Друид Нижнего мира - Егор Золотарев

Остаток дня я распиливал деревце на брусочки, из которых намеревался сделать шахматные фигурки. Ствола хватило и даже немного осталось на тот случай, если нечаянно испорчу фигурку.

Поздно вечером мы с Иваном вернулись домой, по пути продав Фарруху фигурку слона за восемнадцать рублей. Торговец очень обрадовался новой поделке и сказал, что придержит зверей до прибытия каравана, чтобы похвастаться тем, что и в нашей общине есть умельцы.

Брусочки для шахмат я сложил в холщовый мешок и принес домой, чтобы перед сном начать делать первую фигурку. Решил попробовать на пешке. Ее сделать легче всего.

— Через неделю караван приходит. Надо что-то на продажу приготовить, — подала голос Авдотья. — Может, веников сделать?

— Бесполезно, не купят, — мотнул головой Иван. — К тому времени, когда они до нас доберутся, уже все, что им надо, в других общинах закупят. Лучше вышивку какую или носки вязанные.

— Шерсти нет и ниток совсем мало осталось, — горестно вздохнув, ответила Авдотья.

Наступило гнетущее молчание. Я видел, как все поникли, поэтому решил разрядить обстановку и рассказал о шахматах.

— А ты успеешь за неделю-то выстругать столько фигурок? — с сомнением спросила Авдотья.

— Постараюсь, — пожал я плечами.

— Черной краски почти нет, а вот темная морилка — целая банка, — оживился Иван. — Белые фигурки и красить не надо — ясень почти белый, а черные морилкой покроем.

Вдруг с улицы послышались крики. Все напряглись и прислушались.

— Кричат что-то? — шепотом сказал бабка. — Неужто снова крат к нам забрался?

— Сидите, я проверю. — Иван поднялся на ноги и, стуча протезом, двинулся к двери.

Я пошел следом, а Анна прильнула к окну.

Как только мы вышли на крыльцо, увидели вдали зарево.

— Пожар! Горим! — прокричал охотник Сокол, пробегая возле нашей калитки. — Ведра хватайте!

Мы с Иваном тут же забежали в дом, взяли все ведра, что нашли, и выбежали на улицу. Пожар мог уничтожить всю общину, поэтому никто не остался в стороне. Рядом с нами бежала соседка Клава с лейкой и ведром, перед нами перебирал кривыми ногами старик Ворон.

— Что горит-то? — спросил я у Ивана, стараясь по зареву определить, на какой улице пожар.

— Пока не знаю, — встревоженно проговорил он.

Мы подбежали к колодцу, у которого уже столпились люди. Сокол быстро наполнил наши ведра, и мы ринулись в сторону пожара, стараясь не расплескать всю воду. Когда пробежали по тропинке между домов, сразу все поняли. Горела мастерская.

Глава 16

Вокруг горящей мастерской сновали люди. Кто-то забрасывал здание песком, кто-то поливал водой. Я тоже поспешил к пожару, в то время как Иван замер и с каким-то обреченным выражением смотрел на пламя, вырывающееся из-за запертой двери и разбитого окна. Мне тоже было ясно, что мастерскую не спасти, но ведь огонь мог перекинуться на соседние дома, поэтому я смело подбежал к окну и, морщась от сильного жара, плеснул внутрь здания по очереди оба ведра воды.

— Отец, не стой! — крикнул я Ивану и, выхватив у него ведра, вновь побежал к окну.

— Бесполезно, — услышал я его скорбный голос.

Вот так просто взял и сдался⁈ Не ожидал от него малодушия. Ну ладно, главное — спасти общину, а с мастерской что-нибудь придумаем.

Схватив пустые ведра, я побежал к ближайшему колодцу. Людей с ведрами было много, но мужчины сменяли друг друга у ворота колодца и быстро наполняли все емкости, отчего шел бесперебойный полив.

Вскоре к нам присоединились Анна с Авдотьей. Анна, плотно сжав губы, бегала от колодца к мастерской, стараясь не проливать ни капли воды, и поливала здание снаружи. Бабка ревела, кричала что-то своему сыну, но помогала таскать ведра. Иван же опустился на корточки и закрыл лицо руками. Я его понимал: прямо сейчас горит не только его рабочее место, но и будущее всей семьи. Он — плотник, поэтому по-другому не сможет обеспечить семью.

Вскоре люди организовались и, чтобы не тратить время на беготню, выстроились в ряд, передавая ведра из рук в руки. Несколько сильных мужчин обливали здание по кругу. Кто-то пытался открыть двери, но Иван знал толк в замках, поэтому все усилия были напрасны.

— Отец, хотя бы инструменты надо спасти! — прокричал я, пробегая мимо. — Очнись уже!

Иван вскинулся будто от удара, вскочил на ноги и, высоко поднимая ногу с протезом, чтобы не споткнуться, ринулся к мастерской. Из-под двери и из замочной скважины вырывалось пламя, латунная ручка нагрелась докрасна.

Иван сначала хотел вставить ключ в замок, но тут же обжегся и отдернул руку. К нему тут же кто-то подбежал и предложил кусок метровой ржавой железки. Иван схватил железку, просунул между дверью и каменной стеной и с силой надавил. Послышался треск. Камень раскрошился, и верхняя дверная петля выскочила из стены. То же самое он проделал с нижней петлей, поэтому вскоре дверь выпала, а из мастерской ринулось жаркое пламя.

Люди тут же ускорились, передавая ведра с водой. На этот раз Иван не стоял в стороне, а наравне с другими мужчинами заливал воду внутрь здания. Вскоре с глухим треском провалилась крыша и яркое зарево осветило темное небо. Устрашающее зрелище. Я как друид не раз боролся с лесными пожарами и знаю, как страшен неконтролируемый огонь. Настоящее наказание богов.

Только после полуночи удалось справиться с огнем, и мокрые и уставшие, но довольные собой жители побрели по домам. Пожар в такой маленькой общине, где дома и строения стояли на расстоянии вытянутой руки друг от друга, мог привести к уничтожению всего Волчьего края. Поэтому для всех это было большой победой. Для всех, кроме нашей семьи.

Еще полчаса назад Авдотья споткнулась о булыжник, упала и больно ударилась, поэтому Анна повела ее домой, а мы с Иваном остались стоять у сгоревшей мастерской.

— Ну вот и все, — выдохнул он, заглядывая внутрь обугленного помещения. — Одни стены остались. Что же теперь делать?

У меня не было ответа, поэтому лишь пожал плечами. Но одно я понимал совершенно четко: жизнь этой семьи теперь в моих руках, и я должен сделать все, чтобы помочь им.

— Ладно, пойдем посмотрим, что там осталось. — Тяжело вздохнув, Иван зашел в свою мастерскую.

Я последовал за ним.

С неба светил яркий месяц, крыша сгорела дотла, поэтому все хорошо было видно. Первым делом Иван прошел туда, где лежали инструменты, и принялся перебирать обугленные куски дерева и закопченные инструменты.

Я видел, как он сосредоточенно осматривает каждый найденный инструмент, но также от моего