Фантастика 2026-101 - Виталий Конторщиков

Но не всё было так гладко.

Пятёрка Изменённых медленно, но уверенно прокладывала себе путь к причальной вышке. Эта «звезда» даже с виду отличалась от остальных, нося на себе странные доспехи. Их не могли пробить ни когти, ни челюсти моих зверей, а вот длинные сабли тварей нашли слабое место у моего воинства.

Окропляя струями кислоты пространство, слаженно встав в круг, они отбивали все наши атаки. Этим тварям удавалось работать слаженно, одной командой. Сбивая прыгающих на них крыс, они мастерски их переворачивали, чтобы другой Измененный всадил свою саблю в слабо защищённое брюхо.

Обутые в массивную обувь, доходящую до колен, они мощными пинками оправляли моих милых животных в полёт, не давая подобраться к ним по низу. Эфирные диски тоже не причиняли им вреда, рассыпаясь от ударов об их защиту. Эфир поступал в их тела в обычном состоянии, не разрывая плоть и не отрывая конечности.

До вышки с дирижаблем оставалось не более десяти метров, когда я принял решение.

С большой неохотой Жорик повёлся на мою авантюру и подбил на это свою команду. Риск, конечно, был, но риск оправданный. К тому же мы не могли допустить, чтобы эти твари улетели. Притом улетели на нашем дирижабле, я уже записал его в актив, а тут?

На секунду зависнув над этой стоящей кругом группой, мы резко кинулись вниз. Не отставая летели рядом и четыре наших собрата. Цели были выбраны, оставался удар. Буквально в метре твари нас почувствовали и резко взмахнули саблями, и тут я на секунду выключился.

Не знаю, какой вред изменённые могли нанести «ЭВам» своим оружием, но те рисковать не стали, на миг потеряв плотность оболочки, превратившись в эфемерную субстанцию, сохранившую бесплотную форму. Именно в таком состоянии они могут проникать сквозь твёрдые препятствия, к примеру стены.

Разум включился сразу, как сквозь нас пролетела сабля, а в следующую секунду мы тупо влетели в его голову. И тут мой Жорик показал себя во всей красе.

Со всех сторон его эфир ворвался в мозги этого существа. Мощный и плотный, одним ударом запредельного давления он превратил серое вещество в мерзкую кашу. Мозг изменённого просто взорвался, не покидая пределов черепной коробки. Вырвав из головы чёрное ядро, мы вылетели обратно. Наши «ЭВы» проделали тот же фокус с оставшейся четвёркой, и спустя секунды эти твари рухнули на камни.

Жорик и его банда остались довольны. А я вновь наблюдал, как его средоточие в честном бою поглощает ядро изменённого, становясь сильней.

На светлеющем горизонте зарождался новый день, и мне было пора просыпаться. Мои звери дождутся нас, не давая разбежаться ни нашим, ни людям Ордена, взятым в плен.

Были и такие.

Триггером для нападения моих зверей являлась агрессия и направленное на них оружие, и никак иначе. Но не все в этом бывшем поселении были войнами, а многие не собирались подыхать за Орден. Нам тоже нужны свои пленные. А кому ещё достраивать нашу великую стену с двумя башенками? Но перед этим они все посетят нашу Столицу.

«Эвы» моих друзей уже улетали, оставляя на хозяйстве Жорика.

Вернувшись в своё тело, я сразу открыл глаза. Чувствовалась воздушная лёгкость и… сила. Незамутнённая мощь летала по моему телу. Немного повалявшись, лениво собрал в голове все сегодняшние события, убедившись, что косяков не напорол. Поднявшись с пустой кровати, я пошёл искать душевую или хотя бы раковину, чтобы просто умыться. Открыв дверь из своей комнаты, я с удивлением на лице остановился, оглядывая наш общий холл.

Несомненно, главной достопримечательностью являлась лежащая на полу звездой Маринка. Одна её рука была вытянута вперёд, почти касаясь моей двери, а остальное было раскинуто в разные стороны. Вторым экспонатом, претендующим на звание монументальной архитектуры, была Наташка. Та честно пыталась прилечь на диванчик, но что-то пошло не так.

Её нижняя часть смогла взобраться на мебельные вершины, а остальное осталось на полу. Притом голова была воткнута в пол височной областью, а шея выгнута под неприятным углом. Одна рука крепко сжимала бутылку, а вторая изящный туфель на длинном и тонком каблуке.

Общим фоном проходил и запах. Перегаром перло так, что у меня начинали щипать глаза, в помощь ему присутствовала и засохшая винная лужа, что ноток свежести тоже не добавляла.

Поначалу я было подумал разложить всё это недоразумение по кроватям, а потом увидел, что к нам прилетели их «Эвы», и, пробравшись к входной двери, пустил их внутрь.

Пускай полечат и наполнят их тела эфирной амброзией, глядишь, и сами очнутся, мелькнула грамотная мысль.

Наш санузел находился рядом с кухней, и в нём было всё: и широкая ванна, и душ, и та же раковина. С огромным удовольствием я встал под струи освежающей воды. Как же нам этого не хватало, подумал я, намыливая волосатую губку.

Потом была ванна, где я немного побалдел, но время неумолимо, и я голышом отправился обратно. В холле ничего кардинально не поменялось, не считая, что теперь голова Наташки была направлена в другую сторону.

И тут я совершил роковую ошибку, опасно сблизившись с ладонью лежащей на полу Маринки.

Захват моей ледышки произошёл мгновенно, прищуренный глаз впился в мой качнувшийся член. С её ракурса это выглядело донельзя интригующе и наверняка возбуждающе. А потом я понял, что их «ЭВы» уже висят над потолком, значит…

Додумать я не успел…

Резкий рывок, и моё свежо помытое тело упало на деревянный пол, аккурат рядом с засохшей винной лужей. Следом в ляжку впились её пальцы, используя её стену альпиниста, а потом, потом я забыл, как дышать.

Живительный эфир самой природы полыхнул в её теле, и на меня запрыгнуло обезумевшее существо, для вида притворяющееся девушкой. Одной рукой я держал её голову, а другой зажимал рот, время было раннее, но уже наверняка все проснулись, а её крики внесли бы дисгармонию в души только вставших людей.

Однако на этом ничего не закончилось. Повернув голову, я встретился с безумным взглядом Наташки… Приплыл… мелькнула крайняя мысль…

Глава 19

Через минут сорок, я отправил своих милых алкашек принять душ и, одевшись, вышел из дома на просторы. Наше общее поселение уже проснулось и деловито вступало в новый день. Стучали молотки, хрустели пилы, работа продолжалась. Не всё из задуманного ещё было введено в строй, и людям было чем заняться. А мой путь лежал к нашей причальной вышке.

По дороге меня приветствовали, махали руками,