Вы тут делаете? — Александр сделал два шага вперед, входя в круг света. Он не смотрел на Чистильщиков. Его взгляд был прикован к Екатерине.

— Ты вскрыла сейф с архивными протоколами, Катя? — тихо, без злости спросил Александр. — Хотя о чем я спрашиваю. Я ведь сам дал тебе мастер-ключ от терминала три недели назад, когда у тебя не получалось настроить ПЦР-амплификатор.

Екатерина судорожно сглотнула, еще сильнее прижимаясь щекой к шелковому подолу платья Лилит.

— Они бы всё равно нашли, Александр… — пролепетала она, её голос срывался на сиплый писк. — Служба Безопасности Госпожи вели нас с самого начала твоих безумных работ. Лилит обещала мне… она дала мне кровь! Я больше не человек, Александр! Я чувствую, как вирус перестраивает мои клетки… я буду жить вечно! А ты не хотел этого делать!

— Катя! — печально вздохнул вампир, — что ты наделала! Ты не понимаешь кем ты стала! Я хотел стать человеком, и тогда мы были бы вместе!

— Вместе? — вспылила его помощница-предательница, — надолго ли? Я бы старела, а ты был бы вечно молодым? А потом, когда я стала бы совсем дряхлой и морщинистой старухой, ты бы меня выбросил, и нашел себе новую молодуху? Спасибо, но не нужно! Когда я это поняла, я пошла к Госпоже!

Лилит снисходительно улыбнулась, наконец подняв глаза на Александра. В её зрачках пульсировал густой, почти фиолетовый огонь — маркер абсолютной кастовой доминанты.

— Не вини девочку, доктор. Она оказалась куда более прагматичной, чем ты со своей хваленой научной логикой, — Лилит лениво повернула к себе главный монитор лабораторного терминала. — Ваши пароли — это детские игрушки. Екатерина отдала мне все биохимические шифры и мастер-ключи от твоей цифровой базы. Я сижу здесь последние два часа и, признаться, испытываю истинное интеллектуальное наслаждение, читая твои отчеты.

Королева Общины постучала длинным ногтем по экрану, где была развернута трехмерная модель молекулы РНК-вектора.

— Какая потрясающая, изощренная наглость, — негромко произнесла Лилит, и в её главном тоне впервые прорезались ледяные, змеиные нотки. — Вернуться в человеческое тело, сохранив при этом стабильность теломераз. Превратить вирус «V» в пассивный генетический субстрат. Ты ведь действительно гений, Александр. Ты нашел способ вылечить то, что мы тридцать тысяч лет считали благословением богов. Ты назвал этот состав «Троянским конем»?

Она медленно поднялась со стула. Чистильщики по её сигналу синхронно сделали полшага вперед, сужая кольцо окружения.

«Александр, это место, забито безнадежными сумасшедшими, — Борис Борисович внутри черепа вампира лихорадочно оценивал диспозицию, — Шесть Чистильщиков. Излучатели перекрывают все зоны комнаты. Если они дадут залп, реанимация будет невозможна. Ткани обуглятся до костей за секунду. Наша судьба — стопроцентная летальный исход. Не пытайся лечить эту ситуацию дипломатией, дружище. Здесь нужен радикальная ампутация!»

— Ты продумал всё, доктор, — Лилит начала медленно обходить операционный стол, её шаги были абсолютно бесшумными. — Ты рассчитал молекулярный таймер на сорок восемь часов. Ты учел уровень моего кортизола во время заседания Совета Общины. Ты даже догадался использовать мою вомер-назальную секрецию, чтобы превратить меня в живой ретранслятор для распыления РНК-аэрозоля. Ты хотел уничтожить Совет. Хотел лишить нас магии, превратить древнейших вампиров в кучку немощных человеческих стариков, захлебывающихся собственным цитокиновым штормом. А потом впустить сюда эту обожженную суку Моргану с её серебряными автоматами.

Лилит остановилась в двух шагах от Александра. От нее пахло лилиями и смертью.

— Но ты забыл одно простое правило, Александр, — тихо прошептала она, наклонив голову набок. — План хорош только до тех пор, пока о нем знает один человек. Как только о нем узнает второй — план превращается в твою собственную надгробную плиту, которой впрочем и не будет.

Лилит сделала едва заметный жест рукой одному из Чистильщиков. Тот молча шагнул вперед, удерживая в левой руке тяжелый, герметичный контейнер из хромированной стали с логотипом клиники Александра, тот самый, который он использовали для транспортировки биоматериалов.

С глухим стуком Чистильщик выставил контейнер на операционный стол. Нажал на боковые защелки. Пневматический привод крышки сработал с коротким, свистящим выдохом сжатого азота.

Лилит потянула крышку вверх. Из контейнера на стальную поверхность стола, тяжело перекатившись, выпала голова Морганы.

Александр даже не вздрогнул, но коронарный коллектор в его груди выдал серию жестких, аритмичных гидроударов. Мышцы лица вурдалака-ученого окончательно превратились в маску.

Голова предводительницы подполья выглядела жутко. Ожоговый шрам на её левой щеке под белым светом бестеневой лампы казался мертвенно-серым, почти фиолетовым. Глаза были широко раскрыты. Из среза шеи на стальной лоток медленно натекала густая, почти черная архейская плазма, перемешанная с остатками серебряной пыли от меча Чистильщиков.

— Твоё подполье перестало существовать примерно сорок минут назад, Александр, — Лилит брезгливо толкнула голову Морганы кончиком пальца. — Моя Охрана накрыла их прямо в ремонтном депо, когда они паковали свои смешные австрийские инъекторы с дитилином. Они даже не успели понять, откуда пришел удар. Чистильщики выжгли депо микроволновыми излучателями до самого бетонного основания. Все одиннадцать